Виталий Кабаков: "Я не делю литературу на "низкопробную" и интеллектуальную"

Парадокс: его книги читает вся страна, но имя его известно лишь единицам. Все дело в том, что Виталий Кабаков - не писатель, а издатель и книготорговец. Еще в России он научил чудаковатого миллионера, издавшего собрание сочинений Александра Дюма в тисненной кожаной обложке, с позолоченным обрезом, продавать книги по неслыханной тогда цене 15-20 долларов.

Автор: Полина Лимперт

Сайт: MigNews.COM

Кабаков был издателем первой книги Бориса Ельцина "Исповедь на заданную тему", помогал в создании и становлении каталога "Русское слово", а в Израиле совместно с местным союзом писателей издает журнал "Слово писателя".

Каждый человек, переступивший порог его дома в Кфар-Сабе, попадает в особый мир, где проза жизни уступает место поэзии, где чайник с заваркой - на столе, разговор о книгах - за столом, и книги - вокруг.

Как правило, на обложке книги пишутся выходные данные об авторе. Что бы вы написали о себе, если бы решили издать сами себя?

- Виталий Кабаков, 52 лет отроду, москвич. На мой взгляд, место рождение говорит о человеке гораздо больше, чем национальность. В Израиле 4 года. Здесь продолжаю заниматься тем, чем занимался в России - работаю в сфере издательства, полиграфии и книжной торговли.

То есть, вы работаете по специальности?

- Да, по образованию я - полиграфист. С 1968 до конца 80-х работал во многих московских типографиях. С середины 70-х занимался самиздатом, надо сказать, что уже тогда я ставил перед собой не столько просветительские цели, сколько экономические. Я уже тогда старался на этом заработать. С тех пор ни один мой издательский проект не был убыточным.

Любовь к книгам и издательской деятельности передалась вам по наследству?

- Можно сказать и так. Мой отец, Марк Кабаков - военный моряк, член Союза писателей, поэт, достаточно известный. И я очень ему благодарен за то, что он доверил мне издание свой последней на сегодняшний день книги, которая, на мой взгляд, является самой удачной.

Благодаря отцу я с самого детства вращался литературной среде. Отец служил в Феодосии. Коктебель и дом Волошина были в 30 минутах езды на автобусе. Я там вырос.

Но даже больше, чем отец, мне дал мой дед по материнской линии Исай Зейтман. Он был художник по призванию и физик по образованию. Он преподавал в Бауманском, а в свободное время рисовал. В последние годы жизни он стал участвовать в выставках. Он дожил 96 лет, до конца дней рисуя.

Моя старшая дочь говорит, что прадедушка очень много рассказывал ей про Авраама, про Моисея - это были ее первые сказки. Надо ли удивляться, что она стала религиозной? Все, что мой дед, а ее прадед, мне рассказывал, было связано с книгами. Он коллекционировал книги по живописи.

Тогда в Союзе эти книги были дефицитом. Итальянские, швейцарские, американские и другие издания попадали через дипломатов в букинистические магазины… И мы вместе с ним ходили по магазинам и он показывал их мне, делая особый упор на то, как эти книги сделаны, из чего, как оформлены и напечатаны. Поэтому, естественно, я стал относиться к книге, как к предмету искусства. Я очень рано понял, что книга является товаром. Так стоит ли удивляться после этого выбранной профессии?

Вы меня запутали. Когда вы говорите, что "книга удачная", что вы имеете в виду: полиграфию, содержание или ее продажи?

- Книга - это симбиоз нескольких факторов. Конечно, нельзя списывать со счетов автора, но как недавно сказал Алексин: "Книгу делает издатель". Он прав. Удачная книга - это такое сочетание содержания и формы (то есть формата, переплета, бумаги, шрифта), которые делают эту книгу единственной в своем роде, бестселлером. И, конечно же, имеет значение конъюнктура рынка. Когда мы в конце восьмидесятых - начале девяностых печатали книги на чем придется и огромными тиражами, тогда превалировало содержание, но среди тех книг можно найти удачные.

Можно ли обмануть читателя и под красивой обложкой подсунуть ему плохую книгу?

- Да, конечно, но это - дар. Кстати, что значит "плохую"?

Я говорю о низкопробном "чтиве": детективах, ужастиках, любовных романах... Той литературе, которая не оставляет следа в душе, когда на следующий день ты забываешь, что читал накануне. И почему литература такого рода издается в огромных количествах?

