Борзой и «зайцы»

КАК ни крути, но победа на Олимпиаде в Афинах Юрия БОРЗАКОВСКОГО в беге на 800 метров — событие особого значения. Впервые на таком уровне наш бегун выиграл дистанцию, которая считается одной из самых престижных в легкой атлетике. Но дело не только в этом. Русскому Борзаковскому удалось развеять миф о непобедимости африканских бегунов.

Автор: Евгений МЯСНИКОВ

Сайт: Аргументы И Факты

ВОТ что рассказывал несколько лет назад тренер Борзаковского Вячеслав Евстратов, проработавший в легкой атлетике более полувека: «В последние годы кенийцы безраздельно господствуют на средних дистанциях. Они показывают такие результаты, что европейцы сдались, даже бороться не хотят. Юра начал эту борьбу. Если у Борзаковского хватит здоровья, а у нас — опыта и разума, чтобы подводить его к стартам в хорошем состоянии, может, и остальные поймут, что соперничать с кенийцами — вполне реально, просто надо быть пытливее, смелее и активнее. Юре нужны еще 2–3 года, чтобы выйти на их уровень».

Наш ответ Кипкетеру

— ПОСЛЕДНИМ нашим великим бегуном был Валерий Борзов. Теперь есть Борзаковский…

— На дорожке я Борзова, естественно, не видел. Но тренер рассказывал, что старт у него был не очень хороший, а вот на финише он всех наказывал. У меня примерно так же получается. Борзов был спринтер, я средневик. Может, потому, что фамилия у меня длиннее.

— Вам только 23 года, а вы уже достигли всего, о чем может мечтать спортсмен.

— Нет. Я еще не выиграл летний чемпионат мира. Не установил мировой рекорд. В общем, целей впереди предостаточно.

— Самый знаменитый ваш соперник по афинскому финалу — рекордсмен мира кениец Уилсон Кипкетер, выступающий за Данию. Он прославился, когда ему было 25 лет.

— Хотите сказать, что у меня есть еще пара лет, чтобы побить рекорд Кипкетера? Нет, его спортивная судьба не является для меня моделью. У каждого из нас своя методика тренировок, свои отличительные индивидуальные особенности вплоть до строения мышечных волокон. Короче, у него свой спорт, а у меня — свой. И если его «прорвало» в 25, то со мной, кто знает, это может произойти и вот-вот.

Бегущий удав

— КОГДА собираетесь штурмовать рекорд мира?

— Об этом, признаться, я еще не думал: были другие задачи. А для рекорда нужны идеальные условия, великолепное самочувствие и очень хороший «заяц» — бегун, способный задать необходимый темп. Сделать это чудовищно трудно.

— Кто для вас мог бы исполнить роль идеального «зайца»?

— Мои сильнейшие соперники. В олимпийском финале они вели меня до финишной прямой. А там я уже сам разобрался.

— Кому посвятили столь долгожданную и волнительную победу?

— Конечно, жене Ирине и нашему двухлетнему сыну Ярославу. Маме. Ну и всем жителям родного Жуковского — там меня знают, любят и ценят.

— Простите за каверзный вопрос, но, по слухам, некоторое время назад в Жуковском, где вы живете, на вас якобы «наехала» местная братва, прельстившаяся вашими гонорарами на коммерческих турнирах…

— Вот именно — «по слухам» и «якобы»! Нет, в Жуковском меня все уважают. Там у меня много настоящих друзей. Губернатор Московской области выделил прекрасную трехкомнатную квартиру.

— Ваш тренер рассказывал, что уравновешенность и хладнокровие — отличительные черты Борзаковского. Так и сказал: «На старте и во время бега он спокоен, как удав».

— Ну, если Вячеслав Макарович так считает… Он сам, по мере того как наши тренировки становились все сложнее, учил меня овладевать аутогенными психологическими приемами. Могу, например, побегать, а затем присесть где-нибудь и полностью отключиться, даже уснуть. А потом встать и опять бежать.

— А не погорела бы ваша выдержка, которой вы так гордитесь, если бы вы не выиграли в Афинах? Насколько были уверены в своей победе?

— Уверен не был. Но очень рассчитывал: подготовка шла гладко, не случилось ни травм, ни болезней. Ну а если бы проиграл — что ж, ничего страшного, улыбнулся бы и двинул дальше. Ведь у меня в спорте еще много времени впереди — лет, наверное, десять.