Победителей не судим. И не бережем…

Остановитесь! Внимательно вглядитесь в лицо человека, скорбно стоящего у памятника павшим. Имя его — ветеран. О том, как сегодня живут фронтовики, рассказывает корреспонденту газеты «АиФ. Долгожитель» ветеран Великой Отечественной войны первый заместитель председателя — ответственный секретарь Российского комитета ветеранов войны и военной службы, вице-президент Международной федерации борцов Сопротивления генерал-полковник Владимир ВЕРЕВКИН — РОХАЛЬСКИЙ.

Автор: Руслан Макушин

Сайт: Аргументы И Факты

Задача номер один

— Владимир Николаевич, расскажите, пожалуйста, об истории Комитета ветеранов и его задачах.

— Российский комитет ветеранов войны и военной службы существует полвека, а точнее — 47 лет. Главной его задачей в советское время (тогда он назывался Комитетом ветеранов войны) была борьба за мир, международные дела. С распадом Советского Союза задачи комитета изменились. Сейчас во главу угла поставлена социальная защита ветеранов. А среди социальных вопросов, на наш взгляд, главный — пенсионное обеспечение. Сейчас мы — через Государственную думу, через президента — добились увеличения пенсий ветеранам войны — солдатам, сержантам. У тех, кто получает пенсию по социальной защите, она составляет три, три с половиной тысячи рублей. У тех же ветеранов, которые получают пенсию по линии Министерства обороны, она, конечно, несколько выше.

— Какие еще социальные вопросы волнуют комитет?

— Опять-таки из самых важных — медицинское обеспечение. Лекарства очень дорогие. Поэтому если раньше во многих регионах было 300 наименований бесплатных, для ветеранов — я имею в виду лекарств, то сейчас их осталось только 150. Далее. Госпитали для ветеранов. Совсем недавно открыты госпитали в Самаре, Екатеринбурге, в Москве два прекрасных госпиталя, есть они и в других городах. Но, конечно, этого мало, ведь лечение требуется даже не тысячам, а десяткам и сотням тысяч людей, потерявших здоровье в боях за Родину. Да и годы какие… Ведь сейчас средний возраст ветеранов-фронтовиков — 80 лет. Это не шутка. К сожалению, проблемы медицинского обеспечения ветеранов решаются не так быстро, как хотелось бы. Неоднократно мы ставили этот вопрос на заседаниях организационного комитета «Победа», который возглавляет президент страны, были приняты хорошие, правильные решения, но… особых результатов пока нет.

— Владимир Николаевич, а сколько их сейчас в России, этих людей, о которых вы говорите?

— По данным на первое января этого года, их было миллион двадцать четыре тысячи. Сегодня — 920 — 930 тысяч… А вообще наш комитет объединяет около трех с половиной миллионов ветеранов войны и военной службы.

— Вот вы сказали, что главная задача комитета — социальная защита, помощь ветеранам. Но, насколько я понимаю, на это прежде всего нужны деньги. Какие деньги есть у комитета?

— Никаких собственных денег у комитета ветеранов нет.

— Тогда как же?

— В прошлом году получили от правительства миллион двести тысяч рублей. Мы отправили в каждый регион по 10 — 15 тысяч — местным комитетам для обеспечения их служебной деятельности: оплата помещений, телефонов и так далее. Что касается социальной помощи, то мы для ее организации обращаемся к руководителям разного ранга. Возьмем, для примера, Москву. Лужков в этом году выделил миллион восемьсот тысяч рублей на материальную помощь ветеранам-москвичам, каждому из них выплачивается дополнительно к пенсии двести рублей. Деньги не такие уж большие, но тем не менее… Волгоград. Здесь за прошлый и начало нынешнего года на помощь фронтовикам израсходован миллион триста рублей. В других регионах это тоже делается.

Квартирный вопрос

— Я уже сказал, что российское правительство выделило нам миллион с небольшим. Но это — все. А когда обращаешься к Касьянову, он отвечает: у нас наводнения, пожары, денег тоже не хватает… Круг замкнулся. А перед праздниками все говорят: да, ветераны — это люди, которые защитили нашу Родину, надо о них заботиться, надо им помогать… Но денег не дают. Большие сложности с квартирами. Скажем, сейчас не имеют квартир немного меньше тысячи ветеранов войны, а ветеранов военной службы, которые и по сию пору не обеспечены нормальным жильем, — 173 тысячи. И неизвестно, когда этот вопрос решится. У нас есть предложение: вернуться к той практике, которая была в прежние времена, — кто бы ни строил жилье, он должен был отдавать 10 процентов Вооруженным Силам, точнее, всем тем людям, которые носят погоны. Не прошло предложение, говорят — сложно. Пожалуйста, второй вариант. Сейчас широко обсуждается вопрос об альтернативной службе. Создайте из альтернативщиков строительные батальоны. Пускай они возводят жилье для военных. Это куда как дешевле стране обойдется… И этот вопрос повис в воздухе…

А что думает народ?

