Если есть возможность, надо все бросать и ехать сюда

Подступающее «Мартовское безумие» снова не обойдет стороной россиян. Один из самых заметных российских молодых игроков Кирилл Пищальников надолго пропал из вида, чтобы этой весной стать единственным представителем России в центральном баскетбольном турнире США. В интервью Sports.ru игрок стартовой пятерки VCU, некогда «русского» университета, рассказывает о причине своего отъезда из страны, настоящей учебе и чемпионском перстне.

Автор: Александр Черных

Сайт: Спорт Сегодня

- Расскажите, как оказались в американском университете, кто пригласил?

– Евгений Кисурин – через него узнавали, какие университеты могут меня принять, и он выбрал этот.

- Почему вы не подписали контракт в Европе?

– Просто в России возникли проблемы: я не мог там играть, и в Европе тоже. А в Америке никого не волновала моя ситуация с контрактом.

- Что случилось?

– Там все очень непонятно было. Мой тренер из Майкопа хотел, чтобы я играл в «Химках», но я отказался и поехал в «Урал-Грейт». Потом в Химках сделали так, чтобы меня дисквалифицировали на три года.

- Какие сейчас ставите цели, и какую специальность выбрали в университете?

– Моя специальность «спортивный менеджмент». Осталось учиться один год. Я заканчиваю в декабре. Потом буду брать аспирантуру, еще полгода отыграю и отучусь, потом уже буду двигаться дальше, вверх, играть где-нибудь. Хотелось бы, конечно, в НБА, но если не получится, то куда-нибудь в Европу, в Россию, может быть.

- Почему в Америке не получается набирать много очков – труднее на этом уровне?

– В той же сборной многие атаки строились через меня. В России, когда играл по своему году за команду в Майкопе, то делал, что хотел, чтобы команда победила. Здесь тренер больше хочет, чтобы я защищался, делал подборы и атаковал, если получаю мяч под кольцом. Он не требует от меня, чтобы я набирал очки. Моя задача в команде, как тренер говорит уже два года – подбирать, защищаться. Здесь есть определенные правила, что можно делать, а что нельзя, и каждый старается их придерживаться.

- Тренер пробовал использовать вас в атаке больше, но не получалось?

– Он, в принципе, не особенно пробовал. Когда я получаю мяч и атакую, у меня получается хорошо. Может, пока нет такого доверия, чтобы я атаковал один на один. Надеюсь, в следующем году это изменится, для этого буду после чемпионата работать над своей игрой. Хочу делать то же, что я делал в России.

- Как опишете игровую модель команды?

– Мы стараемся играть в очень быстрый баскетбол, часто прессингуем в защите. В нападении очень много комбинаций… Я вот считаю, что уровень студенческих команд в Америке это уровень суперлиги. Перед каждой игрой у нас есть на каждого игрока статистика, обзор его игры. Нам показывают на видео каждого игрока в отдельности, защиту их команды, нападение.

- В газетах писали про ваши ранние утренние тренировки. Можете привести самый экстремальный пример?

– Это писали про наши беговые тренировки. Каждую неделю, в среду, мы приходим в зал в 6 утра и начинаем тренироваться. Нагрузки такие, что скоро начинает, кружится голова, сильно тошнит, становится очень плохо.

- Игроки жалуются, наверно?

– Это работа, установка тренера. Я бы не сказал, что кто-то жалуется. Это ведь помогает играть лучше. Конечно, я приехал подготовленным, но в первый год было очень тяжело. Тренеры говорят, что я сильно прибавил в выносливости, да и сам это чувствую во время матчей. У нас в России «большие», пятые и четвертые номера, не особо бегают. Здесь тебя заставляют бежать, как защитник просто.

Каждую нашу тренировку снимают на камеру, и ведется статистика. Если не уложился в определенное время, или не прибежал в защиту, шагом пошел, это минус тебе. Перед камерой не получится отлынивать – даже когда очень устал, нужно все равно бежать. Думаю, это очень помогает.

- У вас в команде есть один игрок, которого всегда отмечают и называют звездой – Эрик Мэйнор. Как складываются отношения с ним, и как тренер относится к этой ситуации?

