Вот, говорят, людям есть нечего, а ты тут с командой

У нас есть организации, которые дополнительно финансировали команду. Но сейчас и они отказываются. Приводят весьма резонные объяснения: мы вот дадим сейчас свой миллион, но он же вас не спасет. Но я знаю, что есть предприятия, способные взять «Ладу» на полное обеспечение, если им предоставят налоговые льготы.

Автор: Алексей Шевченко

Сайт: Спорт Сегодня

Генеральный директор «Лады» Александр Чеботарев в интервью Sports.ru честно рассказал о сложной финансовой ситуации, объяснил, почему клубу больше не дают автомобилей, какие инструкции получают игроки насчет ресторанов, и развеял миф о том, что переезд спасет команду.

Вы можете четко сказать, что ждет «Ладу» в ближайшее время?

– Нынешний сезон мы точно доиграем, это я обещаю. А вот что дальше – все зависит от обстоятельств. Но должен сказать, что существование тольяттинской команды в нынешнем виде, в каком должен быть клуб КХЛ, будет трудноосуществимо.

Почему?

– Финансирование и ледовая арена – вот две проблемы. Насколько я знаю, стройку в Тольятти заморозили. Но пока об этом и говорить нечего, нам надо доиграть сезон.

Вы говорите, что обязательно доиграете сезон. Но каким составом?

– Я не уверен, что у нас останутся те люди, которые есть сейчас. Ребята уже разъезжаются. Нет Евгения Бодрова, Степана Захарчука. Уверен, что еще некоторые хоккеисты отправятся в другие команды. В ноябре перед кем-то снова возникнет двухмесячная задержка по зарплате, а это значит, что предстоят новые судебные разбирательства.

Все чаще и чаще говорят о том, что «Ладу» спасет лишь переезд в другой город, ведь «ВАЗ» не может содержать клуб. Вы всерьез рассматриваете такой вариант?

– Думали об этом, но… Если «Лада» переезжает в другой город, значит Тольятти однозначно теряет хоккей. Не будет прежней «Лады». Это будет совершенно другой клуб. Тольяттинские спонсоры ей помогать не станут – в этом нет смысла. Новые владельцы будут влиять на структуру, на селекцию клуба, и они имеют на это полное право. Моя задача не столько сохранить «Ладу». Мне хочется, чтобы в Тольятти остался хоккей высокого уровня. Это совершенно разные вещи.

И вы верите, что хоккей в Тольятти можно сохранить?

– Пока я верю, что этот сезон мы доиграем.

Но почему вы так стремитесь спасти команду именно в Тольятти, если городу это не надо? Очень много примеров, когда большие клубы заканчивали свое существование. Было футбольное «Торпедо», был баскетбольный «Урал-Грейт». Пришло время исчезнуть, раз никому эти команды не нужны.

– Конечно, люди свыкнутся с тем, что не будет такой самобытной команды. Тут и спорить нечего. Если бы мы летом знали, что придем к нынешней ситуации, тогда бы все и прекратилось. Аргумент, который я постоянно использую, сводится к простой экономике. Да, сейчас плохая ситуация, можно отказаться от клуба. Но если все наладится, то восстановление в городе хоккея с нуля будет во много раз дороже. И вы, говорю, даже не представляете насколько.

В городе нет других структур, способных содержать клуб?

– У нас есть организации, которые дополнительно финансировали команду. Но сейчас и они отказываются. Приводят весьма резонные объяснения: мы вот дадим сейчас свой миллион, но он же вас не спасет. Но я знаю, что есть предприятия, способные взять «Ладу» на полное обеспечение, если им предоставят налоговые льготы.

Сейчас в Тольятти, наверное, о хоккее никто и не думает, а когда вы напоминаете о команде, поди, раздражаются?

– Конечно. Нужно быть очень осторожным. Обстановка и так накалена до предела.

Слышал, что хоккеисты команд, приезжающих в Тольятти, частенько выручают своих товарищей деньгами. А к вам лично игроки подходят с такими просьбами?

