Уеду куда угодно

Хватит, не хочу быть ни учителем, ни директором. Хочу писать картины.

Сайт: Знаменитости

Вдруг у меня шевельнулась идея: не зайти ли

к Демьяну Бедному, он как раз живёт в Кремле, а во время войны мы с ним вместе служили в военной конторе.

Попрошу, чтобы он и Луначарский похлопотали: пусть меня выпустят в Париж.

Хватит, не хочу быть ни учителем, ни директором.

Хочу писать картины.

Все мои довоенные работы остались в Берлине и в Париже, где меня ждёт студия, полная набросков и неоконченных работ.

Поэт Рубинер, мой добрый приятель, писал из Германии:

"Ты жив? А говорили, будто тебя убили на фронте.

Знаешь ли, что ты тут стал знаменитостью? Твои картины породили экспрессионизм. Они продаются за большие деньги. Но не надейся получить что-нибудь от Вальдена. Он считает, что с тебя довольно и славы".

Ну и ладно.

Лучше буду думать о близких: о Рембрандте, о маме, о Сезанне, о дедушке, о жене.

Уеду куда угодно: в Голландию, на юг Италии, в Прованс – и скажу, разрывая на себе одежды:

– Родные мои, вы же видели, я к вам вернулся. Но мне здесь плохо. Единственное моё желание – работать, писать картины.

Ни царской, ни советской России я не нужен.

Меня не понимают, я здесь чужой.

Зато Рембрандт уж точно меня любит.

Марк Шагал. Из книги "Моя жизнь"

И он уехал. Сначала в Берлин, потом в Париж. Художник проживёт после своего отъезда ещё 63 года и прославит имя, которое так и просится в стихи: "Шагал за полотно шагал..."