– Тренеру очень не нравится, когда об этом говорят. Он видит командную игру, а репортеры стремятся всё преподать так, будто матч выигрывает Эрик Мэйнор. Но ничего не поделаешь – это репортеры…

Эрик очень хороший игрок, не тянет на себя одеяло. Обязательно даст пас, если ты открыт. Его игра идет от передач, в первую очередь. Потом уже он будет бросать сам, если свободен. Очень умный игрок, будет у него хорошее будущее.

- Что скажете о Блэйке Гриффине из «Оклахомы» (наиболее вероятный первый номер драфта), против которого играли в этом сезоне?

– Скажу, что ничего особенного. Хороший игрок, но я думаю, что в Америке слишком сильно его расхваливают, телевидение создает шумиху. Играл против него, как против обычного противника. Мы вот уступили, потому что плохо сыграли в защите. Как команда они считаются четвертыми в стране, но мы спокойно могли их обыграть.

- А кто самый сильный пока оппонент за всю карьеру?

– Сергей Иванов. Он 63-го года и ещё играет, за «Динамо» (Майкоп). На тренировках играл против него.

- Как проводите свободное время?

– Его особо не остается, когда идет сезон – всё расписано по часам. Два матча в неделю. Утром встаешь, идешь на учебу, после нее у тебя тренировка, потом репетитор, вечером делаешь домашнее задание – и так каждый день.

В выходные хожу в бассейн, в джакузи, отдыхаю, чтобы на следующий день быть готовым к тренировкам. Выхожу в Интернет, общаюсь с друзьями. Читаю книжки – на английском, для меня это хорошая практика. Сейчас читаю «Код да Винчи». Или книги о баскетболе – это немного полегче, потому что словарного запаса не хватает пока.

- По учебе что сейчас дается труднее всего?

– Психология. Лектор говорит все время и не останавливается, чтобы объяснить. В аудитории человек триста, не буду же я поднимать руку каждый раз, когда что-то непонятно. На занятиях по маркетингу класс гораздо меньше, и там я могу задавать вопросы – для меня это легче.

- Смогли бы работать по специальности?

– Запросто, мне это интересно. Еще мне хотелось бы учиться по медицинской части. Люблю делать массаж. Когда у игроков травмы, то советую им, как сделать, чтобы стало лучше. Я из спортивной семьи (сестра Дарья Пищальникова выиграла чемпионат Европы по метанию диска), брат Богдан в том же виде спорта показал шестой результат на олимпиаде в Пекине, родители тренеры – прим. Sports.ru) и многому научился дома.

- Игроки удивляются, наверно?

– Да, ещё и из-за моей разминки. В «Урал-Грейте» доктор был знаком с китайской медициной и учил медитировать, правильно разминаться. Теперь я занимаюсь этим перед каждой тренировкой, а все смеются: «Что ты делаешь?» Приходится объяснять, что это мне помогает. Предлагаю научить, но никто не верит и не хочет присоединиться. Но мне как-то… Я делаю упражнения, и знаю, что это приносит мне пользу. Вообще, очень много из того, что я делаю, здесь не понимают.

- Фотографию, где на пляже вся команда в плавательных шортах, а вы в плавках, обсуждали даже на сайте Sports Illustrated…

– В России ведь нет в этом ничего особенного. Здесь часто один хожу в бассейн, и никто не обращает внимания, что я в плавках. Но когда мы поехали на Багамы, игроки это увидели и сказали: «Ты что такое носишь, надень шорты!» Пришлось объяснять, что я в этом плаваю: «Мне надо загорать!». Потом Эрик Мэйнор давал интервью, и журналист стал его расспрашивать о моих плавках. Эрик тогда сказал, что в России так носят. Статья с фотографией облетела всю Америку. Теперь в других городах местные болельщики иногда выкрикивают что-то про плавки, пытаясь отвлечь меня от игры. Да, игроки тогда убеждали меня: «Надевай шорты». Но я не хочу и не буду. Я делаю то, что сам считаю правильным.

- Вообще часто возникают ситуации, когда русскому трудно понять, о чем говорят кругом?

