Биография

Дуэт Future Sound Of London образован в 1989 году в столице Туманного Альбиона Гэрри Кобэйном (Garry Cobain) и Брайаном Дугансом (Brian Dougans).

Сайт: Библиотека музыки

Поначалу исполнял клубный дэнс-поп и стал известен благодаря таким хитам, как "Stakker" и "Papua New Guinea". Однако вскоре молодые люди переориентировались на более экспериментальную музыку - эмбиент с элементами техно, джаза, хип-хопа, индастриала и даба с большим количеством сэмплов. Их творчество носило новаторский характер: Future Sound Of London стали одними из тех, кто развивал направление эмбиент-хауса. Их целью (как и следует из названия дуэта) было создание музыки будущего, синтетического действа, включавшего, помимо собственно звуковой ткани, кино и видео, компьютерную графику и анимацию, средства радиовещания и Интернета. Их первый альбом "Accelerator", выпущенный под маркой "эмбиент", на самом деле далеко выходил за рамки данного понятия, так как сочетал "мягкие", типично эмбиентные элементы с танцевальными ритмами и тембровыми экспериментами. Парочка также заслужила репутацию талантливых ремиксеров, работая над треками Apollo 440, Curve, Джона Андерсона, Дэвида Сильвиана и Роберта Фриппа. Более поздние работы дуэта, альбомы "Lifeforms", "ISDN" (записанный при участии того же Фриппа), "Dead Cities" и ЕР "My Kingdom" - важные пункты в развитии пост-рэйвовой электронной европейской музыки. Дискография: Accelerator (1991) Lifeforms (1994) ISDN (1994) Dead Cities (1996) о в то же время обозначить задачи - еще не значит их решить.

Порция статистики

В кризисном 2008 году чистый отток капитала из России составил астрономические 133,9 миллиарда долларов (на эти деньги можно купить два с половиной "Лукойла"). Виноват в этом был, конечно, кризис. Но не только он. Как видно из статистики ЦБ, отток начался еще до кризиса. В первом квартале 2008 года он, например, составил 24,4 миллиарда долларов, в третьем - 19,3 миллиарда.

Впрочем, говорить о том, что до кризиса в России был какой-то устойчивый приток денег из-за рубежа, тоже не приходится. Да, в 2007 году приток составил рекордные 81,7 миллиарда долларов, да, в 2006-м этот показатель находился на уровне 41,4 миллиарда. Но если копнуть чуть глубже, то можно увидеть, как иностранцы опасались России, даже несмотря на внушительный рост ВВП. В 2005 году отток и приток были практически равными, а до этого притока не наблюдалось вообще: ни в начале 2000-х, ни, тем более, в конце 1990-х.

Так что неудивительно, что и после кризисного 2008-го притока капиталов в России не образовалось. 56,9 миллиарда оттока по итогам 2009 года и 38,3 миллиарда по итогам 2010-го, причем к концу года объемы оттока резко увеличились: до 22,7 миллиарда долларов только за четвертый квартал.

Власти признавали отток не очень охотно. Летом официальный прогноз по году составлял 10 миллиардов долларов, чуть позднее - 22 миллиарда. Эти прогнозы, как видно, были с треском провалены, но чиновники не побоялись сделать новые: по их данным, в 2011 году приток составит 10 миллиардов долларов. Инвестбанк Goldman Sachs, правда, уже подсчитал, что за первые 17 дней января 2011 года отток составил 5,1 миллиарда долларов.

Эта тенденция особенно настораживает на фоне роста цен на нефть вплоть до 90 долларов за баррель. По идее, при дорогой нефти должны расти объемы экспорта в денежном выражении, а инвестиции в Россию должны увеличиваться.

Отток капитала связан и с другим важным показателем: прямыми иностранными инвестициями - вложениями в российские активы, направленными на управление, хотя бы частичное, активом (как правило, при получении более чем 10 процентов акций). В 2008-2009 годах этот показатель составлял 3,6-4 процента ВВП, в 2010 году уменьшился до трех процентов.

Фактически данная статистика означает, что иностранцы интерес к российским активам теряют, а отечественные компании предпочитают инвестировать за рубеж: так безопаснее. Картинка получается безрадостная практически со всех точек зрения: без денег поднимать экономику сложно. Если же бизнес не хочет вкладывать средства внутри страны, то это придется делать государству (другой вариант: чиновники могут бизнес принудить), что отрицательно сказывается на инвестиционном климате.

Политический аспект

Иностранные инвесторы готовы вкладывать деньги в те страны, где четко определены правила игры на рынке. Второе дело Михаила Ходорковского, слушавшееся в 2010 году, эти правила нарушило: несмотря на решение суда, для иностранцев вина когда-то самого богатого человека в России оказалась вовсе не очевидной. Во всяком случае, подавалось второе дело в отношении Ходорковского исключительно в политическом ключе. "[Приговор] был политическим решением, направленным на подрыв авторитета Дмитрия Медведева, который обещал вернуть к жизни российскую судебную систему", - писала в конце 2010 года The New York Times.

Вполне возможно, что именно поэтому, из-за возможного ухудшения отношений между Россией и Западом в связи с делом Ходорковского, Дмитрий Медведев и решил лично рассказать бизнесменам о том, что творится в России с инвестициями. Давос для этого весьма удобное место - в Швейцарии в последних числах января собираются не только главные бизнесмены мира, но и многие чиновники.

Медведев провел в Давосе два мероприятия: за закрытыми дверями встретился с бизнесменами и выступил с речью на открытии форума. Подробностей о том, что было на закрытой части, СМИ узнать не удалось, а вот речь пересказана довольно подробно. В ее экономической части для российских участников Форума было не очень много нового: модернизация, Сколково, уход государства из экономики, приватизация и, наконец, энергоэффективность. Все это вполне соотносится с идеей приглашения иностранцев в российскую экономику.

Ожидавшийся вопрос про Ходорковского Медведеву не задали, но он все равно на него ответил, правда в интервью Bloomberg. По словам президента, инвесторы, нарушающие российские законы, могут разделить судьбу как Михаила Ходорковского, так и Бернарда Мейдоффа, строителя самой большой финансовой пирамиды в мире.

Журналисты не постеснялись спросить о Ходорковском и других членов делегации, в основном из числа российских миллиардеров. Удивительно, но все они оказались единодушны. И Олег Дерипаска ("Базэл"), и Владимир Евтушенков ("Система"), и Андрей Костин (ВТБ) отказали Ходорковскому в сочувствии, сказав, что суду виднее, виноват бывший глава "ЮКОСа" или нет.

Жестче всех выступил вице-премьер и глава совета директоров "Роснефти" Игорь Сечин. "Киллеры и жулики сидят, бардак прекращен", - сказал Сечин. И потом добавил, что второе дело Ходорковского не только не сломало правила игры на российском рынке, но, наоборот, их установило. А вот другой вице-премьер - Игорь Шувалов - высказался в совершенно ином духе. Его 27 января спросили про дело Сергея Магнитского: как, мол, оно соотносится с идеей привлечения инвестиций. "Я сожалею, что так получилось", - ответил, как передает газета "Ведомости", Шувалов.

Если объединить высказывания Сечина и Шувалова, получится, что "жулики" в России будут сидеть, а другие инвесторы, если что-то пойдет не так, вызовут сожаление у чиновников. Все остальные могут рассчитывать на приличный доход от вложенных средств. Такие правила - тоже правила, в этом Игорь Сечин прав.