Попадание из дубля в основу на 70 процентов зависит от удачи

Пару лет назад он неожиданно стал появляться в заявке «Локомотива» на матчи премьер-лиги. Трудности, с которыми после пришлось столкнуться в молодежном составе, оказались непреодолимыми, и прошлым летом он перебрался в Австрию. Новый герой сериала «Вокруг света» на Sports.ru – защитник «Суперфунда» Наим Шарифи.

Автор: Кирилл Благов

Сайт: Спорт Сегодня

Таджикистан

– Мой папа – профессиональный спортсмен, призер СССР по самбо. Когда мне года три было, его пригласили учиться в Москву. Он поехал, а через несколько лет забрал нас с мамой. Сейчас папа снова больше там живет, но вот скоро уже должен приехать навестить меня.

Москва

Ты ведь футболом не сразу стал заниматься.

– Да, папа поначалу меня на самбо водил, но мне совсем не нравилось. Стал заниматься акробатикой, это было уже интереснее. А потом в школе учительница физкультуры увидела, как мы с ребятами играем в футбол, и сказала родителям, чтобы отдали меня в секцию. Мы жили на Сиреневом бульваре, там с парнями с района в Сиреневом саду в футбол постоянно гоняли. Ближе всего была школа «Локомотива» – туда папа и повел. Поначалу меня не хотели брать – тренер говорил, что слабенький. Папа в ответ уверял, мол, маленький еще просто, научится со временем. В итоге дали шанс, и потихоньку все началось.

Мама не говорила, чтобы ты бросал все это и всерьез брался за учебу?

– Нет, наоборот поддерживала. Когда мне было лет девять, совсем ничего не получалось, и тренер меня уже зачехлил. Я вообще не играл, да и толком даже не тренировался. Подошел к родителям и сказал, что не хочу так больше, надоело – лучше буду легкой атлетикой заниматься. Мама объяснила, что в моей ситуации нет ничего страшного, не нужно сдаваться, ведь ничего сразу не бывает. Такой вот разговор был – после этого снова начал тренироваться, и все уже совсем по-другому пошло.

Когда попал в молодежный состав?

– А меня из школы сразу в первую команду взяли. Тогда с Рашидом Рахимовым в клуб пришли австрийские тренеры, и они в школе проводили занятия, как говорили, для перспективных ребят. Проводили тесты разные, и по результатам я был одним из лучших. Тренеры хвалили, отмечали меня. Как-то утром пришел на тренировку, а мне говорят – через два дня будешь заниматься с основным составом. В шоке вообще был! Для меня ведь основной состав «Локомотива» был чем-то непостижимым.

На первую тренировку приехал вместе с дублерами – Деобальдом, Гоаряном. Ничего особого вроде даже и не заметил, все как в школе, только мяч побыстрее катится. Потом обыграли «Спортакадемклуб» в товарищеском матче – 8:1. Я второй тайм отыграл – сначала справа, потом слева – и понравился тренерам, меня оставили. Понятно, что так сразу заиграть в основном составе я не мог, поэтому выступал за молодежный состав. Там, правда, у меня были очень напряженные отношения с Ринатом Билялетдиновым.

Почему?

– Не знаю даже. Просто относился он ко мне как к постороннему человеку, который попал в его команду с чьей-то помощью. Ни во что меня не ставил – говорил, что тренируюсь только потому, что одной национальности с главным тренером. Я не знал, что на это ответить, и в итоге в молодежном составе только и думал о том, чтобы сезон поскорее закончился. Не мог работать с этим тренером, и все. Когда выходил на поле, был весь скован, потому что знал – одно неудачное действие, и он сразу пальцем на меня будет показывать. А уж когда Рашид Маматкулович ушел из команды, совсем все напряженно стало.

Парни из молодежного состава говорили что-то по этому поводу?

– Ну, а что они должны были говорить? Чтобы не слушал Билялетдинова? Я и сам это понимал. А так меня никто не прессовал, со всеми были отличные отношения. Больше всего дружил с Бурлаком, Нуровым и Оздоевым. Мы и сейчас дружим, продолжаем общаться.

Роль тренера молодежки в вопросе попадания в первую команду вообще существенна?

– Скажу так: попадание в основу на 70 процентов зависит от везения и на 30 – от твоего старания. Здесь куда важнее в нужное время оказаться в нужном месте. Можно не быть талантливым и все равно попасть в основной состав. От везения много зависит, это точно.

Агент может повлиять на везение?

– Нет, во взрослом футболе такого не может быть. В детском – да, там за спиной могут что-нибудь решить.

Если бы по ходу прошлого сезона сказали, что Билялетдинов в итоге уйдет, остался бы в «Локомотиве»?

– А я знал, что он уйдет, об этом говорили. Но в любом случае не остался бы, потому что молодежный состав в «Локомотиве» – только для галочки. Поэтому я даже думать не стал, когда получил предложение из Австрии, сразу сказал Наумову, что ухожу.

Пермь

У тебя при этом был действующий контракт?

