Биография

Они ругались, дрались, били посуду... Мрачный музыкант, ставший кумиром целого поколения, и взрывная вокалистка панк-группы, чей скандальный образ никак не вязался с ее феноменальным уровнем интеллекта, - друзья и родные боялись, что когда-нибудь эти двое просто покалечат друг друга. Тем не менее Курт Кобейн и Кортни Лав прожили вместе шесть лет, родили дочку, которую любили больше всего на свете. И все же их роман был обречен.

Автор: Алексей Мунипов

Сайт: Знаменитости

Источник информации: журнал "КАРАВАН ИСТОРИЙ", ноябрь 1999.

Когда в комнату вошли полицейские, Кортни сразу все поняла. Только спросила: "Как это случилось?" "Он застрелился. Дома. Труп нашли в оранжерее спустя два дня", - глядя в пол, ответил сержант'. Кортни машинально кивнула головой: она была за много километров от мужа, но чувствовала неладное. Обычно они с Куртом видели одни и те же сны, но вот уже два дня ей снились только какие-то увядшие цветы... Через несколько часов Кортни прилетела из Лос-Анджелеса в Сиэтл - по дороге из аэропорта она зажимала уши, чтобы не слышать, как мальчишки-газетчики истошно вопят: "Последние новости! Застрелился Курт Кобейн!" Дом был оцеплен - с трудом прорвавшись через кордон полицейских, она вбежала в оранжерею и упала без чувств; прямо в лужу крови.

Почти сутки она была в забытьи - то засыпая, то просыпаясь, разговаривала с ним вслух, бранила и плакала, ища его в темноте. "Этого не должно было случиться!" - кричала она орхидеям, хотя понимала: к этому все и шло. Курт слишком устал от жизни. Его раздражали вездесущие журналисты и толпы фанатов под окнами, выматывали беспрерывные гастроли, он страдал от бронхита и жутких болей в желудке, от тягостного пристрастия к героину. Когда-то Кобейн даже любил свои депрессии - только в этом мрачном состоянии он мог писать музыку, которая принесла ему всемирную славу. Игра на гитаре давала облегчение: однажды он спел новую песню "Я ненавижу себя и хочу умереть" и после этого некоторое время жил счастливой и размеренной жизнью - гулял с дочерью, покупал жене цветы, а по вечерам варил любимый луковый суп. Но вскоре эту фразу стали повторять тинэйджеры по обе стороны Атлантики: когда бросает любимая девушка, шпыняют родители, лучший друг оказывается предателем, а собственная внешность вызывает отвращение, рецепт от Кобейна приходится как раз к месту. Курт прочитал в газетах, что под его музыку юная фанатка перерезала себе вены, а затем увидел, как подростки колются героином прямо на концертах - и собственная жизнь лишилась всякого смысла.

Кортни любила этого сумрачного, вечно небритого и непричесанного парня так, как, наверное, не любила никого в своей жизни. Их бурный роман начался с драки. Кортни пришла на концерт "Нирваны", и он ей совершенно не понравился; в баре она столкнулась с Куртом и напрямую заявила, что он пишет дерьмовые песни. Курт был пьян, концерт выжал из него все соки, а тут еще симпатичная девушка с первой же минуты говорит, что его песни - сплошное подражательство. Черт побери, что происходит?! Он выдал весь наличный запас ругательств, хлебнул пива из кружки Кортни и заявил, что не намерен выслушивать всякие гадости - его у стойки ждет подружка. Кортни бросила на нее оценивающий взгляд и презрительно хмыкнула: "Она же толстая!" От такой наглости Курт пришел в бешенство и, обругав нахалку последними словами, выдернул из кресла и повалил на пол. Завсегдатаи вытягивали шеи и шушукались: "Эта девчонка поет в группе "Дыра", слышал? А парень только что слез со сцены". Кортни орала на весь бар, и тогда Курт впился в губы обидчицы. "Я хотел, чтобы она заткнулась", - пояснил он позже. А близким друзьям признался: "Вообще-то мне хотелось с ней познакомиться".

