Я спросил у Ясена…

Ясен Засурский — человек уникальный. Профессор, доктор филологических наук, почти сорок лет он возглавляет факультет журналистики МГУ и все эти годы умудряется идти в ногу со временем. Ясен Николаевич интересно рассуждает обо всем — от Пушкина до SMS. Но, естественно, большая часть нашей беседы была посвящена журналистике — этой беспокойной, но увлекательной профессии. Профессии, о которой он знает все.

Автор: Наталья Макуни

Сайт: Аргументы И Факты

— Шекспир сказал: «Чтобы добиться успеха, нужна некоторая доля безумия». А Вы как думаете?

— В каком-то смысле, безумие — это не принимать решения, которые диктуются традиционным бытовым сознанием. Конечно, если вы хотите создать что-то новое — надо дерзать!

— Что нужно, чтобы добиться цели?

— О, мне очень много нужно, потому что цели довольно разные. Например, сейчас нам необходимо построить помещение для телестудии, news-room для новых технологий. Предстоит преодолеть массу сложностей: найти архитектора, строителей, рационально распорядиться средствами… Все требует усилий.

— Чем Вам пришлось жертвовать на пути к цели?

— Только личными интересами, временем, и ведь всегда возникает вопрос, что важнее и что полезней. Написать книгу или добиваться этого строительства, например? Можно все совместить, но тогда это займет очень много времени. Правда, сейчас я увлечен строительством телестудии и хочу это сделать.

— Вы не жалеете о том, что не получилось?

— Я всегда надеюсь, что получится. Конечно, стараюсь не жалеть, хотя жалеть о чем-то приходится всегда. Например, хорошо бы погулять в парке, в Александровском саду, поехать в лес, но я не могу этого сделать. Я считаю, что это — не приоритет, и, значит, могу без этого обойтись. Или надо искать заменитель — например, побегать по улицам, что я тоже очень люблю.

— Вы достигли всего, чего хотели?

— В основном, да. То, что я хотел сделать, сделал, и, надеюсь, еще многое предстоит.

— Журналистами рождаются или становятся?

— И рождаются, и становятся. Рождаются в том смысле, что журналистика — это призвание. Это любопытство, стремление к познанию, интерес к человеку, его судьбе, судьбе общества, к судьбе страны и к тому, что происходит в ней. С этим рождаются, но сама профессия журналиста включает элемент ремесла и постоянного напряжения, и для того, чтобы овладеть ею, кроме природных талантов нужна работоспособность. Много талантов гибнет из-за того, что люди при больших способностях не могут реализовать их просто потому, что неправильно организуют свой рабочий день, транжирят время. Поэтому в журналистике, как и в любой другой профессии, нужно сочетание таланта и трудолюбия. Без этого очень трудно. В этой профессии не обойтись без способности много работать. Можно писать, что-то придумывать, но обязательно интенсивно!

— А есть ли какие-то противопоказания для занятия журналистикой?

— Самоуспокоенность, интеллектуальная лень и зацикленность на каких-то отдельных проблемах. Журналистика — беспокойная профессия, и она требует широкого кругозора.

— Плиний Младший говорил: «Следует читать много, но не многое». Без каких книг нет журналиста?

— Знаете, журналист должен прочитать много книг, частично этому способствует наш факультет. Обязательно нужно прочитать Пушкина, Достоевского, Толстого, Солженицына и других писателей, которые помогают лучше понять логику русской речи, языка и восприятия мира. Ну и, конечно, необходимо постоянно стремиться узнавать, что нового происходит в мире. Очень важно интересоваться и элементами технологическими. Главное для журналиста — это развитие личности.

— Один из любимых анекдотов Юрия Никулина: «Журналист — это тот, кто ничего не знает, но всем интересуется». Что сегодня должен знать каждый журналист?

— Журналист обязательно должен знать то направление, в котором он работает. Нельзя быть одновременно журналистом-международником и экологом. Поэтому, если вы интересуетесь экологией, то нужно глубоко изучить проблемы природы, окружающей среды, ее изменения под влиянием современного производства… Или, если вы занимаетесь кино или телевидением, то нужно досконально знать эту среду. Есть определенный минимум общих знаний, который дает, скажем, наш факультет, но к этому должна прибавляться целеустремленная постоянная работа в той сфере, о которой вы хотите писать.

— Как изменилась журналистика сегодня?

— Она изменилась существенно, если брать последние три года, десять лет… Особенно в том смысле, что теперь нет проблем доставить текст. Сейчас вы можете мгновенно передать информацию по интернету, телефону, факсу, остается только обеспечить качество текста. Поэтому чрезвычайно важны для журналиста грамотность, знание языка, предмета и способность, увлекаясь, проникнуть в проблему. Так что главная сложность сегодня в том, как написать материал, — интересный, оригинальный, не повторяющий то, что пишут другие, и в то же время компактный и грамотный. При этом временной барьер — сделать это максимально быстро и качественно — создает известное напряжение.

