Гамбургский счет Ивана Поддубного

«Сохранять свою спортивную честь, не ложиться по приказу организатора чемпионата на определенной минуте, могли лишь выдающиеся атлеты, такие, как Иван Поддубный, Иван Шемякин, Николай Вахтуров…» /Иван Заикин, знаменитый «волжский богатырь»/

Автор: Олег Слепынин

Сайт: Знаменитости

Восхождение на «Олимп»

Сто лет назад, в Петербурге 1904-го, Иван Поддубный впервые стал победителем международного турнира борцов. В спортивном мире это время считается началом «золотого века» французской борьбы (она же классическая и греко-римская). В те громовые годы популярность борьбы была огромной, этим — на фоне предреволюционных коллизий — словно бы программировался весь будущий ХХ век. Посмотреть на соревнования в петербургский цирк Чинизелли изо дня в день сходилось три тысячи человек. Здесь состязались тридцать борцов, среди которых были мировые знаменитости, в их числе французы — двукратный чемпион мира Поль Понс и Рауль ле Буше, соорганизаторы турнира. Рауль на парижском чемпионате 1903-го по очкам победил Поддубного и занял второе место. Победил он, как тогда же открылось, жульничеством: его тело перед соревнованиями — по турецкой методе — обрабатывалось оливковым маслом, которое имеет свойство впитываться в сухую кожу и выделяться вместе с потом, делая тело неуловимо скользким. Вскоре «вечно второй» Рауль, чтобы расчистить себе дорогу к чемпионству, прибегнет к более радикальному способу. Но Поддубный, и в 1904-м уже знакомый с нравами подобных чемпионатов, знал, что строптивого борца тут могут и кожной болезнью заразить, и покалечить, и убить. На этом турнире организаторами уже заранее был сочинен финал и распределены четыре денежных приза (первое место — 3000 руб., далее 1000, 600 и 400 руб.)

Французы, как и публика, не сразу поверили в борцовский гений Поддубного. Расхожим было мнение, что Поддубный берет не борцовским искусством, а тупой природной силой. Иван Максимович подыгрывал этому.

Когда организаторы обнаружили, что Поддубный гарантированно выходит на третье место, — вмиг изменили условия турнира, объединив призы в один: победитель получит пять тысяч. Они не верили, что Поддубный победит всех. Но тот в длительном поединке сначала заставил капитулировать ловкого и могучего 21-летнего Рауля. А в решающей схватке уложил на лопатки двухметрового великана Поля Понса. В тот день Поддубный показал все свое накопленное к тому моменту виртуозное мастерство. Конечно же, это был настоящий «бур». Тут же Поддубный громогласно потребовал вынести деньги и пальто на арену: «За кулисы не пойду, убьют!» Публика ревела, она уже была на его стороне…

В следующем, 1905-м Поддубный стал победителем парижского чемпионата мира и получил главный приз — 10 тысяч франков. Вот тогда Рауль ле Буше и нанял бандитов… Надо сказать, что и в будущем у разных людей по разным поводам будет возникать желание расправиться с Поддубным. Однако выходило так, что пули его не брали. В 1905-м Поддубному пришлось отказаться от турне по Италии и, скрываясь от киллеров, спешно перебраться в Африку. Рауль же, связавшись с бандитами, вскоре сам от их рук и погиб…

Некоторые обстоятельства биографии Ивана Поддубного заставляют вспоминать о легендарных героях античности. Как и они, он знал свое предназначение. Как и им, ему ведомы были изломы судьбы, испытания, победы, бедствия, странствия. И как мало кому, была дарована ему старость в глухой провинции у моря с обожаемой им женщиной.

Энергия взрыва

Родился Иван Максимович Поддубный на Иоанна Богослова — 9 октября (26 сентября) 1871 г. на Полтавщине, в с. Красенивке (ныне Черкасской обл.) Там он прожил 21 год. Примерно столько же и в конце жизни в Ейске — курортном городе на берегу Азовского моря, где и умер 8 августа 1949 г.

