Я - муж, отец, сын и брат

Глядя на биографию этого актера, кажется, что он невероятный везунчик. После окончания в 1984 году актерского факультета ГИТИСа попал в прославленную ленкомовскую труппу. О нем заговорили после блестящего исполнения роли Глумова в спектакле Марка Захарова \'Мудрец\'. Играет он также в спектаклях \'Юнона\' и \'Авось\'... Довольно много снимается в кино. Наиболее известен по роли Николая Чечевинского в \'Петербургских тайнах\', Алеши в \'Униженных и оскорбленных\', Михаила в \'Любить по-русски\'.

Автор: Леонид ГУРЕВИЧ

Сайт: Аргументы И Факты

- Как вы представляли актерскую профессию до поступления в ГИТИС?

- Более радужной. Мне казалось, что, вот сыграешь хорошую роль, тебя узнают зрители и на тебя тут же свалятся почет и уважение. Я не из актерской семьи, поэтому не знал изнанку этой профессии. Мои родители и брат работали на машиностроительном заводе 'Молния', правда, отец очень хорошо пел, даже выступал во Дворце культуры. Кстати, там же год проработал и я, когда сразу после школы не смог поступить в институт, и даже получил третий разряд монтажника радиоаппаратуры и приборов.

- Сразу после ГИТИСа попасть в 'Ленком' - об этом молодому актеру можно только мечтать.

- А я об этом даже и не мечтал, все получилось случайно. Вместе с однокурсниками показывался в другие театры, в том числе и в 'Ленком'. Здесь отбирали поющих актеров для участия в спектакле 'Звезда и смерть Хоакина Мурьеты'. Мы показали Марку Анатольевичу Захарову и всему художественному совету театра пластический этюд: драка и ковбойские шутки у нас были отрепетированы очень хорошо. В 'Ленкоме' всегда обращали внимание на то, как артист поет, двигается. А у нас в институте был прекрасный педагог по сценическому движению - Николай Васильевич Карпов, уроки которого мы все очень любили. Мы показали все, на что способны, вот так я и стал актером 'Ленкома'.

- Наверное, не последнюю роль в этом сыграли и ваши занятия спортом?

- Это так. Когда учился в школе, сначала хотел пойти в секцию бокса, но меня отговорила мама. Карате тогда было под запретом, и я стал заниматься дзюдо. Для того, чтобы получить спортивный разряд, мне не хватило всего двух побед. Но в девятом-десятом классах пришлось спорт оставить, родители сказали, что надо больше внимания уделять учебе, и я с ними согласился.

- Кто вас привел в кино?

- Марк Анатольевич Захаров. Именно он утвердил меня на первую большую роль - Генриха в картине 'Убить дракона'. Здесь я снимался с такими мастерами, как Олег Янковский, Евгений Леонов, Вячеслав Тихонов, Саша Абдулов, Саша Захарова, Александр Збруев. Потом был фильм 'Мать', где сыграл Павла Власова. Его поставил Глеб Панфилов.

- Говорят, что у Панфилова очень сложный характер.

- А кто из нас простой, скажите мне, пожалуйста? У Глеба Анатольевича я снялся в двух фильмах. Работать с таким замечательным режиссером просто удовольствие, и я мечтаю о том, чтобы он позвал меня и в следующую свою работу.

- Отрицательные персонажи наиболее интересны для Ракова?

- По-моему, у положительных героев меньше выразительных средств. А отрицательные герои могут быть очень разными, многогранными, они не такие плоские.

- А как насчет 'звездной болезни'?

- Думаю, я ее избежал. Меня стали чаще узнавать после 'Петербургских тайн', пришла так называемая популярность. Если бы это случилось, когда я был совсем молодым, возможно, я бы заболел 'звездностью'. Эта болезнь в свое время коснулась моих однокурсников, и я видел, чем это чревато. Но в зрелом возрасте все воспринимаешь иначе, знаешь, как избежать этого состояния.

- Почему не снялись в фильме Глеба Панфилова 'Романовы. Венценосная семья'? Ведь были утверждены на главную роль?

- Не совсем так. Я должен был сыграть другую роль, хотя действительно меня пробовали и на Николая II. Но для этого исторического персонажа я тогда оказался слишком молод. У меня уже был подписан договор, уже шили костюмы, но Марк Анатольевич Захаров, узнав об этом, заявил: 'Выбирай: или снимаешься в фильме, или играешь в театре'. А так как в репертуаре стояли спектакли, где я играл в одном составе, то пришлось от съемок отказаться. Но мне предложили озвучить в этой картине актера, сыгравшего роль Николая II.

