Мы уже видели фальшивых Краснопевцевых

О предстоящем 15 февраля в Лондоне первом аукционе современного русского искусства Sotheby's "Известия" уже писали в номере от 30.01.07. Неожиданно для многих на предаукционной выставке, прошедшей в последний уикенд в Москве, в зале Голутвинской слободы на Якиманке, рядом с топ-лотами оказались работы американских художников того же времени. Глава отдела русского искусства Sotheby's Джоанна Викери, давшая интервью спецкору "Недели" Ирине Мак, считает, что такое соседство русским картинам только на пользу.

Автор: Ирина Мак

Сайт: Известия

Херст и Уорхол поднимают значение русских

- вопрос: Все-таки зачем вы привезли американских художников? Это же русский аукцион.

- ответ: Затем, что мы хотели немного поднять в глазах публики значение современного русского искусства. Я много общаюсь с коллекционерами и, конечно, с дилерами, которые очень интересуются этим периодом.

- в: Цены на работы представленных здесь американцев - Херста, Весслмена, уже не говоря об Уорхоле, - выше, чем на работы наших художников того же времени?

- о: Да. Но дело не в работах, а в том, что они значительно позже появились на рынке. Рынок современного русского искусства только начинается.

- в: Но его уже воспринимают сегодня как удачное вложение денег? Или еще нет?

- о: Наверное, есть и такие коллекционеры, которые, покупая что-то из этих работ, смотрят на то, что цены растут, и, возможно, рассматривают их как инвестиции. Но я всегда советую покупать то, что вы любите, то, что знаете.

Можно ли догнать Коровина и Шишкина

- в: Однако для русского аукциона Sotheby's, приучившего клиентов к старым мастерам, соц-арт и нонконформисты - неожиданный выбор.

- о: Но уже был один аукцион современного русского искусства - в 1988 году в Москве.

- в: Тогда был СССР, и Запад только открывал для себя наше искусство, это было модно. Разве мода не прошла?

- о: Времена действительно меняются, но мы уже наблюдали, как на аукционах в Лондоне и Нью-Йорке покупатели смотрят с интересом на русские работы этого периода. Может быть, вы помните, что в мае прошлого года дали рекордную цену за Краснопевцева - впервые работа современного русского художника перешагнула миллионный рубеж. Эта сенсация тоже помогла привлечь внимание к новым именам. Мы непрерывно наблюдаем рост интереса к современному искусству, некоторым оно просто начинает больше нравиться.

- в: И потом, оно дешевле и Коровина, и Шишкина.

- о: Гораздо. Предварительная стоимость нашего топ-лота - "Революции. Перестройки" Эрика Булатова 1988 года - составляет 150 000 долларов, в то время как на русских аукционах цены доходят до миллионов долларов. Есть разница.

- в: Какой самый дорогой русский лот вы можете вспомнить на Sotheby's?

- о: Ваза Императорского фарфорового завода эпохи Николая I. Она стоила больше пяти миллионов долларов.

- в: Для меня загадка, как может столько стоить вещь, пусть самая замечательная, но такая хрупкая. В конце концов, она может просто разбиться.

- о: Кажется, именно поэтому французские коллекционеры выставили ее на аукцион. Они держали вазу дома и боялись разбить. И как только цены на русский фарфор пошли вверх, решили продать.

- в: Возвращаясь к предстоящему аукциону: кто предоставил эти работы на торги?

- о: Вы будете удивлены, узнав, откуда они к нам попали, но мы их специально искали. Картина Вейсберга попала к нам из Мексики. Работа Мастерковой - из частной коллекции в Греции. Дмитрий Плавинский - из Америки, Краснопевцев - из Италии. Из России - Тимур Новиков из Петербурга и Айдан Салахова из Москвы. Работа 1992 года. У нас здесь художники разных поколений: я думаю, надо немножко расширить представление об искусстве и о современности. И Айдан Салахова, и Плавинский - современные художники. Энди Уорхол работал в 1960-е, 70-е, 80-е годы, и это тоже современное искусство. Мне кажется, их правильно объединить.

- в: Кто больше покупает наше искусство - русские или западные коллекционеры?

- о: Вообще мы ориентируем свои торги и на русскую, и на западную публику. Поэтому решили провести этот аукцион почти одновременно с международным аукционом современного искусства, с разницей в неделю. И мы устроим в Лондоне небольшую выставку перед аукционом из главных лотов.

- в: А старое русское искусство покупают на аукционах только наши люди?

- о: В основном. И те, кто живет в Лондоне, и те, кто живет в Москве.

Русские покупатели - самые активные

- в: Проводит ли Sotheby's аукционы произведений искусства других стран? Специально американские, специально французские...

- о: Да, мы устраиваем скандинавские торги, есть шотландский аукцион и Milan Sale - итальянские торги в Милане. Но Россия сейчас на этом рынке самая активная страна. Русский рынок очень силен, и весь мир смотрит на него.

- в: Изменились ли за годы проведения русских торгов ваши покупатели?

- о: Я понимаю, вам хочется так думать, но, боюсь, это не так. С одной стороны, постоянно появляются новые имена, и их покупают. С другой - многие сегодня покупают то же, что пять лет назад. Может быть, у кого-то вкусы и меняются, но я бы побоялась сказать, что есть такая тенденция.

- в: На кого из русских художников сегодня больше спрос?

- о: Спорный вопрос. Ситуация несколько изменилась, и сегодня, я бы сказала, дороже всех Кустодиев и Сомов. Год назад "Пастораль. Русь" Сомова ушла за $5 000 000.

- в: В 2005-м много писали о подделках, обнаруженных на Sotheby's среди лотов русских торгов. Это продолжается или все изменилось?

- о: К сожалению, это был не единичный случай. Мы поняли, что все серьезно, и, чтобы больше это не повторялось, постарались быстро отреагировать.

- в: Каким образом?

- о: Ну, у нас есть много разных технологий, позволяющих доказать авторство. Хотя нет такой системы, чтобы каждую работу обязательно проверять. Если картина из известной коллекции или ее происхождение можно доказать, удостоверить подлинность легче. Или, если художник жив, можно спросить у него.

- в: Русских художников подделывают чаще?

- о: Я бы не сказала.

- в: Но современных художников вряд ли подделывают...

- о: Почему, мы уже видели на рынке фальшивых Краснопевцевых. Художник умирает, и его сразу начинают подделывать. Но вообще, когда приходит работа на аукцион, главное - даже не экспертиза, а сама работа. Надо на нее просто посмотреть.

Who is Джоанна Викери

Директор русского отдела Sotheby's Джоанна Викери поражает собеседников своим безупречным русским языком, выученным в университете. Осваивая его, Джоанна в 1992 году полгода прожила зимой в семье в Красноярске. До Sotheby's занималась творчеством Кристины Робертсон, шотландской художницы, работавшей в России, - с тем чтобы вернуть в историю живописи незаслуженно забытое имя. В знаменитый аукционный дом госпожа Викери пришла в начале 1997-го - до этого в русском отделе Sotheby's не было русскоговорящих сотрудников, видимо, это и предопределило стремительное продвижение Джоанны от ассистента к посту старшего директора и шефа русского отдела.