ВЛАДИМИР ШАХРИН: ГЕРОЙ НАШИХ ПЕСЕН ОБУРЖУАЗИЛСЯ, НО ОСТАЛСЯ ПРОВИНЦИАЛОМ И РАЗГИЛЬДЯЕМ

Мы дали себе зарок: каждый концерт должен быть событием, должен быть в удовольствие...

Автор: Игорь Лисник

Сайт: Известия

Наверное, в нашей стране нет людей, которые хоть раз не пытались напеть "Ой-йо" или посверкать зажигалками под "Поплачь о нем, пока он живой". Группа "ЧАЙФ" осталась, пожалуй, единственным коллективом из той "красной волны" русского рока, которая прошлась по Союзу в конце 90-х и выжила в прежнем составе. Перед большим концертом в "Олимпийском" в честь 20-летнего юбилея "народной группы" Владимир Шахрин ответил на вопросы нашего корреспондента.

"Нам хватило ума держать наших женщин в стороне"

-Артемий Троицкий как-то сказал, что наши рокеры потому так любят праздновать свои юбилеи, что из музыкальных достижений им показать нечего. Что вы думаете по этому поводу ?

- Артемий Троицкий еще много всяких глупостей наговорил в своей жизни. Не надо это всерьез воспринимать. Для нас это все равно событие. Не так уж много групп и в стране, и в мире, которые так долго держатся. А мы все-таки остались группой. И нам есть что показать публике: и старые песни, которые до сих пор актуальны, и песни из более свежих альбомов. С другой стороны, я долго упирался по поводу пьянки, банкета после концерта, но музыкальная общественность воспринимает это однозначно: будто мы хотим зажать праздник. И с концертом то же самое. Если бы мы его не делали, тот же Троицкий написал бы: они не делают это потому, что уже никому не нужны, не могут собрать зал и так далее. Почему больше нечего предъявить? Что еще предъявлять в российском шоу-бизнесе, как не концерт в "Олимпийском" - на самой большой концертной площадке страны?

- Из всей волны "русского рока" конца 90-х, пожалуй, только "ЧАЙФ" дожил до наших дней в неизменном виде. Почему?

- Группа собиралась по принципу - насколько мы друг другу интересны, а не насколько мы хорошо владеем инструментами. Насколько мы - банда! Я для себя вычленил две основные причины распада наших и зарубежных групп: деньги и женщины. Все успешные группы распадались по этим причинам. А нам хватило ума держать наших женщин в стороне от группы, от гастролей, от принятия решений. И на финансовом уровне у нас никаких "расслоений" нет. Если кто-то покупает машину или путевку, это никого не злит, потому что каждый из нас может позволить себе то же самое.

-Но ведь получается, что "ЧАЙФ" и в музыкальном отношении один из самых консервативных коллективов в стране.

- Во-первых, мы нашли свой стиль. Во-вторых, именно в нашем стиле нам интересно экспериментировать. И он не ограничен только блюзовым квадратом или реггей, или, скажем, русской народной мелодикой. Я думаю, что мало кому хотелось бы, чтобы Ростропович вдруг встал к диджейскому пульту и начал крутить пластинки. Я думаю, люди платят ему деньги за то, что он умеет играть на виолончели, как никто другой в мире. А за диджейский сет ему вряд ли кто-то заплатит. И не потому он не идет в диджеи, что не хочет экспериментов, а потому что не умеет этого делать. Мы пытались экспериментировать в альбоме "48" с электронным звуком. Даже саундпродюсеров привлекали соответствующих. Было интересно, здорово. Но никто, кроме нас, шибко этому альбому не обрадовался. Все принялись говорить: "А где старый, добрый "ЧАЙФ"?"

"Люди с улицы нам все еще доверяют"

- "ЧАЙФ", как и большинство групп "русского рока", вышли на публику в эпоху массовой социальной активности. Почему социальная тема ушла из вашего творчества?

