Михаил Ходорковский. Русский Рокфеллер

В конце июня самому богатому человеку России президенту ЮКОСа Михаилу Ходорковскому исполняется 40 лет. Но привлек он внимание не столько своим юбилеем, сколько тем, что в апреле-мае начался процесс слияния нефтяных компаний ЮКОС и \"Сибнефть\". Под контролем Ходорковского вскоре окажется один из крупнейших нефтяных концернов мира.

Автор: Дмитрий Травин

Сайт: Дело (Аналитический еженедельник)

Конец семибанкирщины

Ходорковский, бесспорно, не может жаловаться на невнимание прессы к своей персоне. Но вообще-то он относится к тому редкому числу людей, реальное влияние которых на нашу жизнь намного превышает степень известности в широких кругах.

Великий рыболов Евгений Наздратенко, скромный эмигрант Борис Березовский и даже сама непревзойденная (в некоторых местах) Анна Курникова могут вдруг улететь на Луну, и никто этого не заметит, если, конечно, пресса не начнет обсуждать проблемы лунной эротики, аспекты лунной политики или вопрос о квотах на отлов лунных рыб. За Ходорковским же стоит огромный бизнес. А это — рабочие места, налоги, валютный курс... словом, все то, что определяет такую скучную материю, как наш материальный быт.

Конечно, исчезни Ходорковский — российская экономика не развалится. Но все же от людей, подобных ему, зависит довольно много. Ведь бизнеса такого масштаба, как тот, который ведет сегодня Ходорковский, у нас в России никогда не было!

Хочу особо подчеркнуть: вообще никогда. За всю нашу историю — от Гостомысла до Грызлова. Тираны были всегда, и герои — всегда. Святых хватало, а уж грешников, пожалуй, имелось с избытком. И даже Василий Блаженный, можно сказать, явился вновь в облике Василия Шандыбина.

Но ни Путилов, ни Рябушинский, ни другие культовые фигуры старой деловой России не могут быть по масштабу операций даже близко поставлены рядом с такими фигурами, как Ходорковский, Потанин, Дерипаска или Мордашов. Причем Ходорковский даже в этой новой генерации бизнесменов является первым среди равных.

Во-первых, ни "Норильский никель", ни "Северсталь" не сравнятся по масштабам с поглотившим "Сибнефть" ЮКОСом. Во-вторых, ни один из российских олигархов не сравнится с Ходорковским по размеру личного состояния, которое эксперты оценивают примерно в $ 8 млрд. В-третьих, именно президент ЮКОСа обычно признается, формально и неформально, самым лучшим менеджером России.

Вырос Михаил Борисович как-то незаметно. На фоне скандальных олигархов недавнего прошлого — Березовского с Гусинским или Абрамовича с Пугачевым — Ходорковский, скорее, держался в тени. Но когда члены былой семибанкирщины равноудалились от стен Первопрестольной, Ходорковский остался и внезапно продемонстрировал всю свою мощь.

Плох тот химик, который не хотел бы похимичить

Родился Ходорковский в Москве в 1963 г. в скромной интеллигентной семье. Вплоть до 1987 г. жизнь его не представляла особого интереса. Можно отметить, пожалуй, лишь то, что учился он в нескольких химических спецшколах, затем окончил в 1986 г. Московский химико-технологический институт им. Менделеева и, соответственно, как по диплому, так и по призванию является химиком.

Впрочем, химическая его сущность обращает на себя внимание отнюдь не потому, что "юный химик" достиг в сей науке каких-либо высот, а, напротив, потому, что сразу после окончания института Ходорковскому страстно захотелось похимичить в иных сферах. В тех, где сухой остаток выпадает не в виде ученых степеней, а в виде высоких прибылей.

Так начинали многие. Но далеко не у всех химия и жизнь столь удачно соединились. Самое интересное в карьере Ходорковского — отнюдь не громкие финансовые скандалы и не "семейные" политические связи. В этом-то он как раз практически не был замечен. Самое главное то, что его биография есть ни что иное. как история российского бизнеса последних 15 лет.

История эта делится на три примерно равных по времени этапа.

Первый можно назвать комсомольско-кооперативным. Начался он в 1987 г., когда у нас в стране, собственно, впервые появилась легальная возможность делать деньги. В то время не сформировалось больших капиталов, но зато выделились люди, которые позднее смогли уже играть в экономике по совершенно иным правилам, нежели простые российские граждане.

Второй этап — банковско-олигархический — начался в 1992 г., когда реальные экономические реформы вывели бизнес из числа маргинальных сфер нашей жизни и позволили сконцентрировать в одних руках огромные финансовые ресурсы. В это время еще практически ничего не создавалось, но зато инфляция, приватизация и откровенная глупость обывателей позволили переложить из одних карманов в другие многие миллиарды долларов.

Третий этап — промышленно-управленческий — начался после кризиса 1998 г., когда, с одной стороны, лопнули последние структуры, ориентировавшиеся лишь на проникновение в чужие карманы, а с другой — девальвация позволила резко расширить объемы реального производства широкого круга товаров.

Немногие российские нувориши успели побывать и кооператорами, и банкирами, и менеджерами. Ходорковский успел. И на каждом этапе своей деловой карьеры он удивительно тонко обходил все соблазны, сгубившие большинство его коллег.