– Да, еще полтора года. Из-за этого с «Амкаром» и не сложилось – они не могли выплатить требуемую компенсацию.

То есть был согласен ехать в Пермь?

– Конечно. «Амкар» – это ведь клуб премьер-лиги. Да, борется за выживание, но команда-то там хорошая, с тренером, который видел во мне потенциал. Так что получить шанс попробовать себя в премьер-лиге в любом случае было бы здорово.

Но там ведь могло получиться так, что не платили бы деньги.

– Для меня это сейчас не столь приоритетно, важнее играть в футбол. Конечно, деньги важны для всех, и я здесь не буду ничего из себя строить, говорить, что это не так. Но тогда это было не столь важно, об этом даже и не задумывался. Да и зарплата у меня не такая уж и высокая, чтобы переживать.

Капфенберг

Как вариант с Австрией появился?

– На одном из сборов играли товарищеский матч с дублем «Суперфунда». Тогда мне повезло – Билялетдинов дал поиграть, я неплохо себя проявил и заинтересовал тренеров. Позже со мной связался Валентин Петрович Коротков и сказал, что поступило предложение. Ребята говорили, что слышали про эту команду, а сам я особо за Австрией не следил. Уже потом начал читать про них, узнал больше. Австрийцы вышли на меня в марте и хотели осуществить трансфер как можно быстрее, но уехал я только в июне, потому что до этого не было 18 лет.

В клубе с кем это обсуждал?

– Из ребят ни с кем особо не общался на эту тему. Просто сказал, что есть такое предложение, и все. Также и с президентом, ничего особо не обсуждал – с Наумовым у меня тоже не самые лучшие отношения были. Ты не подумай, я не конфликтный человек. Когда ко мне хорошо относятся, отвечаю тем же. Но вот когда люди начинают вести себя по-хамски, уже не могу себя в руках держать. А так я абсолютно спокойный, никогда первым не начну искать конфликт.

Родители что говорили?

– Особо ничего не говорили. Я вообще все решения сам принимаю, уже достаточно взрослый для этого.

Да брось, какой взрослый?

– Нет, я понимаю, что мне 18 лет – здесь без вопросов. Просто я довольно рано привык самостоятельно принимать решения. Мама не волновалась, если ты об этом. Она же тоже прекрасно понимала, что возможность взять и уехать в таком возрасте не так уж часто выпадает.

А с языком как у тебя?

– И на английском, и на немецком разговариваю. Английским уже после окончания школы индивидуально занимался с репетитором – понимал, что пригодится. Немецкий тяжелее дается, я им специально не занимался, просто за счет постоянной практики удается учить.

Времени на адаптацию как такового и не потребовалось. Языкового барьера не было, а люди здесь настолько добрые и отзывчивые, что ни бытовых, ни внутрикомандных проблем не возникнуть, наверное, и не могло. Мне сразу нашли квартиру, со всеми ребятами подружился.

Никаких проблем.

Получается, ты приехал перед началом предсезонки.

– Да, я как раз успел на сбор, он у нас был только один. Длился всего месяц и неделю, но при этом приходил очень интенсивно. В день могло быть четыре тренировки. Конечно, после России непривычно и тяжело, но зато все это быстро заканчивается, и начинаются официальные матчи.

Сначала ты играл в основе, но потом тренер посадил на лавку. Что там произошло?

– Да, я сыграл с «Ред Буллом», «Штурмом» и «Маттерсбургом», а потом уехал в сборную до 20 лет. Это, наверное, и стало ошибкой, потому что после этого тренер меня перестал ставить в состав. Не могу сказать, что был какой-то конфликт, просто тренер был недоволен тем, что я уехал. Сейчас думаю, что не стоило тогда этого делать, потому что турнир был не настолько серьезным, чтобы из-за участия в нем потерять место в основе клуба.

Конкуренция за место в составе серьезная?

– Очень серьезная, на твое место в старте желающие всегда найдутся, и будет их немало. Сейчас у меня мало игровой практики. Регулярно попадаю в заявку, но сижу в запасе. Но так происходит отчасти и потому, что тренер где-то не хочет рисковать, и молодому игроку предпочитает опытного. Но при этом здесь нет такого, чтобы кто-то прям железно застолбил за собой место в составе. На каждой тренировке нужно доказывать все заново.

В России, например, не так – ты можешь выдать один хороший матч, потом сдашь, а тренер в качестве бонуса все равно будет продолжать ставить именно тебя, вне зависимости от того, как работают конкуренты. Здесь же любое твое неудачное действие на тренировке будет замечено, и реакция обязательно последует, тренер не закроет на это глаза.

На красную карточку, полученную за десять минут, тоже не закрыл?

– Да, это было в октябре в матче с «Рапидом». Там желание подвело – очень уж хотелось выйти и проявить себя. В целом, я неплохо тогда отыграл, да и на красную-то я тогда не наиграл. Тренер сказал, чтобы не переживал – что было, то было. Сейчас до конца чемпионата осталось девять матчей, тренер доволен тем, как я работаю, так что рассчитываю получить шанс.

Чемпионат Австрии заметно слабее российского?