– Сейчас уже кое-что понимаю, хотя раньше было очень трудно. Игроки используют много сленга, в университете на уроках английского таких слов нет. В раздевалке не верят и смеются: «Да ты знаешь это!». Потом объясняют. Два года пообщавшись с ними, я стал понимать больше.

Вообще по-английски стал разговаривать довольно свободно. Когда я приехал в феврале 2007-го, то вообще не говорил, но потихонечку начал и за два года освоился. Познакомился с девушкой-американкой, и потом стало намного легче. Когда приехал в Россию, стал забывать русские слова и вспоминать по паре секунд.

- На лето в Россию приезжаете?

– В первое лето не был дома, хотел заниматься языком и тренироваться. Прошлым летом провел с семьей шесть недель. Скучаю, конечно.

- В Америке какие города понравились больше всего?

– Я был во многих городах, но ни одного не видел. Чартерным рейсом мы прилетаем вечером перед игрой. Ужинаем, ложимся спать. Просыпаемся, завтракаем, едем на тренировку перед игрой. Обедаем, уезжаем на игру, улетаем. Поэтому, я просто знаю, что был в Оклахоме, в Чикаго, в Атланте – но что был, что нет… Мы еще были на Багамских островах и в Мексике, в Канкуне, там было чуть больше свободного времени, смогли осмотреться. Еще я в том году после семестра съездил в Нью-Йорк, просто посмотреть. Было здорово, конечно.

- В НБА какая команда нравится?

– «Юта Джаз», Кириленко. Нет, я не виделся с ним. Сюда каждое лето приезжает «Вашингтон Уизардс» и неделю тренируется в нашем зале. Там было двое игроков, которые говорят по-русски, и я с ними немного общался. А так ни с кем…

- Как настроение в команде перед «Мартовским безумием»?

– У нас сейчас очень хороший настрой. Если будем играть так же, как в трех последних матчах, противникам придется трудно. Когда мы играли в Неваде и уступили одно очко, у нас в команде состоялся очень серьезный разговор – около двух часов, сначала только между игроками, потом и вместе с тренерами. Хотели понять, в чем причина неудачи, потому что у нас тогда затянулась серия, в которой чередовались победы и поражения. Думаю, тот разговор очень помог всем.

- Писали, что перед финальным матчем Мэйнор показывал игрокам свой чемпионский перстень.

– Мы уже разминались, и перед тем как пойти в раздевалку, перед самой игрой, собрались в круг. Эрик передал по кругу свой чемпионский перстень и спросил, хотим ли мы такой же. Каждый мог подержать перстень в руках и ответить для себя на этот вопрос.

Главный тренер перед чемпионским матчем сказал, что площадка это наш дом, который хотят ограбить, и нам нужно закрыть все двери и окна, чтобы победить.

- Что скажете молодым российским игрокам, которые могут захотеть отправиться в Америку?

– Думаю, что это хорошее решение. В России я играл, но на учебу никто не обращал внимания. Тебе дадут диплом, но ты ничем не сможешь заниматься после завершения карьеры. Здесь ты можешь учиться и получить американский диплом, который имеет больший вес и ценится во многих странах.

Здесь ты пройдешь очень хорошую школу баскетбола. Говорил уже и скажу еще раз, что здесь игроками занимаются, как в суперлиге. У нас в команде около 15 человек тренеров и помощников, у которых есть свои помощники, – выходит, по одному человеку на каждого игрока. Если бы я знал, то приехал бы сюда раньше.

Ещё многие игроки в России не хотят сюда ехать, потому что здесь не платят деньги, только стипендию. Мне, как и каждому баскетболисту, платят за учебу, за питание – 28 тысяч долларов, всё оплачивается. Ты получаешь стипендию, ну как, полторы тысячи долларов за семестр. В России молодым платят, не знаю, может, тысячу в месяц. Что-то они смогут накопить, но… Я вот считаю, что надо ехать сюда, и после того как ты пройдешь эту программу, окончишь университет, ты станешь очень хорошим игроком, если у тебя есть желание быть лучшим… Если есть возможность, надо все бросать и ехать сюда, потому что здесь можно многому научиться.

Дата публикации: 16.03.2009