- В спектаклях приходилось обнажаться?

- Ну, вы же прекрасно знаете, что в спектакле 'Мудрец' я играю именно в таком виде. В течение тринадцати лет я показываю зрителям левую часть тела, со спины. Но по этому поводу у меня нет никаких комплексов.

- В эротическом фильме согласились бы сыграть?

- Мне предлагали, но я подумал, что у нас не могут снимать подобные сцены красиво, и не стал рисковать. А теперь, с возрастом, не стал бы сниматься в подобных картинах ни за какие деньги.

- В картине 'Барханов и его телохранитель' вы сыграли такого актера-неудачника. Вы с кого-то конкретно 'списали' этот характер?

- Вы угадали. В тот момент я, что называется, 'лепил' этот образ со своего друга - бывшего актера нашего театра. У Андрюши, правда, в жизни все сложилось гораздо драматичнее, чем у моего киногероя.

- Приходилось попадать в экстремальные ситуации?

- На съемках 'Убить дракона', которые проходили в Польше, был такой эпизод. Мне надо было пробежать без страховки по строительным лесам примерно на высоте тридцати метров и прыгнуть в окошко. Только после того, когда съемки закончились, подумал: а что, если бы вдруг соскользнула рука, и я бы летел с такой высоты.

- Почему вы снимались без дублера?

- Я обычно все трюки выполняю сам. Это своего рода актерский кураж. В 'Гардемаринах-3' тоже прыгал с какой-то высокой кручи. Правда, этот эпизод в фильм так и не вошел, хотя я попросил девочек-монтажниц отдать мне дубли с моими прыжками. В театре был один случай во время спектакля 'Гамлет', где я играл Лаэрта, а Дима Певцов - Гамлета. У нас был очень хорошо поставлен финальный бой на шпагах. В тот раз перед спектаклем кто-то пролил воду и пол, покрашенный нитрокраской, стал скользким, как каток. И у Димы выпад шпагой, который я должен был отбить, продлился в результате дольше, чем нужно. В итоге кончик шпаги попал мне чуть ниже губы. Сгоряча я не почувствовал боли и того, что с лица капала кровь, но потом пришлось обратиться в травматологический пункт...

- Не взбадриваете себя алкоголем?

- Если заметят, что человек этим злоупотребляет, в нашем театре он долго не проработает. У меня был случай, когда сильно разболелось горло, плохо смыкались связки. Выпил пятьдесят граммов коньяка. Об этом тут же стало известно Марку Анатольевичу. После беседы с ним у меня пропало желание лечиться подобным образом.

- Насколько я знаю, у вас есть и хобби. Например, вышивание.

- Да, это в детстве так, дурью маялся. Мама хорошо вязала, вот и я тоже решил попробовать. Правда, вязать так и не научился, а вот вышивать понравилось: крестиком, гладью. У меня были пяльцы, я покупал мулине. Потом как-то жене на халате вышил гладью птичку, получилось красиво. Когда появился бисер, захотелось освоить и вышивку бисером, но это оказалось настолько кропотливым, утомительным, что я так и не закончил начатую картину.

- Виктор Раков еще и художник.

- Это слишком сильно сказано, хотя мои картины выставлялись в Бахрушинском музее, в Доме-музее Ермоловой.

- Как вы познакомились со своей женой?

- Одна моя горячая поклонница привела Люсю в 'Ленком', и после этого уже она сама стала моей верной поклонницей. В начале мы с ней жили без регистрации, а когда должна была родиться Настя, мы расписались и даже обвенчались в церкви.

- Кто в вашей семье хозяин?

- Как кто? Конечно, я. Как я скажу, так и будет. По-моему, каждый мужик должен иметь собственное мнение, он не должен быть инфантильным, полностью растворяясь в женщине. Как мужчина я должен отвечать за свою семью и своих близких.

- Собственную дачу строить не хотите?

- Простите, а на какие шиши? Я не могу прыгать из проекта в проект, чтобы зарабатывать деньги, это тяжело физически. У меня есть старенькая машина, по идее, ее давно бы надо менять, но это тоже очень дорогое удовольствие.

- Как вы себя оцениваете?

- Я - нормальный человек. Муж, отец, сын, брат, коллега, друг...