После выигрыша в финале спал только два часа

Турнир за Кубок мира в Ханты-Мансийске завершился большим сюрпризом: победителем соревнований стал американский гроссмейстер Гата Камский. В 89-м он вместе с отцом перебрался из Ленинграда в Нью-Йорк, а уже в 90-е годы считался одним из сильнейших шахматистов планеты.

Автор: Михаил Шпенков

Сайт: Известия

Сенсацией же его успех стал потому, что 33-летний Камский почти на 10 лет прекращал занятия шахматами. Такой срок — целая эпоха для этой игры, однако Гата сумел вновь войти в мировую элиту. В отличие от прошлых времен, когда он давал интервью только в присутствии своего отца Рустема Камского, теперь шахматист куда свободнее общается с журналистами. В этом убедился корреспондент "Известий" Михаил Шпенков.

вопрос: Финальный матч с Алексеем Шировым оказался для вас самым сложным на Кубке мира?

-ответ: Да, наверное. Он ведь состоял из четырех классических партий, а не из двух, как остальные дуэли на пути к финалу. Да и в целом напряжение было сильнее, чем на двух предыдущих Кубках. Ведь турнир теперь не просто отборочный этап перед новым претендентским циклом. Сейчас победитель Кубка напрямую вступает в борьбу за титул чемпиона мира (осенью 2008-го Камскому предстоит поединок с Веселином Топаловым, победитель которого сыграет за мировую корону с сильнейшим в матче-реванше Крамник — Ананд. — "Известия").

в: Много поздравлений уже получили?

-о: Очень. И особенно я благодарен Алексею Широву. Нечасто проигравший соперник тебя первым поздравляет — респект ему. Ну а затем остальные участники турнира поздравили. А когда вернулся в гостиницу, позвонила из Америки жена...

в: Кстати, Айгуль шахматами всерьез интересуется?

-о: Вообще-то она медик по образованию. Но теперь, конечно, за мои шахматные дела Алиса очень переживает.

в: Алиса?

-о: Да, после ее переезда из Казани ко мне в Нью-Йорк ее теперь зовут именно так. Прежнее имя для американцев было слишком сложным.

в: Вы хотите, чтобы ваш двухлетний сын когда-нибудь тоже стал шахматистом?

-о: Против точно не буду. Но пусть он свой выбор сделает сам.

в: Успели отдохнуть после финала?

-о: В ночь после победы удалось поспать всего два часа. Столько эмоций, впечатлений... Но ничего, теперь у меня будет время для отдыха.

в: Вы начали заниматься шахматами в Ленинграде. Кто из советских тренеров повлиял на вас больше других?

-о: Конечно, это Владимир Григорьевич Зак. Замечательный преподаватель! Это он научил меня играть любые трудные позиции (смеется). Мне ведь до сих пор часто дебюты не удаются. Зато в середине партии и в эндшпиле могу бороться в самой сложной ситуации.

в: Но с Заком вы ведь работали совсем недолго?

-о: Да, только в ленинградском Дворце пионеров. А затем много лет работал под руководством отца.

в: Он никогда не был профессиональным шахматистом. На ваш взгляд, в какую силу он играет?

-о: Думаю, в силу первого разряда. Ну, может быть, кандидата в мастера.

в: Как же вам в 1996-м удалось дойти без помощи гроссмейстеров до матча за шахматную корону с Анатолием Карповым?

-о: Отец давал мне удачные идеи, а я их уже сам дорабатывал. Мне это позволяло прогрессировать. А вообще многие известные шахматисты довольно долго ездили на крупные турниры с родителями. К примеру, Сергей Тивяков. Да и Гарри Каспарова когда-то постоянно сопровождала мама, Клара Шагеновна.

в: Но все же у них были и профессиональные тренеры.

-о: Да, но мне все равно удалось дойти до матча за титул чемпиона по версии ФИДЕ.

в: И все-таки теперь в Ханты-Мансийске вы обратились к помощи секунданта.

-о: Да, и израильский гроссмейстер Эмиль Сутовский мне очень помог! У него отличная теоретическая подготовка, он мне помог подтянуть дебюты. Надеюсь, наше сотрудничество продолжится и дальше.

в: К своему переезду в США теперь как относитесь?

-о: Считаю, что это был правильный шаг с шахматной точки зрения. Мне было 15 лет, когда мы с отцом перебрались в Нью-Йорк. И уже меньше чем через год я выиграл крупный турнир в Тилбурге. Останься я в Ленинграде — и у меня просто не было бы возможности участвовать в соревнованиях такого уровня.

в: Помню, после вашего отъезда в Нью-Йорк советская пресса поведала об одной давней истории, когда ваш отец дрался с целым нарядом милиции. Что произошло тогда?

-о: (после паузы) Я не помню. Здесь, наверное, только отец мог бы рассказать. Я вообще многого не помню из того периода своей жизни...

в: А как складывалась ваша жизнь в Нью-Йорке?

-о: Мы поселились на Брайтоне... Мне сложно судить, насколько тяжело нам приходилось поначалу в бытовом плане. Я был слишком занят шахматами. А отец брался за любую работу, чтобы я мог сосредоточиться на игре.

в: Но едва не дойдя до вершины, вы после поражения в матче с Анатолием Карповым оставили шахматы. Это было решение отца?

-о: Нет, мое. Не скрою, то поражение в Элисте довольно сильно повлияло на меня. Разочарование было слишком велико. К тому же тогда я всерьез занялся образованием, получал в США диплом юриста. А я и раньше привык всерьез заниматься в жизни чем-то одним. Сначала музыкой, когда учился игре на фортепиано, затем шахматами... А когда появилась своя юридическая контора, то решил вновь вернуться к турнирной практике.

в: В тот момент рассчитывали, что снова сможете претендовать на титул чемпиона мира?

-о: Ну, так далеко я не заглядывал. Сперва понемногу начал играть в сильных турнирах. Почувствовал, что могу побеждать прежних конкурентов. А теперь после выигрыша Кубка мира постараюсь, конечно, использовать свой шанс.

Дата публикации: 18.12.2007