Передвижная А`Студия

Редкий случай. Обычно аудио-системы у нас появляются в сопровождении комментариев установщиков, оснащавших машину техникой. Фигура хозяина машины, он же — заказчик музыки, всегда оставалась за кадрам, традиция рубрики, своего рода, вроде номеров «АвтоЗвук» на машине при съемках. Сегодня за кадром как раз установщики. Это была их идея: \"Ребята заказывали установку, пусть они про нее и расскажут...\"

Автор: Андрей Елютин

Сайт: Знаменитости

А действительно, пусть. В данном случае это и объяснимо, ведь речь идет о тех, для кого музыка — единственная профессия. Причем музыка в ее изначальной, композиторской и исполнительской формах, а не в виде записи. Если бы речь шла о музыке в машине, которую заказывал бы знаменитый звукорежиссер, мы бы хоть примерно знали, чего ожидать. Хай-энд, класс А, лампы всякие... А здесь у нас машина, которую группа «А`Студио» оснастила музыкой отчасти для того, чтобы просто слушать с удовольствием, а главным образом, чтобы работать. С этого начался наш разговор.

— А как это, собственно, вы собираетесь здесь работать? Насколько я понимаю, ваше место — на сцене или в студии. Машина-то тут при чем?

Байгали Серкебаев: Машина очень даже при чем. Когда мы не на сцене и не в студии, то почти все время в дороге. В основном, правда, учитывая наши расстояния, в самолете, а там музыку не послушаешь. Вот и решили, что, когда мы путешествуем, пусть даже на очень близкие расстояния, по земле и все вместе, надо, чтобы это время не терялось даром. И сделали что-то вроде передвижной студии, где мы решаем окончательно, как будет сводиться наш очередной проект.

— Подождите, а это что означает, что вы в этой машине только свои записи слушаете?

Баглан Садвакасов: Да нет, конечно. То есть свои — тоже, но и вы ведь не только свой журнал читаете. Когда мы слушаем свои новые записи, это работа, как бы сказать, не то чтобы рутинная, штатная, что ли. Обязательная. Но нам надо слушать и то, что играют или играли другие, чтобы... питаться. Или дышать.

— И что же вы, интересно, слушаете? Неужели, все одно и то же?

— Бывает, что и одно и то же. Вот сейчас мы после долгого перерыва как бы вновь открыли для себя диск «Breakfast in America», была такая группа «Supertramp», может, помните. Вот это оказалось сразу для всех. В некоторых отношениях наши вкусы разнятся, так ведь тогда мы не обязаны это слушать все вместе, мы же не в одной камере сидим, а в одной машине.

Байгали: Да пожалуйста, это не секрет.

— Так, посмотрим, что там нашлось. Depeche Mode «Exciter». Ну, это более или менее логично. Тем более, сейчас на слуху. Shirley Bassey. Вот это уже неожиданно. Дальше. Gary Moore «The Best»...

Баглан: Гари Мура я принес. Блюзовые музыканты к нему относятся немного свысока — вроде бы чересчур популярно. А на мой взгляд, гитарист он потрясающий.

— А какая вещь у Мура самая любимая?

Баглан: «Parisian Walkways». Особенно в одной из «живых» записей, где он тянет гитарную ноту секунд тридцать, кажется, а струна звучит все время по-разному.

— А ты сам так можешь? Тем более «вживую», не в студии.

Баглан: Что значит «так»? Если говорить о технике, то я могу заставить струну звучать хоть полчаса, надо просто чувствовать момент, когда гитара и комбик на сцене начинают «заводиться». Но это — техника. А манера музыканта складывается не из одной техники, есть стиль, есть настроение. И те, что у Мура, мне ближе всего.

Байгали: А что касается «живых» записей, мне послышалась какая-то скрытая ирония, мол, не те это люди. Если хочешь знать, мы хоть завтра можем полный концерт отыграть «в акустике». Да и запись тоже... Мы ведь один диск записали с помощью английского звукорежиссера, в зале, с двух микрофонов, без всякой пересводицы. Это у нас до сих пор одна из любимых записей. А то, что мы довольно активно используем возможности звуковой электроники, так это не потому, что не можем без современных эффектов, а потому, что они нам нравятся.

— А вот я еще нашел Marcus Miller. Это чей вклад в фонотеку?

Владимир Миклошич: Мой, разумеется. Бас-гитара — мой инструмент, а у Маркуса Миллера в игре на нем мало конкурентов. Разве что Джако Пасториус, но его диски у меня дома.

— Ну, это все своего рода профессиональный звуковой материал. У гитариста — свой, у бас-гитариста — свой. Я даже, кажется, могу угадать, кто Ширли Бэсси принес...

Баглан: Да мы и так скажем. Полина принесла. Ее сейчас нет, она на съемках, а так бы она и рассказала, что и почему.