— Из того, что вы сказали, Владимир Николаевич, картина вырисовывается не то что удручающая, но достаточно грустная. Конечно, забота о ветеранах должна иметь под собой материальную базу. Но есть и другая сторона вопроса, скажем так, моральная.

— Могу сказать, что отношение граждан страны к ветеранам уважительное. Вот недавно мы провели пленум, на котором была и молодежь. Молодые люди выступали и очень хорошо говорили о ветеранах. Далее. Мы издали книгу сочинений школьников, которые пишут о своих отцах, дедах, вообще о Великой Отечественной войне. Очень теплые, очень трогательные высказывания ребят. Читаешь — за сердце берет.

Но вот в чем беда. Мы, ветераны, часто выступаем перед молодежью. И ведь слушают внимательно, и видно — интересно им это. А приходят домой, включают телевизор… А там сами знаете, что показывают. Сегодня, к сожалению, не мы, а именно телевизор воспитывает наших детей и внуков. Нам с ним конкурировать не под силу…

— И где же решение проблемы?

— Государство пока очень мало занимается патриотическим воспитанием молодежи. А это дело, на мой взгляд, должно быть возведено в ранг государственной политики.

Начнем с начала, начнем с нуля…

— Тут я с вами совершенно согласен. Как это ни банально звучит, но молодежь — это будущее страны. Какой мы ее воспитаем, такой и будет наша Россия через двадцать — тридцать лет. Но если государство мало занимается патриотическим воспитанием, то кто-то же должен закрыть эту брешь. Почему бы не сами ветераны, почему бы не ваш комитет?

— Прежде всего надо возродить патриотическое воспитание молодежи и начинать его с детского сада, с первого класса. Тех, кому сейчас пятнадцать, перевоспитать уже трудно, а если начинать с самого малого возраста, я думаю, успех будет обеспечен.

— Владимир Николаевич, а вот эти ваши слова кому следует адресовать — правительству, президенту, общественности? Кто этот вопрос может решить?

— Я думаю, только общественность.

— И комитет ветеранов в том числе…

— Безусловно. В комитете специально создан отдел по патриотическому воспитанию. Его возглавляет генерал-лейтенант Фотинов, бывший член Военного совета воздушной армии. В отделе четыре человека, которые работают с Министерством образования, с Министерством культуры, с другими организациями, имеющими непосредственное отношение к патриотическому воспитанию молодежи. Контакты самые тесные, люди охотно идут нам навстречу, очень доброжелательны. Немножко хуже с Министерством обороны. Ну, да военных можно понять, у них сейчас своих забот сверх головы.

Не без добрых людей

— Владимир Николаевич, наш с вами разговор носит в определенной степени теоретический характер. А могли бы вы назвать какие-то конкретные дела, имеющие практическую ценность, которые делаются и вашим комитетом, и региональными комитетами ветеранов?

— Да сколько угодно. Вот передо мной лежит отчет за прошлый год по социально-правовой защите ветеранов. Если его зачитывать целиком, нам с вами никакого времени не хватит. А потому — выборочно. В Тверской области впервые создана офицерская биржа труда, благодаря ей уже трудоустроены более 300 офицеров запаса; в Краснодарском крае введена должность заместителя главы администрации по работе с ветеранами. Результат (не единственный): 57 организаций ветеранов получили машины «Ока»; в Волгоградской области более 30 000 инвалидов и участников войны закреплены за предприятиями и предпринимательскими структурами; на Иркутском производственном объединении неработающим участникам войны и труженикам тыла, ранее работавшим здесь, ежеквартально выделяется от 300 до 500 рублей. Дальше перечислять?

— Не надо. Еще один вопрос. У нас есть закон о ветеранах. Как вы полагаете, этот закон обеспечивает социальный статус фронтовиков, их права, какие-то приоритеты?..

— Как говорится, закон есть закон. Законы у нас в стране в общем-то правильные. Другое дело — их реализация. В частности, и закон о ветеранах не везде и не всеми исполняется. Не стану много об этом говорить, упомяну только автотранспорт: то, что полагается в этом смысле ветерану войны, далеко не всегда предоставляется. Я понимаю, опять деньги… Но ветеранам-то от этого не легче… Оплата телефона ветеранами Вооруженных Сил, ликвидация льгот по оплате квартиры — это вообще никуда не годится… Ну и так далее…

— Спасибо, Владимир Николаевич.

— Пожалуйста. Но я хочу перед тем, как мы простимся, сказать еще несколько слов. Мы с вами разговариваем накануне 58-й годовщины Великой Победы. Хочу пожелать всем ветеранам Великой Отечественной здоровья и еще раз здоровья. Потому что для нас, ветеранов, это самая главная проблема, все остальное, как говорится, технические трудности. И еще мне очень бы хотелось, чтобы ветеранов не только слушали, но и услышали.