– Россия сильнее, без вопросов. Но вот если брать по накалу борьбы, то Австрия точно не уступит. Здесь все ребята очень жестко рубятся – по ощущениям, не слабее, чем в Англии. По уровню «Рапид», «Ред Булл», «Штурм», «Аустрия» – конечно, посильнее остальных. Но это не значит, что все остальные безнадежно плохи. Наша команда уж точно никому из этого костяка спуску не даст – здесь от настроя очень многое зависит, а в этом плане ребята у нас собраны что надо.

А какая вообще цель стоит перед «Суперфундом»? Вряд ли просто потрепать лидеров.

– Выйти в финал Кубка Австрии и попасть в квалификацию Лиги Европы. Об этом тренер и президент нам чуть ли не каждый день говорят. Это вполне нормальная задача для клуба из маленького города.

Сколько, кстати, людей живет в Капфенберге?

– 25 тысяч всего! Я никогда в жизни не был в таком маленьком городе. Поначалу после Москвы к этому очень сложно было привыкнуть, но теперь я понимаю, что жить в таком городе даже лучше. У меня на кухне из окон видны горы, выходишь на улицу – там свежий воздух, чисто на улице, нет пробок, все люди улыбаются. Конечно, большие города затягивают, особенно молодых людей, но я уверен, что со временем все равно придет ощущение, что жить в городе вроде Капфенберга даже лучше.

К тебе оно уже пришло?

– Да, мне здесь хорошо. Каждые три-четыре дня, например, езжу в Вену. 140 километров, но здесь дороги свободные всегда, так что где-то за час можно добраться. Вена – это, конечно, уже совсем другое.

На меня Вена, кстати, какого-то особо впечатления не произвела.

– Ну нет, ты что! Это город, в котором красиво абсолютно везде – в какой бы уголочек ты ни забрался. В Москве, например, такого нет – в центре красиво, да, но на окраинах совсем по-другому. Я уже всю Вену, кажется, объездил, и в этом городе везде одинаково приятно находиться.

Какая музыка играет в венских клубах?

– Не, по клубам я не хожу. Я и в Москве-то считанное число раз ходил – когда приглашали на дни рождения. А так клубы я не люблю, мне больше нравится посидеть в каком-нибудь ресторане вместе с друзьями или сходить в кино.

Что последнее смотрел, кстати?

– А я здесь не ходил еще. Еще не всегда понимаю, что говорят по телевизору, и в кинотеатре будет то же самое. Мне пока сложно воспринимать немецкий в таком виде. Вот подтяну язык – схожу обязательно.

Если собрать все впечатления от Австрии за эти десять месяцев, и выбрать самое яркое – что это будет?

– Больше всего поразил менталитет людей. Все по-доброму настроены. Идешь по улице – все улыбаются, здороваются с тобой, даже если вы не знакомы. Это очень приятно, настроение сразу улучшается.

Может, это из-за того, что тебя узнают?

– Да нет, здесь в принципе все так настроены друг по отношению к другу. Бывает, меня узнают – начинают кричать фамилию, на районе мальчишки маленькие автографы просят. Недавно вот зашел в магазин купить турецкой еды, и меня продавец узнал, попросил сфотографироваться с ним. Все это есть, мне приятно, конечно. Соседи уже маек десять попросили у меня, на фэйсбуке постоянно пишут сообщения – просят кинуть майку на трибуны.

– Этот ролик сделал один парень, он прислал мне ссылку, я посмотрел и решил добавить в свой канал. А вообще я и сам люблю поиграть, только предпочитаю PES. В FIFA пару дней назад играл с другом, он меня три раза обыграл, и мне чего-то даже как-то не по себе стало.

За кого обычно играешь?

– За «Реал», это команда моей мечты.

Еще одна команда твоей мечты – сборная России.

– Да. Я вырос, получил образование, начал играть в футбол в России и считаю, что должен играть именно за эту сборную. Сейчас, когда меня вызывают в молодежные сборные, я всегда очень рад, желание играть переполняет. На главную команду страны я бы пока даже не смотрел. Все же у нас к молодежи не такое отношение, как, например, в Германии. Так что сначала нужно доказать все на уровне молодежных команд, и только потом думать о большем.

Но чемпионат мира в 2018 году рассчитываешь выиграть?

– Я так далеко не загадываю и не понимаю людей, которые сейчас говорят о том, что будет в 2018 году. В жизни нельзя быть наверняка уверенным в том, что будет завтра, а здесь на восемь лет вперед расписывают.

Италия

Читал, что тебе нравится Италия, причем во всех отношениях – от футбола до кухни.

– Да, я бы хотел жить в Италии, поиграть за местные клубы. Правда, был там всего один раз, но мне очень понравилось.

В каком городе был?

– В Риме на сборах с «Локомотивом». Сумасшедшие впечатления, конечно. Хочется, чтобы все это не осталось мимолетным.

То есть через пару лет ждать твоего появления где-нибудь в Италии?

– Ох, это было бы очень круто!

Дата публикации: 09.04.2011