Биография

В 1930-е годы Щаденко — один из военных советников Сталина, знавшего его еще со времен гражданской войны по Южному фронту и 1-й Конной армии. В период разгрома Сталиным командных кадров РККА был членом «Особой комиссии наркомата обороны СССР по ликвидации последствий вредительства в войсках Киевского военного округа». На этом поприще, как и Ворошилов, Щаденко оставил о себе недобрую славу.

Сайт: Знаменитости

ЩАДЕНКО Ефим Афанасьевич (1885-1951). Генерал-полковник (1942). Член партии с 1904 г. В гражданскую войну — член Реввоенсовета 1-й Конной армии С.М. Буденного. В 1937-1943 гг. — заместитель наркома обороны. С августа 1941 г. — начальник Главного управления формирования и укомплектования войск Красной Армии. В 1943— 1944 гг. -— член Военного Совета Южного и 4-го Украинского фронтов. Член Центральной контрольной комиссии ВКП(б) в 1930-1934 гг., член ЦК ВКП(б) в 1939-1941 гг., депутат Верховного Совета СССР в 1937-1946 гг.

В 1930-е годы Щаденко — один из военных советников Сталина, знавшего его еще со времен гражданской войны по Южному фронту и 1-й Конной армии. В период разгрома Сталиным командных кадров РККА был членом «Особой комиссии наркомата обороны СССР по ликвидации последствий вредительства в войсках Киевского военного округа». На этом поприще, как и Ворошилов, Щаденко оставил о себе недобрую славу.

Генерал армии Горбатов1 вспоминает о прибытии в Киевский военный округ нового руководства: «Член Военного совета Щаденко с первых же шагов стал подозрительно относиться к работникам штаба. Приглядывался, даже не скрывая этого, к людям, а вскоре развернул весьма активную деятельность по компрометации командного и политического состава, которая сопровождалась массовыми арестами кадров. Чем больше было арестованных, тем труднее верилось в предательство, вредительство, измену.2 Но в то же время, как этому было и не верить? Печать изо дня в день писала все о новых и новых фактах вредительства, диверсий, шпионажа...» (Горбатов А.В. Годы и войны. М., 1965. С. 123).

Приведем отрывок из письма Щаденко жене:

«...Трусливые негодяи, не замеченные в благодушном беспечии пребывавшими „стражами", пробрались на высокие посты, разложили стражу, напоили ядом сомнения казавшихся зоркими часовых и замышляли небывалое злодеяние. Хорошо,— это наше счастье, — что СТАЛИН сам рано заметил, почувствовал опасность приближения к нему фашистских террористических убийц и стал принимать меры, не поддался на уговоры пощадить Енукидзе (эту самую подлую и замаскированную гадину), вышвырнул его со всей бандой из Кремля, организовал новую, надежную охрану и назначил т. ЕЖОВА — этого скромного и кропотливого работника — и стал распутывать клубки и узлы фашистских замыслов о кровавой реставрации капитализма.

Эта рыко-бухаринская и гитлеро-троцкистская сволочь хотела отдать Украину и Дальний Восток с Сибирью германо-японскому блоку за их помощь в деле реставрации капитализма, в деле кровавого уничтожения всего того, что добыто великим нашим народом в результате Великой Октябрьской революции. Мы дорого заплатили за идиотскую беспечность. Из наших рядов враги социализма вырвали пламенного трибуна революции тов. КИРОВА. Мы могли поплатиться еще многими головами и материальными ценностями, если бы не СТАЛИН, с его железной волей, чутким и настороженным взором подлинного Ленинского стража мировой пролетарской революции. Это он — скромный, уверенный в себе, в своей партии, в одежде простого солдата, с лицом и чуткостью пролетарского революционера,— спас нас от величайшего несчастья и ужасного позора, который готовили нас окружавшие, многих наших руководителей смертельно ненавидящие революцию враги народа. Твой Ефим. 18 июня 1937» (Родина. 1989. № 5. С. 31).

Б. Чистяков пишет: «Предвоенные репрессии перечеркнули все достигнутое в области стратегии и оперативного искусства. Прогрессивные идеи и теории были объявлены вредительскими. В руководстве вооруженными силами возобладала установка конников — Ворошилова, Буденного, Кулика, Щаденко, догматически цеплявшихся за опыт гражданской войны. Ворошилов с трибуны XVII съезда (1934) утверждал: „Необходимо... раз и навсегда покончить с вредительскими «теориями» о замене лошади машиной, об «отмирании лошади»". Ему поддакивал Щаденко: „Война моторов, механизация, авиация и химия придуманы военспецами. Пока главное — лошадка. Решающую роль в будущей войне будет играть конница"» (Чистяков Б. Наркомвоенмор номер три// Смена. 1989. 19 февраля).