В год возобновления Олимпийских игр, в 1896-м, он впервые вышел на арену цирка. Вышел как любитель из публики — цирк был бродячим. Случилось это в Феодосии. Потерпев конфуз, соревнуясь в поднятии тяжестей с заезжими атлетами, он превзошел их в борьбе «на поясах», которая была популярна и в Красенивке (а на Руси известна с XIII в.).

По тонкому наблюдению врача Е.Гарнич-Гарницкого, который вместе с А.Куприным создал в Киеве клуб атлетов, где одно время тренировался будущий «чемпион чемпионов», «Поддубный способен был развивать в нужные минуты энергию, подобную взрыву, и не терять «куража» в самые тяжелые и опасные минуты борьбы…» Он был умным борцом, и в нем жила ярость Ахиллеса. При этом Поддубный был артистичен и умел нравиться публике. К 1903 г. он уже являлся опытным борцом на поясах, известным Одессе и Киеву, Тбилиси и Казани…

«Золотой век» победителя чемпионов

Граф Георгий Иванович Рибопьер был для русского спорта тем, кем для художников — Третьяков, а для театра — Немирович-Данченко. Герой русско-турецкой войны, борец, конькобежец, наездник. Он возглавлял Санкт-Петербургское атлетическое общество и тратил на развитие отечественного спорта из личных средств до ста тысяч в год. В 1903 г. граф пригласил в Петербург работавшего в киевском «Русском цирке братьев Никитиных» атлета Поддубного и предложил ему — после серьезного обучения французской борьбе — участие в парижском чемпионате мира.

Историки цирка считают, что «золотой век» французской борьбы приходится на 1904—1909 годы. Именно эти годы освещены блеском побед Поддубного. Его награды, хранимые в специальном сундучке — золотые медали и значки, — к концу «золотого века» весили два пуда! Он был популярен в России и Европе, открытки с его портретами расходились тысячами. Журналисты сочинили для него удивительное звание — «чемпион чемпионов».

Слово о чести

Существуют вполне понятные объяснения, почему борцы «жулят» и борются по сговору. Первое: иначе борца не надолго хватит. Второе: каждый устроитель турнира сам жаждет стать «чемпионом мира» и приглашает сговорчивых. К слову, подобные «турниры-шике» в те годы принесли человечеству чуть ли не полторы сотни «чемпионов мира». Наверняка непросто было противостоять этому всемирному балагану!

Высказывание Ивана Заикина — знаменитого «волжского богатыря», а в последующем не менее знаменитого воздухоплавателя и авиатора: «Сохранять свою спортивную честь, не ложиться по приказу организатора чемпионата на определенной минуте, могли лишь выдающиеся атлеты, такие, как Иван Поддубный, Иван Шемякин, Николай Вахтуров…»

Цирк победил

В 1910-м Поддубный распрощался с ареной и вернулся в Красенивку. Он мечтал о своем доме, хотелось семейного счастья. Да и то — к сорока-то годам — пора. В окрестностях родной Красенивки и соседней Богодуховки он обзавелся 120-ю десятинами черноземов (более 131 га), женился, облагодетельствовал родню земельными наделами, выстроил в Богодуховке усадьбу на площади 13 десятин, завел две отличные мельницы, модную коляску…

Он не был грамотным человеком, писал с трудом, знаками препинания, кроме точек, Иван Максимович пренебрегал. Он не был и деликатным человеком, мог «по-барски» подать человеку — не равному себе — для пожатия два пальца. Вращаясь «в сферах», ему проще было уложить на лопатки дюжину гренадерских офицеров, чем научиться пользоваться ножом и вилкой… Однако мы знаем людей, которые неплохо воспитаны, но понятие о своей профессиональной чести (творческой, политической или научной) имеют самое произвольное, проводя жизнь в жанре «шике». Уж только поэтому о Поддубном хочется и помнить, и думать.