А уж как этого хотелось Кортни! Выступление ей не понравилось, зато вокалист просто свел с ума - пронзительные голубые глаза, стильная небритость. Он не вставал в томные позы, не тискал гитару и вообще вел себя так, словно знает в зале каждого: "Привет, ребята, я тут написал пару новых песен..." С появлением "Нирваны" в моду вошел стиль "гранж" - вместо помпезных рокеров в кожаных штанах с блестками на сцену вышли простые парни, сыновья лесорубов в грубых клетчатых рубашках. Они пели о наболевшем: подруга ушла, хочется выпить, мир - дерьмо. Кортни сразу почуяла в Кобейне родственную душу: у него, похоже, тоже жизнь была не сахар, он явно не из маменькиных сынков - небось все детство провел на улице. Тут Курт как раз спел "Мама с папой ушли развлекаться, оставили меня у гребаной бабушки", и Кортни с горечью подумала, что ей-то приходилось похуже - у нее и бабушки никакой не было.

Когда родители уходили повеселиться, они легко могли оставить маленькую Кортни на улице или запереть в ванной. Тем более что в количестве пап девочка уже давно запуталась: мама Линда с трудом уживалась с мужчинами. Первый папа, усатый хиппи по имени Хэнк, дал ей имя Лав ("любовь"), а в четыре года угостил ЛСД - ему хотелось, чтобы дочка "вела себя как цветок" и "танцевала как весна". В доме Линды и Хэнка с утра до вечера не прекращался праздник: одни лица сменялись другими, заходили какие-то музыканты с толпами фанаток, все напивались и устраивали шумное веселье. Маленькой Кортни снились скелеты, привидения, отравленное молоко и прочая гадость.

Когда Кортни исполнилось семь лет, семья переехала в другой город. У девочки опять появился новый папа, уже третий по счету, и две только что родившиеся сестрички. Из-за них Кортни почувствовала себя страшно одинокой - ведь про нее теперь совсем забыли. Она рыдала целыми днями и рисовала страшные картинки, на которых в подробностях изображала, что должно случиться с сестренками, - Кортни желала им скорой смерти, ведь тогда мама будет любить ее одну.

Теперь они жили в коммуне хиппи. Большую хижину из неотесанных досок с земляным полом населял странноватый народ - жильцы много курили и были категорически против разделения полов, так что Кортни запрещалось носить платья и играть в куклы. В школе Кортни называли не иначе как Писающей Девочкой - родителям и в голову не приходило постирать дочке одежду. Одноклассники ее избегали, учителя и вовсе старались не замечать, даже родной матери казалось, что у Кортни внутри сидит маленький злобный зверек: она ненавидела, когда к ней прикасались, и могла ни с того ни с сего взорваться и убежать куда глаза глядят. Или, наоборот, уйти в себя и целый день просидеть в детской.

Кортни вспоминала, как однажды мама решила отдать ее в скаутский отряд. "Дети, давайте для начала порисуем - кто что хочет", - жизнерадостно объявила вожатая, и все бросились рисовать яблочки, цветочки и закаты. Когда дело дошло до Кортни, девочка вдруг выбежала в слезах. Вожатая взглянула на листок бумаги и обомлела: Кортни изобразила груду израненных тел. После этого случая мать решила, что старшая дочь может плохо повлиять на сестер, запретила ей с ними общаться и велела спать в сарае. Кортни регулярно возили на обследование к психиатрам - мама страстно желала сбагрить ее в лечебницу. Но тесты упорно показывали, что у девочки ненормален только коэффициент интеллекта - по стандартной шкале он обозначает гениальность.

