Биография

Вторая половина XVII века в испанском искусстве - это время перехода от высших достижений живописи этой школы к новой стадии развития. После смерти Веласкеса в 1660 году, Сурбарана - в 1664 году (третий крупный мастер, Рибера, ушел из жизни еще раньше, за восемь лет до Веласкеса) лицо испанской живописи изменилось. Ее плодовитость, эффектность, виртуозность чрезвычайно высоки, но этого уже нельзя сказать о глубине содержания.

Сайт: ХРОНОС - Всемирная история в Интернете

Правление Карла II (1665-1700), последнего монарха из династии Габсбургов, ознаменовалось упадком экономичесской и общественной жизни страны. В состоянии депрессии и тупика ей предстоит провести целое столетие - до тех пор пока Французская революция 1789 года не потрясет Испанию вместе с другими европейскими странами, до тех пор пока не появилось неслыханно смелое и мятежное искусство Гойи.

Сохранить и культивировать высокие художественные традиции в период безвременья - особая и труднейшая задача. Хуан Карреньо де Миранда был одним из тех немногих живописцев, которые были на это способны. Он учился вдали от главных очагов испанского искусства, в Вальядолиде. Но все же молодому мастеру удалось не увязнуть в сонной, застойной жизни провинциального города, где ему наверняка пришлось бы всю жизнь писать алтарные картины по строгим канонам контрреформации, под бдительным оком столь же зорких, сколь и ограниченных церковных властей.

Художник перебрался в Мадрид и здесь, замеченный самим Веласкесом, получил заказ на живопись для так называемого Зеркального салона в мадридском королевском дворце. Карреньо занимает некоторые придворные должности, однако ему не удается стать "художником короля". При дворе уже не существует традиции умного меценатства, характерной для некоторых прежних правителей Испании. Усиливается давление на искусство сухой официальности и унылой религиозности. Оценивать итоги творчества художников, работающих в таких сложных условиях, приходится по особым меркам. Достойно удивления, что такому мастеру, как Карреньо, удалось так долго сохранить многие лучшие качества испанской живописной школы, когда ее "золотой век" был уже позади. Историческая обстановка и общественные настроения были в высшей степени неблагоприятны для живого искусства. Вялость, оцепенение овладевали огромной мировой державой, с ее колоссальными ресурсами и богатствами, ее владениями, раскинувшимися в разных частях света - прежде всего в Америке. Верхушка общества делит свое время между прожиганием жизни и лицемерным выполнением церковных и государственных обрядов, а народ безмолвствует. Увенчивается все государственное здание горсткой никчемных людей, окружающих болезненного короля-эпилептика - последнего представителя некогда славного, но полностью выродившегося семейства.

Трудно представить, что такая действительность и такие герои могли бы вдохновить художников. Но искусство умеет в таких условиях жить некоторое время за счет накопленных прежде запасов. Художественные собрания Испании раскрывали перед каждым художником ни с чем не сравнимые богатства. Карреньо мог беспрепятственно изучать картины Веласкеса, которые в то время почти в полном составе украшали залы, вестибюли и лестницы дворца в Мадриде и загородных резиденциях короля. Здесь же - несравненная коллекция картин венецианских живописцев во главе с Тицианом и Веронезе и живописцев Фландрии во главе с Рубенсом и Ван Дейком.

И сила, и слабость последнего поколения испанских живописцев XVII века заключались в том, что их искусство питалось наследием прошлого, но находило мало опоры и воодушевления в исторической и общественной жизни страны. Биение живой жизни затухает в Испании, оно сохраняется только в живописных полотнах прежних времен - в рубенсовских и тициановских образах, в глубоких сосредоточенных портретах Веласкеса, в экстатической взволнованности произведений. Эль Греко, в горделивости героев Ван Дейка.

Картины Хуана Карреньо де Миранда характеризуют его как преданного ученика и последователя великих мастеров прошлого. И в то же время он оказался неумолимым свидетелем духовной опустошенности своих современников.

Мастер оставил довольно много религиозных картин. Они богаты колористически, тонко моделированы, как, например, "Св. Себастьян" из музея Прадо в Мадриде (1656). Карреньо любит применять в таких случаях эффекты движения и перспективы, словно хочет возместить этими сильными средствами, перенятыми из арсеналов барокко, некоторую нехватку внутренней уверенности. Возбужденность и перегруженность позднего испанского барокко приводят к некоторой искусственности, надуманности. Притом Карреньо выбирает самые лучшие образцы для подражания, ориентируется на высочайшие достижения европейской живописи: уроки Рубенса очевидны в таких картинах, как "Мария Магдалина" (Мадрид, академия Сан-Фернандо) и "Вознесение" (Познань, музей). Больше простоты, ясности, легкости и органичности в луврском полотне "Основание ордена тринитариев" (1666).

Однако более известен художник своими портретами. Герои этих картин - первые люди страны. Но трудно представить себе более жалкие существа, чем король Карл II, с его патологически вытянутым, лошадиным лицом, бескровным от болезни, с его нелепой и хилой фигурой и стремлением казаться величественным и отрешенно непроницаемым, как его царственные предки (портреты из Толедо и Берлина). Художник пишет и королеву-мать, Марианну Австрийскую (например, известный портрет из музея Прадо). Она после смерти своего супруга навсегда облеклась в монашеское одеяние и демонстрировала полное отречение от мирских забот. Впрочем, никто ничего не потерял и не выиграл оттого, что эта недалекая и невежественная принцесса, ставшая королевой чужой для нее и непонятной страны, ничего не желала знать о людях, делах, проблемах Испании и проводила все время за молитвами и рукоделием. Художник мастерски передает переливы драгоценных шелков и парчи, мерцание золота и драгоценностей, блеск доспехов - однако последние отпрыски Габсбургов унылы, бесцветны, безжизненны.

Подражая Веласкесу, Хуан Карреньо пишет и придворных шутов, и некоторых аристократов из окружения короля. Примером может служить портрет герцога Пастрана из Прадо. Во всю силу своего колористического дарования и декоративного чутья написал Карреньо портрет русского посланника в Мадриде И.Потемкина (это произведение также находится в музее Прадо). Изображения наших соотечественников, выполненные кистью западноевропейских мастеров в допетровское время, чрезвычайно редки и уже тем интересны для нас.

Дата публикации: