Арденнский Лев

Благодаря славинской пьесе \"Интервенция\" роскошный одесский говор впервые разошёлся по всей России, одесский акцент одно время был моден в пижонской и приблатнённой среде.

Сайт: Знаменитости

Лев Исаевич Славин, подобно Валентину Петровичу Катаеву, был одессит и талантливый писатель. Их биографии поразительно близки: в достаточно юном возрасте – участие в Первой мировой войне, слепой полёт сквозь бури революции, приземление на мирном пятачке.

И до конца дней – неустанное выживание в условиях непрерывной литературной работы, круглосуточное отслеживание стремительно менявшейся политической погоды. Была, в отличие от двух больших одесских разниц, одна маленькая: Катаев перебрался в Москву, Славин навсегда остался в городе у Чёрного моря.

Благодаря славинской пьесе "Интервенция" роскошный одесский говор впервые разошёлся по всей России, одесский акцент одно время был моден в пижонской и приблатнённой среде. Сама пьеса, на свежей памяти мытарств драматургии Булгакова, была Славиным сделана "по законам проходимости": помимо Мишки Япончика, в ней присутствовала и героическая Жанна Лябурб, красная тема подавалась политкорректно, белая тема – умеренно сатирично и не без блеска.

Сценарный вклад Славина в создание фильмов "Возвращение Максима" (1937) и "Два бойца" (1943) в комментариях не нуждается. Если к советским фильмам той поры применим термин "блокбастер" хотя бы по степени популярности и зрительской посещаемости, то вот они блокбастеры и есть.

Послевоенное молчание Славина не было творческой немотой. Как всякий драматург, чьи пьесы делают сборы и входят в несменяемый репертуар, он мог не особенно суетиться в стремлении создавать шедевр за шедевром.

И надо ж было так случиться, что повесть Славина о польском революционере Ярославе Домбровском, военном вожде Парижской коммуны, вышла в свет в год чехословацких событий, 1968-й, да ещё имела название, воспринимавшееся тогда как провокационный намёк, – "За нашу и вашу свободу!" Однако повесть была заказана для политиздатовской серии "Пламенные революционеры". Это её спасло.

Лев Исаевич Славин тихо жил в Одессе, вполне удовлетворяясь популярностью среди земляков. Он не любил спать в президиумах и фланировать среди тузов СП. Его чуть было не начали забывать, когда в 1976-м, в скучном наровчатовском "Новом мире" Славин опубликовал "Арденнские страсти" – роман о событиях зимы 1945 года на Западном фронте, навеянный воспоминаниями молодости.

Это было так свежо, так прозападно, так интересно на фоне разворачивавшейся кампании восславления военных подвигов тогдашнего генсека, что былая популярность "Нового мира" воскресла, а о Славине заговорили все газеты. Властителю московских дум тогда было уже 80...