– Подходят, конечно. Те, у кого совсем небольшие зарплаты. Но вообще это такие ощущения. Никому не пожелал бы их пережить.

В истории Тольятти были случаи, когда «АВТОВАЗ» просто выдавал команде некоторое количество автомобилей, а дальше все зависело от менеджеров «Лады». Сейчас этот вариант невозможен?

– Я в те времена работал в юридическом отделе хоккейного клуба и прекрасно все помню. Действительно, нам выдавали автомобили, а мы должны были их продать. Часть машин тогда уходило на премии лидерам. Часть – поставщикам экипировки. Оставался вопрос по заработной плате игрокам, но можно было, кстати, дать вместо живых денег машину – игроки быстро находили покупателей. Если бы эту схему вернули сейчас, то мы бы выжили. Я знаю регионы страны, для которых «Жигули» – идеальный автомобиль. Но, к сожалению, сейчас невозможно использовать такую схему по двум причинам. Во-первых, это очень трудно документально обосновать. Во-вторых, машин же просто нет. По-моему, сейчас на заводе выпускают 40 тысяч машин в месяц. А для того, чтобы работать хотя бы в ноль, нужно выпускать 50 тысяч. Но и не будем забывать, что в те времена, о которых вы говорите, «шестерка» или «девятка» были приличными машинами даже в Москве.

А вы сами, кстати, на «Ладе» ездите?

– У меня служебная машина – «Лада». Но я понимаю наш вопрос. Конечно, с иномарками сравнивать трудно. Но для многих в нашей стране «Лада» – самый подходящий автомобиль.

Вы ведь живете в Тольятти. Расскажите, там действительно сейчас настолько плохо?

– В городе очень напряженная обстановка, это точно. Я часто приезжаю на один-два дня в Москву и скажу вам, что здесь кризиса и не заметили. Вернее он прошелся небольшим ветерком, едва ли испортив прическу. В Тольятти закрываются рестораны – туда никто не ходит. Закрываются любые развлекательные центры – у людей нет денег, чтобы развлекаться. Каждый день увеличивается число безработных, встающих на учет в центр занятости. Да что говорить… Средняя зарплата на «АВТОВАЗе» сейчас семь тысяч рублей! Можно ли прожить на эти деньги? А ведь из них 2-3 тысячи уходит на коммунальные платежи. В школе, где учится мой ребенок, нередки случаи, когда детей забирают домой. Например, если в семье два ребенка, то родителям приходится выбирать, кому давать образование. Молодые ребята уезжают из города на заработки. Цены на квартиры рухнули почти на 40 процентов. Бизнес же весь встал из-за завода. Там все было завязано на «АВТОВАЗе». Вообще все.

Что же вы о команде тогда переживаете? На вас же первых с вилами пойдут, если начнется бунт.

– У меня часто возникают дискуссии на эту тему. Вот, говорят, людям есть нечего, а ты тут с командой. Конечно, я стараюсь аргументировано и спокойно отвечать на эти упреки. Объясняю, что если хоккей убьют, то никто ничего не выиграет. Свободные деньги не спасут завод, не улучшат благосостояние людей. При этом ни у кого еще и не будет хоккея. Впрочем, я никого не обвиняю, всех прекрасно понимаю. Люди нервничают.

Хоккеистам объясняете, чтобы они без повода никуда не выходили?

– Постоянно. Советую тщательно выбирать рестораны, посещать только проверенные места. Но рестораны – это полбеды. В детских садах возникают проблемы. Хоккеист приводит своего ребенка в садик, а там на него смотрят волком. Вечно недовольные родители, вечно издерганные дети.

А вам-то не страшно?

– Я сам ростовский, но живу в Тольятти с 1992 года. Скажу, что в середине 90-х в городе было гораздо страшнее. Стреляют, например, меньше. Да там и делить нечего. Хотя тревога в городе ощущается кожей. Осень ведь еще на дворе, обычная сезонная депрессия, которая накладывается на безденежье.

Дата публикации: 05.11.2009