- Что такое "низкопробная литература"? Существует целая книжная индустрия, в которой работают миллионы людей, в ней крутятся большие деньги. "Двигателем" всего этого являются бестселлеры - книги, которые продаются большими тиражами. Это дает возможность издавать высокохудожественные, философские книги, поэзию, мемуары. Индустрия бестселлеров дает жизнь хорошим книгам. И раз люди покупают детективы, значит, они необходимы. Конечно, у современных автором есть некоторая романтизация уголовщины, но этим тоже надо переболеть.

Я для себя не делю литературу на "низкопробную" и "интеллектуальную". Благодаря тому, что огромными тиражами издается Донцова, может издаваться Есенин.

Порнографические романы и "желтая пресса" тоже неплохо продаются. И вы считаете, что это нормально? Оправдано?

- У меня в памяти сразу всплывает такая сцена. 1991-й год, последнее лето Советского Союза. Мы отдыхали в Юрмале, где и познакомились с одним семейством. Наши новые занимались йогой, "подзаряжались" энергией моря и, казалось, вообще вели здоровый образ жизни. Оказалось, что эти замечательные люди тоже занимаются издательской деятельностью, их бизнес - это совершенно мерзкая, так называемая, "желтая" пресса, которая расходилась миллионными тиражами по всей стране. Мне это было очень неприятно.

Есть книги, за которые вам стыдно или неловко, что вы принимали участие в их создании?

- Да было несколько неприятных историй. Я делал книгу Ельцина "Исповедь на заданную тему". Сейчас приходится признать: да, к сожалению, я имею к ней отношение. Но, когда я брался, я был в эйфории: свобода, равенство, братство и так далее. Я даже не очень-то думал о деньгах, которые можно заработать, а просто был очарован этим человеком. Сейчас я стыжусь не столько того, что я участвовал в выпуске той книги, а эйфории, в которой прибывал. Хотя и книгу можно было сделать по-другому. Там была небрежная корректура – 28 ошибок, и это неприятно. Но для тех рекордных сроков – 5 дней, это неплохо.

И как … Борису Николаевичу понравилось?

- Он был в восторге, надавал кучу обещаний, ни одно из которых не было выполнено.

А каким тиражом она вышла?

- Я сделал 60 000 экземпляров. И все разошлись. И тогда был первый "сигнал", что что-то не так с Ельциным. Когда издавалась книга, было объявлено, что весь гонорар от нее пойдет в фонд борьбы со СПИДом. А потом мне дали расчетный счет Татьяны Дьяченко и попросили гонорар перевести на него. По тем временам сумма была вполне приличная. Все было сделано очень просто: вместо фонда "АнтиСПИД" деньги получила дочка Ельцина. Это был июль 90-го года. Это и было мое первое разочарование в Ельцине и его окружении.

На волне той же эйфории я делал книгу генерала КГБ Олега Калугина, достаточно неприятного человека. Потом пошли косяком остальные: Попов, Афанасьев и др., но эйфории уже не было. Я видел всю эту "демократическую кухню" и понимал, что есть большая разница между тем, что они говорили и писали.

Издатель, работающий с авторами, как банщик: он волей-неволей видит и слышит то, чего лучше бы не видеть и не слышать.

Когда я захожу в книжный магазин, то у меня трясутся руки. Так, возможно, чувствует себя алкоголик при виде изобилия в винном отделе. Даже если я знаю, что семейным бюджетом такая трата не предусмотрена, я не могу удержаться от покупки. Возможно, издателям известная такая болезнь как "книжный алкоголизм"?

- Известно, что любой человек тратит на книги 5% от своего дохода. Я делаю поправку на видео, аудио, журналы - и цифра сокращается до 2,5 - 3%. Эта поправка уже принята во всем мире. Тем не менее, это огромная сумма. Так что это не заболевание, это - статистика. Вы все равно не потратите на книги больше того, что потратите.

Как издателям удается поддерживать у читателей чувство "книжного голода"?

- Сериями. В свое время мне повезло, что я попал на работу в издательство "Книжная палата", где приходилось иметь дело с профессионалами. Там очень ценилась умение придумать серию – название, оформление, авторов, пишущих в определенном стиле на определенную тему, которая интересует читателя. Купив один раз книгу такой серии, он будет покупать еще и еще, будет ждать выхода очередной книги... Книги популярной серии никогда не залеживаются на полках магазинов. Очень важно при этом не обмануть надежд читателя.

Вы все время говорите, что книга – это товар. То есть ее продажа и реклама подчиняются общим законам маркетинга?

- Нет, к сожалению, не подчиняется. Книга - это не предмет первой необходимости. Хотя в любые времена, когда у людей не было денег на материальные ценности, они обращались к ценностям духовным.

Русская книга в эмиграции - это тема для отдельного разговора. Вам не кажется, что уходит поколение, которое читает?