— Да я про другое хотел спросить: а есть что-нибудь, близкое сразу вам всем именно по настрою, по эстетике. Может, казахский фольклор?

Владимир: Ну, если с этих позиций, то это может оказаться и хорватский фольклор. Меня-то куда девать? А если серьезно, то я могу даже ребят не спрашивать и ответить за всех, мы здесь давно согласились. Наша любимая музыка — бразильская. То, что мы делаем, традиционно относят к стилю World Music. А бразильская музыка из всей мировой нам кажется самой интересной.

— Вот когда я из машины приносил диски, я там нашел только одну кассету, и то с каким-то закорючками карандашом. Это что?

Байгали: Это совсем сырая запись из студии. Ее даже на CD-R пока нет смысла перегонять. А послушать можно, потому мы и поставили в машину не CD-ресивер, а магнитолу.

— А вообще, что для вас важнее как носитель записи — кассета или компакт? Ну, в смысле, на чем вы бы больше хотели их видеть?

Байгали: Мы бы хотели их видеть, это прежде всего. Хоть на глиняных табличках. А если серьезно, все-таки наш формат — это CD. Кассета демократичнее, потому что дешевле, но это определяет и публику, которая будет слушать запись в этом формате. Возраст публики. Если кассета — формат молодежный, теперь практически подростковый, то CD — это все же для более требовательного слушателя. Более зрелого. Мы ведь, представляя себе свою аудиторию, видим не только тинейджера, но и «твенти-самсинг», как теперь называют эту возрастную группу в Америке.

Баглан: А ты, кстати, можешь и по машине судить о наших предпочтениях, это ведь как раз по твоей части. Магнитола в машине одна. а CD-чейнджеров — четыре, в общей сложности на три с лишним десятка дисков. Убеждает?

— Подождите, а зачем так много-то?

Байгали: Много потому, что не все для звуковых записей. Нам ведь надо и клипы смотреть, свои и чужие. Поэтому два чейнджера у нас под диски CD-Video плюс — видео-магнитофон внизу, под сиденьями.

— А машина почему такая? Вы что, все время по бездорожью ездите?

Байгали: А вот это как раз казахский фольклор. В Казахстане джипы, особенно большие и мощные, как-то сразу полюбили, так что, когда мы решали, где будет построена наша передвижная студия, особых споров и не было. С одной стороны, это — «Гелендваген», машина армейского происхождения, со всеми последствиями, а с другой стороны — Brabus, то есть тихо, удобно и комфортно.

— Мы что-то увлеклись обсуждением музыки, может, все-таки подойдем к машине, и вы расскажете, что там и зачем?

Байгали: Это значит, я расскажу, мне вроде бы делегировали права, когда придумывалась система. Я попросил поставить магнитолу Alpine TDA-7570R, чтобы все-таки кассеты можно было слушать, но можно было и управлять чейнджерами, причем несколькими. Здесь все идет по шине Ai-Net, так что можно было поставить все что угодно. Остановились мы на двух двенадцатидисковых СНА-1214. И еще — два видеочейнджера VPA-S001. Наши инженеры все, что нам нужно, перегоняют на CD-Video, так что архив можно держать большой. А для других видеоматериалов есть кассетный видеомагнитофон JVC KV-V10, это сейчас самый надежный аппарат, у нас с ним проблем не было никогда.

Для того чтобы все это смотреть, нужна, конечно, уже не магнитола. У нас стоит монитор Alpine TME-M750. Для четверых одного небольшого экрана, конечно, маловато, наверное, будем потом ставить еще.

А по звуку мы выбирали компоненты коллегиально, то, что устраивало всех. И ближе всего нам оказалась акустика Focal, она у нас и впереди, и сзади. А басом и усилителями руководил Володя, пусть он и ответит.

Владимир: Я послушал разные сабвуферы, и мне мало у каких звук понравился. Может, они играют и правильно, но как-то скучно. Мне хотелось, чтобы бас был такой азартный, раскованный. Ближе всего к моему идеалу подходили Kicker XPL, я их услышал в одной машине и понял: вот это для нас. А про усилители многие спрашивают: почему в такой дорогой системе стоят совсем не элитные Crunch Х2200. Отвечаю: у нас не моторизованный клуб любителей хай-энда. Нам надо, чтобы в этой машине мы слышали звук так, как его услышат на хороших и мощных системах взрослые и разумные люди. И здесь «Кранчи» подходят на все сто.

— А что, ваш Brabus — предел совершенства? Или что-то хочется поменять? Учитывая специальную роль «передвижной студии»...

Байгали: Если по мелочи, надо еще экранов поставить. Видеоклипы теперь мудреные и динамичные, с заднего сиденья не все разглядишь, а у нас это не развлечение, это работа. На инструменте экономить нельзя, вам любой музыкант скажет...