Биография

В нашем телевизионном шоу \"Век футбола\", где определяется лучший игрок столетия, в пару номинантов Григория Федотова с Игорем Численко. Чем вызвали ропот даже среди специалистов: как это можно! Григория Ивановича и Число... Правда, к чести специалистов: они разобрались - и успокоились довольно быстро. Вспомнили сделанное Численко в футболе. Конечно, Число (или, как его еще метко прозвали, Оса) входит в миф с большим - в силу особенностей своего характера и образа жизни, - чем классики сороковых годов, скрипом. Тем не менее кого еще, кроме Осы, сравнивают с несравненным Трофимовым?

Автор: Алексей Нехорошев

Сайт: История Футбола (www.footballhistory.ru)

Красное Число

Шестидесятилетие - КРАСНОЕ ЧИСЛО, - и мы вполне были вправе, воздавая Игорю Леонидовичу по заслугам, поместить его в точно такую же раму, как и Василия Дмитриевича и Валерия Васильевича. Но, встретившись накануне юбилея с друзьями Численко - динамовцами, знаменитыми мастерами футбола и хоккея (он ведь и в хоккей играл великолепно, тренируясь у Трофимова), наслушавшись рассказов о нем не мемориальном, а живом и грешном, не захотелось лишать этих веселых и грустных штрихов как почитателей редкого таланта форварда, входившего в десятку лучших в Европе, так и тех, кто его не застал...

Геннадий Гусаров. В сборную он ворвался. Привлекали его с шестьдесят первого. Но сидел в запасе, почти не играл. И вот - первенство мира в Чили, первая игра с югославами - в составе Метревели... Игра жесткая - Славке по глазу ударили, глаз заплыл, видит только с одной стороны. В следующей игре с Колумбией Славка играть не может. И Число первый раз ставят за сборную. И он такую игру выдает! Они с Валей Ивановым за первые пятнадцать минут раздели всю Колумбию - 3:0 вели. Перед игрой с Уругваем уже вопрос не стоял - кого ставить" Игорь стал играть в основном составе постоянно. Муха (Метревели) перешел на вторые роли. Когда в 1963 году играли с Италией на Кубок Европы. Бесков поставил Численко в середину поля - пятым нападающим. Все, что футболист должен на поле делать, Игорь умел делать. Ну только, может быть, головой не мог побороться из-за маленького роста, а так: скорость великолепная, удар отличный с обеих ног, видение поля, обводка ну я же сказал: все. Он крайний нападающий, но мог играть и в центре поля. А самое главное - когда выходишь играть с ним, то чувствуешь себя психологически спокойным, уверен, что, если ты мяч ему отдашь, ты обязательно его получишь. Когда выходишь играть с Ивановым, Численко, Ворониным, чувствуешь себя спокойно, знаешь - эти ребята играют лучше тебя, и они всегда тебе помогут.

Эдуард Мудрик. Когда мы были за границей, купил он десять плащей болоньевых, модных тогда. Ну и как честный человек пришел, сдал в комиссионный магазин - и ждет, когда их продадут. В газете написали: он спекулянт. Спекулянты из-под полы продают, а он сдал официально в комиссионный магазин, а на него фельетон.

Вячеслав Соловьев. Он долго разрывался между хоккеем и футболом. После всяческих Южных Америк он приезжают, и только у него окошечко какое-нибудь появлялось, приходил и играл в хоккей - до 1959 года постоянно. Играл в пятьдесят девятом полуфинал со Свердловском. Число - человек, любящий риск. Это его стихия - кучу соперников обыграть. Как-то играли за ветеранов в Димитровграде. Состав сильный - Игорь не очень был в форме, пришлось в запас поставить. Стоит он за воротами. Вдруг у нас атака, бьем, вратарь отбивает мяч. И мяч валяется, рядом никого нет. Игорь орет: "Соловей, выпускай меня, это мои любимые отскоки!" И в жизни он любил экстремальные ситуации. Когда работал монтажником, надо было подняться на 40 метров, все боялись, а Игорь говорит: "Я полезу". Он ничего не боялся. И все эти его выходки - когда он на машине в аварию попадал, - все, что связано с риском, ему по нутру.

Э.М. Он был по жизни максималистом. Даже вот то, что на Ольге женился, за которой ухаживали Нетто. Воронин... Но вот Игорь поставил цель - выиграть у них, и выиграл, хотя не знаю, нашел или потерял. Что мне в нем нравилось - он всегда критически к себе относился. У Игоря все время была неудовлетворенность собой - вот забил три, а вспоминает, что мог забить больше. В этом отличие от нынешних футболистов. В 1966 году после чемпионата мира приехали ребята, его знакомые, ну, посидели. Я тост поднимаю: за ваш успех, за "бронзу", а Число весь сморщился. В его представлении четвертое место - это не "бронза". Ведь мы были, до этого "вторые" в Европе, а на чемпионате мира нас опередили три европейские команды Все: "Ура-ура", а для него было недопустимо, что могли сыграть хуже, допустим Португалии. 3аседает партком, ругают: видели тебя в "Советской". А Игорь: "Ну что мне, закрыть шкафом дверь и выпивать у себя?" Он говорил: "Я живу по Горькому - лучше одни раз напиться чистой крови, чем вес время питаться дохлятиной".

