Ксения Сенкевич: Золотое кольцо Юра так и не снял...

Мы давно не смотрим на мир его глазами: железный занавес рухнул, бывшие советские граждане исколесили планету вдоль и поперек, в телеэфире множатся передачи о дальних странствиях… Но Сенкевич по-прежнему остается главным – первым – путешественником страны.

Автор: Надежда Келлер

Сайт: Собеседник

В институте слыл «сексуал-демократом»

Свои истории Сенкевич рассказывал 30 лет подряд – «Клуб путешественaников» даже попал в Книгу рекордов Гиннесса как самый долгоиграющий телепроект. А ведь на телевидение Юрий Александрович, врач по профессии, попал случайно – в 73-м его попросили заменить на время отпуска тогдашнего ведущего профессора Андрея Банникова. Когда через месяц молодой человек исчез из эфира, в редакцию пошли письма разгневанных зрителей – они требовали вернуть Сенкевича обратно. И его вернули! Добиться взаимности зрителей оказалось проще, чем завоевать одну-единственную женщину – будущую супругу Ксению Николаевну.

– Моя сестра 10 лет работала с Юрой в Институте медико-биологических проблем, куда он перевелся из Ленинграда, – вспоминает вдова ведущего. – Там осталась и дочь от первого брака: Юра рано женился и быстро развелся. В Москве он вел вольную жизнь – у него было огромное число поклонниц. В институте ему дали прозвище – «сексуал-демократ». В молодости у него была располагающая внешность: приятные черты лица и необыкновенной густоты шевелюра. Но за год, проведенный в Антарктиде, волосы у него высыпались. А я люблю такие ранние интеллигентные лысины. Я тогда работала переводчиком в «Интуристе». Однажды мой портрет поместили на обложку западного журнала, посвященного советской женщине. На фотографии получилась не очень счастливая молодая женщина в темном платке, угнетенная тяжелой жизнью, но у которой в глазах – большая надежда. Когда журнал вышел, на комсомольском собрании меня все дружно осудили – за то, что я, советский человек, не излучала оптимизма…

Моя сестра, ничего мне не сказав, принесла журнал на работу и всем показала, в том числе и Юре. Он и думать боялся о браке и радовался своей свободе, но сказал: «Я женюсь на твоей сестре». Портрет повесил над рабочим столом. А я была замужем за человеком намного старше себя, который меня любил и баловал.

С Сенкевичем мы познакомились года через два, на премьере в Доме кино. Я сразу почувствовала, что ему нравлюсь. Следующая встреча произошла в Италии года через полтора – я жила там с мужем, сотрудником торгпредства. Там все и началось. Юра вопрос для себя решил мгновенно: «Ты человек, которого я искал всю жизнь, выходи за меня».

И я сдалась. Юра боролся за меня, а муж как-то легко отошел. Тогда меня это удивило. Только с возрастом поняла: муж сразу почувствовал, что силы не равны – слишком ярким и напористым был соперник. Неполных 33 года мы с Юрой прожили.

Николая, моего сына от первого брака, он сразу полюбил – много с ним занимался, всюду таскал его с собой. Многие считают, что на ТВ его привел отец, но это не так. Когда Колю назначили гендиректором на НТВ, Юра сильно переживал. Он видел, что творится на канале.

В 90-е «Клуб» снимали на нашей даче

– Сенкевич брал вас с собой в экспедиции?

– Никогда не просилась – но, если было возможно, Юра сам предлагал поехать. Только спустя много лет поняла, что было трудно. В той же пустыне влезаешь в палатку, укладываешься спать, и вдруг огромный паук вылезает из-под подушки. Ты выскакиваешь из палатки и не хочешь вообще никогда туда заходить – непонятно, убежал он или спрятался.

В 77-м, когда строился «Тигрис» (папирусная лодка, на которой Сенкевич плавал с Хейердалом), я прожила полтора месяца в Ираке. Но тогда мне было мало лет – постоянная температура плюс 54 переносилась нормально, никто не умирал, по крайней мере.

Вместе с Юрой была на Тенерифе, где жил Хейердал: он обнаружил там пирамиды гуанчей, которые долго считали обычными развалинами. В Юриной передаче снимались и другие исследователи с мировым именем – Ив Кусто, Джералд Даррелл, Жак Майоль… Таких людей уже нет – их время прошло.

