Я завидую йогам

ЛАЙМА сидит напротив, слегка склонив голову. Время от времени правой рукой она касается волос, а когда говорит, растягивает слова. «Манерная певица» — так говорят те, кто не любит Лайму. «Леди Шарм», «бархатный голос» — парируют ее поклонники. «В последние годы я сильно изменилась. И многие вещи, которые раньше казались чем-то важным, потеряли для меня ценность», — говорит сама Лайма.

Автор: Мария ПОЗДНЯКОВА

Сайт: Аргументы И Факты

Глава клана

— ЕДИНСТВЕННОЕ место, где я действительно чувствую себя комфортно, — моя рижская квартира. Я называю мой дом «собачьим», потому что там трем моим собакам можно все. Они везде суют свой нос, валяются на диванах и креслах, и никто никогда их не одергивает. Хотя мама периодически с надеждой спрашивает: «Лайма, а может быть, все-таки переедем в новый дом?» Лет пять назад мы действительно приобрели новый дом. Для этого заняли у знакомых деньги. Начали его ремонтировать. И как раз в это время вышел закон о том, что недвижимость, построенная до 40-го года, возвращается прежним хозяевам. Наш новый дом как раз попал в список этих самых объектов. Наследники его бывших владельцев, проживающие сейчас в Швейцарии, поступили весьма хитро. Они подождали, пока мы отремонтируем виллу, а уже потом предъявили на нее свои права. Естественно, никто ничего за этот дом нам не заплатил. Поэтому, когда на российском телевидении говорят, что выгоняют только русских , это необъективно. Латышей тоже выгоняют. И я была одна из первых, кто пострадал от закона. Сейчас строю дом в Юрмале, он еще не готов. Так что пока вся моя недвижимость — это квартира в Риге да квартира в Москве, которую я приобрела еще в советские времена. Больше ничего приобретать не собираюсь. Нет у меня таких амбиций — приобретать острова, виллы.

Помню, в начале 90-х в Японии за выступление мне заплатили сумасшедший по тем временам гонорар — 100 тысяч долларов. Я на эти деньги дважды побывала на Гавайях: один раз — на острове Мауи, второй раз — в Гонолулу. Ну, и все. Остальные доллары куда-то разошлись. Понимаете, зарабатывание денег для меня не самоцель. Они нужны мне для моей семьи и для свободы.

Для меня важно не где я (в каком доме, обстановке), а с кем я. И в этом смысле у меня на первом месте стоит семья — мои многочисленные родственники. Если клан Вайкуле собирается вместе — это никак не меньше 25 человек. В такие моменты я всегда произношу один и тот же тост: «За семью». Наверное, в силу того, что я самый успешный представитель семейства, мне приходится решать все «семейные разборки». Все родственники, даже которые старше меня, приходят ко мне за советом. А коллектив, с которым работаю многие годы, я тоже считаю своей семьей.

Бриллианты — не для меня

Я СОВЕРШЕННО равнодушна к драгоценностям и вообще к дорогим украшениям. Как-то на день рождения мне подарили бриллиантовый браслет. Так я через месяц не знала, где он у меня. Просто куда-то сунула и забыла. Дорогая и стильная одежда? Она нужна мне, чтобы выходить на сцену. Это условие профессии, которое я должна соблюдать. А так в одежде я совершенно неприхотлива — главное, чтобы было удобно и уютно. Дома обожаю носить шерстяную одежду, люблю мягкие вещи. Свой сценический гардероб периодически «чищу», и поскольку среди родственников нет обладателей моего размера, то со многими костюмами просто расстаюсь, в том числе и с вещами от кутюр. Выкидывая старые вещи, я не испытываю ни капли жалости. С прошлым расстаюсь легко. Живу сегодняшним днем и будущим. Мне неинтересно, что было вчера. Я помню время, когда собирала стадионы, а мою машину носили на руках. Но у меня есть только одна фотография, где я и вот этот стадион. Будь моя воля, то жила бы в лесу, чтобы кругом были животные. Ну а самое прекрасное — быть йогом. Вот эти люди по-настоящему свободны. Они независимы от материальных вещей. Могут сесть на обочину и медитировать — идеальное состояние души. Я пробовала заниматься йогой, но в ближайшем будущем вряд ли смогу в это сильно углубиться, потому что у меня на это просто не хватает времени.

В компании с Константином Эрнстом, Аллой Пугачевой, Валентином Юдашкиным.А вообще моя самая большая мечта — уехать в Индию, забраться в какой-нибудь отдаленный монастырь, чтобы он был в джунглях, и пожить там какое-то время. Я даже намечала сделать это ближайшей весной. Но уже сейчас понимаю, что не удастся выкроить на это время.

Болезнь сделала меня другой

К ВЕРЕ я пришла в зрелом возрасте. Несмотря на то что все родственники католики, я крестилась в православном храме. Считаю, что особой разницы между православием и католичеством нет. Все мы — христиане. Был период, когда я серьезно болела. И у меня спросили: «Какую ты хочешь, чтобы тебе принесли книгу?» Я ответила: «Библию». Говорят, что мы рождаемся и умираем в одиночестве. Замечательная фраза. А умирать легче, когда веришь. Потрясающим открытием для меня стали книги Александра Меня. Он смог доступным языком объяснить необъяснимое. Жаль, что этот человек погиб. Он сегодня очень нужен. Осталось мало людей, которые верят и умеют верить, а он был таким.

Начинающая певица Лайма Вайкуле.О своей болезни я не люблю вспоминать. Было и прошло. Хотя ни о чем, что со мной происходило, не жалею. Именно после болезни я стала такой, какая есть. Я не представляю, что могла раньше думать иначе, воспринимать иначе жизнь, что я была такая неинтересная и глупая. Сейчас у меня другое отношение к людям, к животным, к природе. Теперь стараюсь прощать людям все. И материальное волнует меня гораздо меньше. Важна душа.

Хочу забыть о возрасте

Я УЖЕ десять лет не праздную свой день рождения. Ну, во-первых, вообще их никогда особо не праздновала. А во-вторых, это событие представляет важность для моих родителей и для меня. Для других же в праздновании моего дня рождения нет ничего особенного. Хочу забыть о возрасте. Что было, когда люди не умели сосчитать, сколько им лет? Проблема возраста меня не страшит. Хотя не исключаю, что в будущем могу воспользоваться услугами пластических хирургов. В качестве эксперимента. Ведь пользуемся же мы разными кремами.

На репетиции. (Фото Валерия Христофорова)Почему я никогда не говорю о любви? Это настолько личное, что если об этом начать много и громко говорить, то это уже не будет «моим», а станет «общим». С моим другом Андреем мы вместе с 19 лет. Он был музыкантом, работал вместе со мной. Потом мы вместе закончили режиссерское отделение ГИТИСа. Сейчас он мой продюсер. Андрей понимает меня, наверное, лучше всех. И если чувствует, что мне хочется побыть одной, всегда предоставит эту возможность.

Иногда мне задают глупый вопрос: страдаю ли я от отсутствия детей? Но если бы я страдала, они бы у меня были. У меня нет времени даже для собак. Дети — это прежде всего огромная ответственность. А если я созрею для ребенка, то вы это увидите.

Дата публикации: 07.01.2003