Предлагали ему работу в ГАИ: давай, говорят, дадим машину, которая сопровождает правительственные лимузины в Шереметьево. Сутки, в форме, сопровождаешь, а трое суток отдыхаешь. Чтобы сохранить ему стаж - у него тогда было уже 17 лет. А после 20 можно уйти на пенсию майором. Не соглашался: "Я и вас подведу". Пошел работать на асфальтобетонный завод. А ко мне обратились болельщики, передали в конверте деньги для него, встречаемся с ним как-то в переходе куртка на нем какая-то невзрачная. Говорю "Вот тут тебе ребята собрали". "- Какие ребята" "Болельщики, наши, рабочие". Не взял. "Займи мне лучше десятку"

Собирались они бригадой - скинуться с получки, посидеть. Утром Число приходит - все окурки уберет, Чтобы чистенько было... Пошел, бутылки пустые сдал, бутылку водки принес. Утром рабочие приходят думают, что надо бы сходить - купить. А Число говорит: "А я уже взял".

Гусаров. Мать Игоря работала в академии, отец - в организации Внешторга, брат в 21 год защитил кандидатскую. Интеллигентная семья. Ему кто-то: "Ну ты-то чего?" Он засмеялся: "В семье не без урода".

B.C. Вот чего он не любил - это показухи, красивых разговоров. Сидим в какой-нибудь компании, кто-то начинает красиво говорить, он слушает-слушает, потом поднимается и говорит: "Когда ты шел туда, я уже шел обратно". Вообще он по натуре игрок был. Рожден был, чтобы все время играть. В хоккей, в футбол, во все.

Э.М. На Сахалине играем вечером в карты. Число покупает шесть бутылок шампанского. А утром просыпаемся, а он проверяет счет - и Кесареву: "Ты мне еще 42 копейки должен". А про шесть бутылок шампанского, принесенных в компанию, и не вспомнит: это игроцкое. Сидим же опять за картами. А накануне со "Спартаком" встретились. Он вдруг говорит: "Да, Нетто в порядке". Оказывается, условный знак: "шестерка". (Нетто под шестым номером играл.)

Не мог он без игроцкой хитринки жить. Приходим в Сандуны, а там очередь в кассу во всю лестницу. Число снимает пальто и к кассе подходит в одном костюме. Очередь молчит - раздетый, значит, выходил куда-то.

Однажды приходим в очереди всего-то пять человек. Я говорю: "Постоим - недолго". Он: "Нет-нет". А пока раздевался, никакой уже очереди нет, но ему так интереснее...

Г.Г. День у него начинался с ворчания. Я - ему - улыбнись. Он: "Настроения нет". Но как он только "примет" немножечко, сразу - хохот, всех заводит, коллектив на ушах ходит. В компании - незаменим. Какой анекдот ни расскажут, он его уже знал.

Когда он был в порядке, тренеры ему ничего не говорили. Но как только сбой, ему сразу: "Вот, Численко, где твои рюмочки..." А сам он никогда в конфликт не лез.

Зимой 65-го Численко был лучшим. Но Бесков уже не хотел брать его в Австралию - поставил на нем крест. Перед медосмотром я ему говорю: "Число, тебе сегодня пить нельзя, завтра - пожалуйста". Он: "Хорошо, но позавтракать можно..." Приходим в "Советскую", восемь утра не успел оглянуться: на столе уже две бутылки шампанского. Все равно мы день его продержали, но к вечеру он "освежился", конечно. На медосмотре - женщина-врач, которая его не знала, спрашивает: "Давно пьете?" Он: "С детства". А для него было главное - съездить в Австралию, везде был, а там не был.

Валерий Королгнков. Boзвpaщались из Южной Америки, Летели через Париж. Он купил себе пять или шесть костюмов. Прилетел, позвонил, мы с ним встретились. Сидим в "Советской". Он за вечер пять раз менял костюмы.

Э.М. Любил красиво одеться, был законодателем моды в команде.

Нет сомнения, что про игрока с дарованием менее грандиозным, с именем менее громким друзья-приятели не рискнули бы в юбилейный год ничего подобного. Но Игорь Численко посчитал бы для себя унизительным какой-либо грим, какие-либо искажения своей биографии в сторону украшательства. Он хотел предстать перед миром только в том виде, в каком на самом деле был. И наверняка порадовался бы откровенности друзей, видящих в нем что-то вроде Моцарта от футбола, а то и просто Моцарта. Без всяких оговорок.