– Юрий Александрович мог поехать куда-то просто отдохнуть?

– Один раз такое случилось, когда дети были еще маленькие. Мы жили в Ялте в шикарном санатории. Для Юры это была мука: столовая – пляж – процедуры – и больше ничего! Но дней через пять к нам пошли председатели колхозов, рыболовецких хозяйств, капитаны судов с просьбами выступить. И Юра с удовольствием эти предложения принимал, чтобы вырваться из санатория хоть на полдня. Даже после инфарктов на санаторные реабилитации не соглашался, уезжал за город и там работал.

На дачу как «на постоянное место жительства» Юрий Александрович с семьей перебрался по чистой случайности только в 90-е – после того, как на 4 месяца сдал свою квартиру Театру Российской армии для режиссера Петера Штайна. Мировой знаменитости так понравилось у Сенкевичей, что о других вариантах он слышать не пожелал.

– На даче мы сделали пристройку, которая постепенно поглотила наш деревянный домик. Четыре месяца прошли незаметно. Когда наступила весна, никто не захотел возвращаться в город.

Деньги от сдачи квартиры нам здорово помогли. Тогда ведь из телеэфира исчезали многие программы, а «Клуб путешественников» сохранился. И передача продолжала выходить – правда, ее создатели не получали зарплату. «Клуб» стоил безумных денег. За все – аренду павильона, электричество – надо было платить. Юра метался в поисках спонсоров, пытаясь как-то выжить. Записи стали происходить на нашей даче. На участок приезжали «Тонваген», «Лихтваген» (спецмашины для съемок. – Н. К.), поглощавшие огромное количество энергии, – к счастью, в поселке были обитаемы всего два дома, иначе повышибало бы все! В общем, года до 97-го «Клуб» сохранялся исключительно благодаря спаянности коллектива. Не ушел ни один человек, хотя было тяжело, многое не получалось. Так и не осуществилась давняя Юрина мечта – сделать цикл передач о Золотом кольце России, старинных русских городах. Потому что, когда выезжали туда, неизбежно вставал вопрос: что снимать? Пейзажи? Заброшенные монастыри? Кадр просто не выдерживал разрухи... Начались поездки по стране – Алтай, Чукотка, Магадан… По сути, «Клуб» был единственной передачей, которая целенаправленно снимала Россию.

Потом у Юры начались проблемы со здоровьем – инфаркт, авария. А съемки тяжелые – Юрий Александрович если снимал пустыню, то в пустыне: 800 километров по жаре, с песком на зубах и постоянно ломающимся автомобилем. Или это был вертолет, который крутится над ущельем: чтобы высадиться, нужно спускаться по веревке... Оператор Андрюша Талалай однажды чуть не лишился руки на съемках в горах – откололся кусок скалы и раздробил кость. К ночи еле-еле добрался до медпункта, где был только йод.

Первый инфаркт случился, когда Сенкевичу не было 50

– Казалось, человек такой энергетики, как Юрий Александрович, увлеченный своим делом, мог прожить очень долго. Тур Хейердал, к примеру, ушел в 87...

– Юры не стало на 66-м году. Первый инфаркт случился, когда ему пятидесяти не было. Сказались постоянные перелеты, перепады давления в самолетах, смена часовых поясов. Полмесяца он был в поездке, полмесяца дома – и так продолжалось годами. Последняя поездка была во Вьетнам, материал даже не успели смонтировать. За две недели Юра проехал 2000 километров при + 38 и влажности за сто процентов – условия некомфортные для человека с проблемными сосудами. Когда он уезжал, я молитвы творила.

Умер главный путешественник страны на рабочем месте. 25 сентября Сенкевич вызвал на студию бригаду медиков – сделать кардиограмму.

– Процесс уже подходил к концу, как вдруг Юра накренился набок – и замолчал. И тут медработники (врача в бригаде не было) сделали ошибку – положили мужа на пол. А этого при его проблемах с сердцем делать было нельзя… Спасти Юру не удалось.

Но я не чувствую, что мужа нет на белом свете.