- Мы с самого начала были танцевальным, развлекательным коллективом. И в школе, и позже мы играли на танцах. Поэтому наши первые песни отличались от всей свердловской музыки именно радостью, позитивом, легкой панковской безбашенностью. Только в 89-м году у нас вышел альбом "Не беда", а в 91-м - "Давай вернемся". Вот это были две пластинки с яркой социальной направленностью. Такое время было. Все смотрели телевизор, ждали перемен, говорили о том, о чем раньше было запрещено говорить. Уже с альбома "Дети гор" (1993) мы опять вернулись к каким-то личным темам, проблемам персонажа песни. Так что, по большому счету, группа "ЧАЙФ" никогда не была остросоциальной. И не на этом она поднялась.

- А какая эволюция с персонажем ваших песен за эти 20 лет произошла?

- Очень сильная. Поначалу это был такой простой, провинциальный парень с рабоче-крестьянской харизмой, с пролетарским взглядом на окружающий мир. Он ездил на работу в переполненном автобусе по окраинам провинциального города. А сейчас он обуржуазился. Надеюсь, что не оскотинился, а обуржуазился. Он помнит все эти ощущения, когда он ездил в автобусе, махал на стройке ломиком и обедал в дешевой пельменной. А сейчас он смотрит на мир из окна личного автомобиля, знает, как орудовать палочками в японском ресторане. Он знаком с людьми, которых показывают по телевизору. И это накладывает свой отпечаток. Но он абсолютно точно остался провинциалом, немного разгильдяем и очень самоироничным человеком.

- Если так изменился персонаж, то почему публика, которая ходит на ваши концерты, - еще вполне молодые люди?

- А их не смущает наша буржуазность. Они расценивают нас как успешных людей, которые сами всего добились. "ЧАЙФ" - не проект, нам никто не вставлял трубочку в задницу и насосом нас не накачивал. Они нам доверяют. Я лет 10 назад придумал такой термин "доверие улицы". И мы на эту тему много в группе говорили. И вот пока мы доверие улицы не потеряем, к нам будут ходить люди на концерты. Люди с улицы нам все еще доверяют.

"А мы-то молодые! Нам-то всего по 45-46 лет"

- Хорошо. Вот вы эти 20 лет отметите, пластинку лучших хитов выпустите, а дальше-то что?

- Ну, мы себя уже не насилуем, новые песни не выдавливаем. Если их нет, вымучивать не будем. Вот сейчас есть 15 новых песен. Мы их поиграли, посмотрели и решили, что 12 из них заслуживают того, чтобы их записать. Не будет новых песен, значит, остановимся на том, что есть. Что касается концертной нагрузки, то это только кажется, что группа старая. А мы-то молодые! Нам-то всего по 45-46 лет. Нам еще до фига чего в этой жизни хочется. А на "до фига" нужны деньги. Авторские и доходы от продажи пластинок не позволяют содержать себя и свои семьи. Мы вынуждены играть концерты. Но мы дали себе зарок: каждый концерт должен быть событием, должен быть в удовольствие. Мы не хотим безумно "чесать" и "косить бабки". Так что какие-то поблажки мы уже себе делаем.

- А чего ждете от концерта в "Олимпийском"?

- Кейту Ричардсу в каком-то интервью сказали: "А ведь "Rolling Stones"-то давно сдохли, их уже нет". И он ответил: "Да? Тогда приходите на наш завтрашний концерт в "Уэмбли" и посмотрите на эту "дохлятину". Так что мы абсолютно нагло и самоуверенно делаем концерт на главной площадке страны, понимая, что за последние полтора года у нас не было ни новых клипов, ни активных ротаций. Три часа четыре человека будут петь свои песни. Не будет ни гостей, ни чужих песен. И я хочу, чтобы люди вместе с нами порадовались празднику и сказали: "А-а-а! Эти старикашки-то еще ого-го! Их еще рано списывать в утиль!"