— Как Вы относитесь к молодежной журналистике, где используется разговорная лексика, сленг?

— Иногда это полезно, чтобы чуть-чуть передать аромат сегодняшнего времени. Но здесь должно быть непогрешимое чувство меры, потому что очень легко можно скатиться до вульгарности. Все зависит от ситуации использования такой речи. Если вы употребляете какие-то неологизмы, чтобы показать, что человек, о котором вы пишете, вульгарен, то это понятно и приемлемо, если же вы их употребляете как ваши собственные, — как бравада сленгом, — то это далеко не хорошо. Вы должны различать свою речь, речь героев и слова, которыми передаете характеристики тех или иных людей. И здесь может быть использована самая что ни на есть разнообразная лексика.

— Каковы сегодня студенты журфака?

— Это очень приятные, симпатичные молодые люди, которые хотят овладеть своей профессией и служить ей. На мой взгляд, наших студентов всерьез волнует их журналистская будущность. Когда их спрашивают, чего они хотят добиться после окончания университета, они ставят на первый план интересную работу по специальности, а затем уже деньги и все остальное. А для журналиста очень важно понимание своей миссии — не в смысле эдакого миссианства, а в смысле преданности своей профессии и увлеченности ею. Журналист должен испытывать постоянное напряжение, которое необходимо для того, чтобы видеть мир по-новому и остро.

— Вы — декан факультета журналистики МГУ почти четыре десятка лет. В чем еще Вы так же постоянны?

— Я постоянен в своих симпатиях, устремлениях и в своем желании помогать молодым людям оставаться хорошими, порядочными людьми. Я считаю, что помимо всякой профессии и умения писать, человек должен всегда помнить о своей человеческой сущности, о том, что есть высшие ценности, от которых нельзя уходить и отказываться, это очень важно.

— Есть ли какие-то несыгранные вариации Вашей жизни?

— Они есть у всех. Я отказывался от самых разных предложений, мог бы работать в совершенно других организациях, но всегда считал, что для меня интереснее все время узнавать что-то новое, иметь возможность писать и думать. Мне кажется, что меньше всего ограничений в этом смысле накладывает университет, который требует постоянного пополнения знаний, чтения, общения с новыми людьми. Мне очень нравится разговаривать со студентами. Если часто с ними общаешься, то чувствуешь их возраст, и они становятся гораздо ближе. Думаю, что это мне помогает все время чувствовать ход жизни, ход времени.

— Что в Вас осталось юношеского?

— Наверное, стремление еще что-то сделать. От этого, может быть, иногда я берусь за слишком много дел. Это остается, хотя, вроде, должно быть уже преодолено. Но еще нет (смеется).

— Что Вы чаще всего вспоминаете из своей юности?

— Я люблю вспоминать, конечно же, своих родителей. Люблю школу, в которой учился когда-то, своих учителей и друзей, которых, к сожалению, уже со мной нет.

— Вы поступили в университет очень рано — после 7-го класса. Было ли у Вас детство?

— Детство было, но короткое. Ведь шла война, а из военного детства вырастают быстро. В этом смысле я, конечно, был обделен. Но пока я чувствую, что можно еще и побегать, и попрыгать — ну, прыгать, конечно, не так, как когда я поступил в институт, но тем не менее!.. Это безумно важно, чтобы чувствовать себя живым человеком, который всегда в движении.

— Как к Вам относились на факультете, ведь Вы были там младше всех?

— Относились ко мне хорошо. На курсе были одни студентки и всего два юноши. С одним из них я дружил. Его звали Абрам Хасин, это был замечательный человек. Под Сталинградом он потерял обе ноги, стал шахматистом, сейчас он — гроссмейстер по переписке.

— А какое Ваше любимое место в Москве?

— Я родился у зоопарка и сначала очень долго любил гулять по этому району. Сейчас его застроили, и, конечно, там все уже не так… А поскольку я давно переселился на Воробьевы горы, то очень люблю те места — парк, старый сад, яблони…

— Интересно, о чем мечтают деканы?

— Они мечтают о том, чтобы студенты были хорошие, добросовестно занимались и чтобы можно было создать для них еще лучшие условия, чтобы они могли пользоваться всеми возможностями современной техники. Она ведь развивается крайне быстро. Раньше у нас на факультете даже пишущую машинку сложно было найти — сейчас пишут на компьютерах, трудно было переслать материал — сейчас берете телефон, отправляете SMS, — и можно давать информацию в печать. Мне бы хотелось, чтобы мы могли учить студентов применяя самые современные технические средства. Сейчас журналистика становится очень активной, многоплановой, действительно глобальной — и без современных достижений техники не обойтись. Студенты должны уметь ими пользоваться. А мы должны помогать им в этом. Я уверен, что даже Пушкин сегодня пользовался бы SMS, вернее, SMMS!