Став еще в институте комсомольским активистом, Ходорковский в 1987 г. втянулся в бизнес, процветавший тогда в Москве и Ленинграде под крышей ВЛКСМ. Он создал один из многочисленных центров научно-технического творчества молодежи (центр НТТМ). В разных источниках приводятся разные образцы этого "творчества": торговля компьютерами и коньяком, производство ложек и матрешек.

Открытия он делал не столько в науке, сколько в сервисе. Например, открыл кафе. Что там варили, неизвестно, но некоторые уверяют, что, помимо всего прочего, научно-техническое творчество молодежи состояло в варке штанов. На джинсах-варенке Ходорковский немало себе наварил.

Что из этого правда, что нет, никто не знает, да это и неважно, поскольку в те годы деньги с равным успехом делались на всем, попадавшемся под руку. Важно другое. Ходорковский вовремя понял, что время мелочевки уходит. И тогда он создал банк.

Таинственное слово МЕНАТЕП, звучащее как имя египетского фараона (ср. Аменхотеп), было известно всем. Но мало кто знал, что это всего лишь центр МЕжотраслевых НАучно-ТЕхнических Программ. И правда, программы были совсем другие.

В принципе, Ходорковский зарабатывал как все. Но он сумел не перейти грань. Он не пошел на откровенный обман, как это сделали мелкие мошенники из МММ, Хопра, Селенги и т.п. структур. Он не пошел на слишком опасное сближение с властями, как это сделали Гусинский и Березовский. Он не стал класть все свои яйца в одну корзину, как это было у хозяина банка "Столичный" Александра Смоленского, мечтавшего вступить в конкуренцию со Сбербанком.

Ходорковский (как, кстати, и Потанин) еще в 1995 г. понял, что Русь-матушка богатством недр своих прирастать будет. А потому, воспользовавшись знаменитыми залоговыми аукционами, проводимыми Альфредом Кохом, вложил все в поте лица наваренное на штанах и банковских кредитах в нефтяной бизнес. За пару лет Ходорковский с помощью ряда сложных финансовых операций сумел полностью поставить ЮКОС под свой контроль. Тут-то и пришли дефолт с девальвацией.

Судьба МЕНАТЕПа теперь была не важна. Наверное, кое-что по мелочи разбилось, но главные яйца уже лежали в надежной корзине. Благоприятная конъюнктура нефтяного рынка довершила "научно-техническое творчество молодежи".

Новые русские

Сегодня Ходорковского уже называют порой русским Рокфеллером. И действительно: эти две фигуры во многом похожи. Причем дело здесь не только в нефти, "пятом пункте", а также в самом большом состоянии своего времени. Ходорковский напоминает Рокфеллера и по стилю ведения дел, и по характеру карьеры.

Все аналитики отмечают жесткость и в то же время вкрадчивость Ходорковского, его умение безжалостно подавить конкурента наряду со способностью установить контакты в нужной среде. Эти свойства отличали и основателя легендарной "Standard oil".

Отличало Рокфеллера и то, что путь к нефти лежал для него через мелкий бизнес совсем иного рода — бакалейную торговлю. Ведь он в молодости не имел денег для раскрутки, и начинать приходилось практически с нуля, как впоследствии Ходорковскому. Для обоих магнатов все средства достижения цели были хороши.

Сегодня за Ходорковским стоит бизнес совершенно иного типа, чем тот, которым мы привыкли характеризовать Россию. С одной стороны, это реальное миллиардное и быстро расширяющееся производство, совершенно не напоминающее то мелкое мошенничество 80-90-х гг., которое многочисленные скептики выдавали за вечные непременные черты любого российского бизнеса. С другой же стороны, ЮКОС — это компания с совершенно иной, нежели у старых нефтяных баронов, философией менеджмента. Философией, основанной на изучении западного опыта. И практически не восходящей ко временам экономики советского типа.

Слияние ЮКОСа и "Сибнефти" могло бы остаться рядовой, хотя и очень крупной сделкой на российском рынке, если бы оно не было своего рода символом. Символом формирования новой российской экономики.

На самом деле можно припомнить несколько подобного рода символических актов, демонстрирующих, что экономика стала другой. Среди них: и победа Хлопонина — выходца из потанинской промышленной империи "Интеррос" — на выборах губернатора Красноярска, и доклад Мордашева — хозяина "Северстали" — на олигархических посиделках у Путина, и многие действия, связанные с Альфа-груп Фридмана, с алюминиевой империей Дерипаски.

По сути дела, к этой же генерации нового российского бизнеса примыкают "Газпром" и РАО ЕЭС, несмотря на то, что в них доминирует государственный капитал, а Миллер и Чубайс являются лишь назначенными менеджерами, а не хозяевами, лично вырастившими свои компании. Все это новая экономика, возглавляемая людьми в возрасте 40-50 лет, мыслящими по совершенно иным принципам, нежели мыслили красные директора или деятели черного рынка.

За плечами людей генерации Ходорковского много такого, что им, наверное, хотелось бы забыть. Но впереди гораздо больше такого, о чем в России не забудут.