История жизни

БУРДЕНКО Николай Нилович (1876-1946). Хирург, один из основоположников нейрохирургии в СССР; государственный и общественный деятель. Академик АН СССР (1939).

Сайт: Знаменитости

Главный хирург Красной Армии (1941-1946), генерал-полковник медицинской службы (1944). Первый президент Академии медицинских наук (1944-1946). Почетный член Международного общества хирургов, Лондонского королевского общества. Член ВЦИК СССР. Депутат ВС СССР (1937-1946). Герой Социалистического труда (1943). Лауреат Сталинской премии (1941).

Бурденко родился в г. Каменка Пензенской губернии. В 1906 г. окончил Юрьевский (Тартусский) университет. С 1918 г. — профессор Воронежского университета, с 1923 г. — профессор Московского университета. Участник русско-японской, Первой мировой и советско-финляндской войн.

«Как только началась Великая Отечественная война, Н.Н. Бурденко все свои обширные знания, талант ученого и организатора отдавал борьбе за правое дело, за Победу. Он как бы не чувствовал своих лет, своего недуга (в 1937 г. полностью лишился слуха) и на посту главного хирурга Красной Армии проводил колоссальную деятельность по организации лечения раненых бойцов. В сентябре 1941 г. инсульт лишил Н.Н. Бурденко возможности двигаться и говорить... Но как только болезнь отступила, он стал постоянно выезжать на фронт, следить за работой госпиталей, военно-санитарных поездов, инструктировал врачей, контролировал постановку хирургической работы, сам производил операции, вел обширную переписку с фронтовыми хирургами» (Багдасарьян СМ. Николай Нилович Бурденко. М., 1954. С. 159).

С января 1944 г. имя Бурденко оказалось в центре международного скандала, связанного с так называемым Катынским делом — расследованием трагической судьбы нескольких тысяч польских офицеров, могилы которых были обнаружены весной 1942 г. немецкими оккупантами в Катынском лесу под Смоленском. После проведения раскопок и эксгумации трупов немецкие власти официально объявили виновниками преступления органы ОГПУ. Этот вывод немцев подтверждали сведения, полученные от местного населения. Советское правительство отвергло это обвинение и уверенно заявило, что преступление в Катыни является делом рук немцев. После освобождения Смоленска от фашистов Сталин объявил о создании (во главе с Бурденко) «Специальной комиссии по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров». Среди членов комиссии были митрополит Николай1 и писатель А.Н. Толстой.

В официальном сообщении от 24 января 1944 г. Комиссия Бурденко категорически заявила, что польские офицеры стали жертвами террора, совершенного фашистами. Однако ряд польских исследователей и представителей Международного Красного креста не согласились с этими выводами. Они утверждали, что в Катынском лесу в 1940 г. были расстреляны польские офицеры, интернированные в СССР после вступления 17 сентября 1939 г. частей Красной Армии на территорию Польши.

В феврале 1952 г. специальная комиссия конгресса США занялась расследованием обстоятельств Катынского преступления. Комиссия направила материалы расследования в Международный суд в Гааге. Однако Советский Союз отказался с ним сотрудничать (Lidova demo-kracie. 1990. 31 sprna). А митрополит Николай в опубликованном им послании, в частности, заявил: «Правящие круги США в своем безудержном стремлении клеветать на мою Родину выступили с новой чудовищной провокацией... Во мне как участнике расследования Катынского преступления закипает жгучее чувство протеста против такой отвратительной провокации... Преступник, пытающийся приписать свое злодеяние другому, — предел нравственного падения человека. <...> Провокаторам не удастся опорочить великую миролюбивую державу, мою Родину, знаменосца мира во всем мире! Правда сильнее лжи! Позор да падет на головы тех, кто прибегает к таким приемам клеветнической провокации!» (Abraham P. Pruvodce duchovnimi a politickymi Deji-nami Ruska XX. Stoleti. Praha, 1993. С 130). Руководство Польской объединенной рабочей партии (ПОРП) и польское правительство до 1956 г. безоговорочно поддерживали версию Комиссии Бурденко.

В 1991 г. группа советских историков представила в ЦК КПСС архивные документы, свидетельствующие о расстреле польских офицеров советскими властями. Приведем фрагменты одного документа.

«Особая папка. Совершенно секретно. Товарищу Хрущеву Н.С.

В Комитете государственной безопасности при Совете Министров СССР с 1940 года хранятся учетные дела и другие материалы на расстрелянных в том же году пленных и интернированных офицеров, жандармов, полицейских, осадников, 2) помещиков и т. п. и т. п. лиц бывшей буржуазной Польши. Всего по решениям специальной тройки НКВД СССР было расстреляно 21 857 человек, из них: в Катынском лесу (Смоленская область) 4421 человек, в Старобельском лагере близ Харькова 3820 человек, в Осташковском лагере (Калининская область) 6311 человек и 7305 были расстреляны в других лагерях и тюрьмах Западной Украины и Западной Белоруссии... Для советских органов все эти дела не представляют ни оперативного интереса, ни исторической ценности. Вряд ли они могут представлять действительный интерес для наших польских друзей. Наоборот, какая-либо непредвиденная случайность может привести к расконспирации проведенной операции, со всеми нежелательными для нашего государства последствиями... Исходя из изложенного представляется целесообразным уничтожить все учетные дела на лиц, расстрелянных в 1940 году по названной выше операции...

Председатель КГБ при СМ СССР А.Шелепин

3 марта 1959 года».

Непосредственно приговор о расстреле более 20 тысяч офицеров польской армии был вынесен Особым совещанием НКВД СССР на основании решения Политбюро ЦК ВКП(б) в апреле 1940 г. Завершение дела по уничтожению более 20 тысяч человек отметили в Москве. 26 октября 1940 г. появился секретный приказ за подписью Берии о награждении работников НКВД за успешное выполнение специального задания месячным окладом. В списке значилось 143 фамилии. Офицеры госбезопасности, надзиратели, шоферы (Тайны истории / Сост. И.Н. Кузнецов. Минск, 1998. С. 209-210).

В материалах советской комиссии имеется свидетельство смертельно больного Бурденко. В 1946 г. он рассказал своему другу Ольшанскому, бывшему профессору Воронежского университета, уехавшему из СССР на Запад, следующее: «Выполняя личное распоряжение Сталина, я отправился в Катынь, где как раз вскрыли могилы... Все тела были погребены 4 года назад. Смерть наступила в 1940 году... Для меня как для врача это очевидный факт, который невозможно поставить под сомнение. Наши товарищи из НКВД совершили большую ошибку» (Семиряга М.И. Тайны сталинской дипломатии. М., 1992. С. 127).