- Я работаю в Израиле на "русской улице" и вижу, что люди любят русские продукты, русское телевидение и русские книги. Наши иммигранты читают и будут читать русские книги. Неизвестно, будут ли читать по-русски те, кому сейчас 12-13, но те, кому 20 - читать будут.

Вообще удивительно, что в век Интернета, когда практически любой текст можно найти в сети, книги не сдают своих позиций…

- Да, раньше на всех совещаниях педагоги били тревогу, что подростки ничего не читают, но появился "Гарри Поттер" и ситуация изменилась. Этот мальчик из школы волшебников научил детей читать. И процесс пошел. Сейчас в России начинается бум на подростковые книги.

Что вы можете сказать о Тане Гротер и о неприятностях, связанных с ней?

- Никаких неприятностей нет, имеют место быть обычные рыночные процессы. Ни Таня, ни автор Емец никакого отношения к этому не имеют. Есть еще и Порри Гатер и масса других подобных книг. Это нормальное явление. Дети, и моя дочь в том числе, с удовольствием читают и Гарри Потера, и Таню Гротер.

Любите ли вы запах типографской краски?

- Да, конечно, это ни с чем не сравнимый запах.

Может ли в вашей семье возникнуть скандал из-за того, что деньги, предназначенные на покупку чего-то в дом, были потрачены на книги?

- У нас были проблемы со старшей дочерью. Она – читающая барышня, и тратила много на книги.

Нередко литераторы жалуются на своих издателей. А что происходит на самом деле?

- Писателя нужно направлять в нужное русло. Вот есть у меня Миша Волков, замечательный программист. Я недавно издал книжку его стихов. Я ему говорю: "Пиши об этом…" Это не вызывает протестов с его стороны. Писатель должен уметь не только писать, но и работать с издателем.

Размеры гонораров – это тайна за семью печатями. Но вы не могли бы объяснить хотя бы логику, как они начисляются? Возможно ли заработать на жизнь писательством?

- Прежде всего, я бы хотел отметить, что в Израиле книгоиздание перевернуто с ног на голову. Здесь нет нормальных взаимоотношений, когда издатель издает книгу, платит писателю гонорар, и писатель с этого живет. Здесь практикуется издание книг за свой счет. А пишущих людей здесь много. Я долго сопротивлялся, но, в конце концов, начал издавать книги за счет авторов. Пока я издаю поэтические книги популярных авторов, которые имеют возможность продавать свои книги на концертах, и поэтому они могут окупить издание книги.

Кто-то сказал: "Издавать книгу за свой счет - это то же самое, что платить женщине за любовь". Почему, вы если вы уверены, что книга будет продана, не издаете ее за счет издательства?

- Я не берусь за книги, которые могут залежаться на прилавке. Даже если это за счет автора. Это плохая примета. Если хотите, это мой личный закидон…Издатели – народ суеверный.

Вы считаете, что есть абсолютно непродаваемые книги?

- Любую книгу можно продать, вопрос - за какой срок и каким тиражом. И этим должен заниматься издатель, который знает, что надо сделать, чтобы книга продавалась. Поэтому я и сказал, что с автором надо работать. Успех книги лишь наполовину зависит от автора, в остальном - от издателя. Поэтому я никогда не пойду на поводу у автора.

- Но мы немного отвлеклись. Так какие же гонорары получает писатель в нормальном книгоиздательском процессе?

- По мировым стандартам, гонорар составляет от 5 до 15 % от оптовой стоимости тиража. Писатель получает или деньги, или часть тиража для самостоятельной продажи. Самый большой гонорар получают авторы, пишущие книги на экономическую и юридическую темы. Там гонорары могут достигать 20-25%.

Авторы, приносящие издательству баснословные прибыли, тоже получают гонорары по этой схеме. Например, Донцова?

- Донцова? Для авторов такого уровня гонорар выплачивается на договорных началах. Для них возможна аккордная оплата.

В Израиле есть авторы, которые живут за счет своего литературного дара?

- Да, это Игорь Губерман и Дина Рубина. Это писатели, прекрасно интегрировавшиеся в российский писательский процесс. Их прекрасно принимают в России, и это говорит о том, что среди книгочеев в России антисемитизм отсутствует.

Вам, как бизнесмену, не мешают особенности Израиля? Например, то, что в субботу не работают магазины, не ходит общественный транспорт?

- Это законы страны, в которой я живу.

Вы завидуете своим коллегам за какие-то особенные удачи?

- Да. Особенно если им удалось сделать то, что я хотел, но не сделал.

Как вы отдыхаете?

- Никак. Даже во время отпуска голова занята книгами. Это как болезнь. В любой компании всегда оказывается человек, который что-то там пишет, и я сразу начинаю думать, можно ли с ним сделать книгу.