Трудно сказать почему, но отчего-то не жаль, что помещик из него вышел плохой: через пару лет Поддубный разорился. Одну его мельницу сжег со зла младший брат, вторую, как и имение, он продал для уплаты долга своим конкурентам, владельцам окрестных мельниц, неким Рабиновичу и Зархи. В 1913-м борцовский ковер вновь уже пружинил под его ногами.

Он второй раз вошел в ту же реку. А поток стал еще более мутным. О Поддубном вновь заговорили с восхищением… Он до последнего держался своего принципа «пусть положит, если сможет».

«Белые, красные, золотопогонные…»

19-м Поддубного в житомирском цирке едва не пристрелили пьяные анархисты. Он бежал, бросив вещи, скитался без денег. А чуть позже в Керчи в него стрелял пьяный офицер, плечо оцарапал. В Бердянске в том же 19-м у него была малоприятная встреча с Махно… В Гражданскую Поддубный не примкнул ни к одной из сторон, не взялся за оружие, он боролся в цирках. Да и действительно, во времена пьяных мясорубок место героя, может, и должно быть в балагане, абсолютном символе происходящего вокруг. В 1920 г. он побывал в застенках Одесской ЧК, где расстреливался каждый, заподозренный в антисемитизме. К счастью, в лицо Поддубного помнили, разобрались, отпустили. А тут и весточка с малой родины: жена нашла Ивану Максимовичу замену. Еще и медали прихватила. «Эх ты, Нина-красавица!..» Он перестал есть и разговаривать, а потом и узнавать кого бы то ни было… Вскоре она писала покаянное: «На коленях пройду весь путь к тебе, Ванечка»… Да куда там, отрезано!

Потом

Советская власть в лице Луначарского поддержала артистов цирка, сочтя арену хорошим местом для революционной агитации. С 1922 г. Поддубный работал в московском госцирке, потом в петроградском. Как-то оказался на гастролях в Ростове-на-Дону и познакомился там с Марией Семеновной… Помолодел Иван Максимович, уломал, обвенчались. Со средствами — к чему он не привык — было туго. Нэп понес его по городам и весям, занес в Германию, потом в США. Поддубный произвел в Америке фурор, исколесил всю страну, был даже провозглашен «чемпионом Америки». Его уговаривали остаться. Впрочем, «уговаривали» — не тот глагол, заставляли: в ход шли серьезные угрозы, шантаж, невыплата денег. На прощальном банкете присутствовало более тысячи человек…

Подобно Одиссею он одолел отпущенные ему испытания и искушения. В 1927-м по пути из Нью-Йорка его пароход зашел в Гамбург, который, оценив истинный класс борца, завалил его цветами. И вот — Ленинград. Имперский город встречал его, как во все времена столицы империй встречают своих героев. Но главное — на причале стояла Мария Семеновна. В его честь были устроены спортивные игры.

В Ейске Поддубные купили большой двухэтажный дом с садом. Но борцовского ковра Иван Максимович не думал оставлять, гастролировал до 1941-го, до семидесяти. В ноябре 1939-го в Кремле ему за действительно выдающиеся заслуги «в деле развития советского спорта» был вручен орден Трудового Красного Знамени и присвоено звание заслуженного артиста РСФСР. В Европе уже шла война, начинался всемирный «бур». Богатырские мускулы Поддубного и его приемников, среди которых были и командармы, олицетворяли советскую мощь.

В годы немецкой оккупации семидесятилетний Иван Максимович, чтобы прокормить близких, был вынужден служить маркером в городской бильярдной. После освобождения Ейска в 1943 г. — вновь гастроли. В декабре 1945-го, когда отмечалось 60-летие образования Атлетического общества, Поддубному было присвоено звание заслуженного мастера спорта СССР. Он был активен, вел переписку, делал обращения, подписывался так: «Русский Богатырь Иван Поддубный». В 1947-м он выступал с программой «50 лет на арене цирка»… Потом был перелом ноги и гибель от инфаркта.

Фото - Иван Поддубный