Кончилось тем, что родители попросту сбежали от Кортни в Новую Зеландию - разводить овец. А дочь оставили на попечение знакомой медсестры. Но и у той терпения хватило ненадолго: Кортни дралась с ее сыном и делилась с ним своими сокровенными мечтами. А мечтала она о том, чтобы запихнуть всех соседей и учителей (и тебя, засранец) в глиняные кувшины и уморить голодом. Кроме этого, Кортни собиралась разводить на своей ферме красивых женщин и бить их кнутом, чтобы стали еще красивее. Как-то в школе решили поставить "Белоснежку". Она выучила всю роль наизусть, да так, что могла повторить ее спустя много-много лет, но ее назначили. .. Злой Колдуньей.

Приютившая Кортни медсестра наконец не выдержала и отправила ее в Новую Зеландию. Унылое Рождество 1975 года она справила вместе с родителями. Кортни получила в подарок дешевые пастельные мелки и краски, а ее сестры - туфли-лодочки и нарядные платья - все, как в сказке про Золушку. Да к тому же очередной папа предложил десятилетней падчерице выпить вина - так, для развлечения. Алкоголь только дал выход ее ожесточенности: до смерти обиженная Кортни принялась кричать на свою семью, которая, как она теперь поняла, никогда не была ее семьей. В тот момент она чувствовала себя чудовищем. Ей хотелось взмахнуть рукой и превратить их в крыс или тараканов, всех до единого!

Ночью девочка забралась в постель к матери и свернулась клубочком рядом с ней. Но Линда зло вытолкнула дочь из кровати ногами. Кортни похромала к выходу и наутро проснулась вся в грязи в овечьем загоне - она чувствовала себя очень взрослой, на много лет взрослее, чем была еще вчера вечером, и думала только об одном: "Теперь я одна на всем белом свете. Мама меня никогда не полюбит".

Кортни то жила у родственников и знакомых, то скиталась по интернатам, как-то даже угодила в колонию для несовершеннолетних, попавшись на краже майки с изображением модной рок-группы (группа, кстати, называлась "Синдерелла", то есть Золушка). Результаты тестов на интеллект так поразили штатных психиатров, что по их настоянию девочку выпустили условно. Она дралась, била стекла и водилась с уличной шпаной - типичный "трудный подросток", только IQ выше нормы.

Лет в 15 Кортни позвонила бывшая подружка по колонии и прорыдала в трубку, что ей страшно нужна помощь. Кортни ни от кого ничего подобного не слышала: в ней никогда не нуждались. И она бросила все, сбежала из-под очередного домашнего ареста и отправилась спасать подругу. При встрече Женева повисла у нее на шее и сбивчиво рассказала про вечно пьяного отца, который стал к ней приставать. Через два часа подружки уже стояли на хайвее - они решили ехать автостопом через всю страну. Куда - не важно.

Великое Путешествие длилось две недели и закончилось дома у Хэнка, родного отца Кортни, - он случайно наткнулся на девчонок в придорожной забегаловке и предложил пожить у себя в Юджине. После разбитных дальнобойщиков Хэнк казался заботливым ангелом. Но вскоре чадолюбивый "ангел" стал недвусмысленно поглядывать на Женеву. Он проводил с ней массу времени, тратил на нее большую часть своих денег, и Кортни безумно обозлилась за это и на свою лучшую подругу, и на отца. Она опять никому не нужна...

Кочуя из города в город, Кортни случайно попала на концерт местной рок-группы. Кто-то провел ее за кулисы, и Кортни провела два часа как в тумане - она смотрела в зал из-за спин музыкантов и хотела только одного: быть на их месте. Группа была похожа на орущих мутантов, но девушка внезапно поняла, что в этой новой волне может найтись место и для нее, со всеми ее недостатками. Не важно, что она не выглядит фотомоделью, что полновата, что мешки под глазами и плоская грудь, - вокруг выступает куча уродцев похлеще. И успешно выступает!

Путь Кортни Лав в рок-н-ролл лежал через кулисы и рок-тусовку, через постели музыкантов, иногда - охранников. Она копирует перед зеркалом жесты и манеры знакомых певиц, учится броско одеваться у приятелей-трансвеститов, а деньги зарабатывает, выступая в заштатных стриптиз-клубах. Будущая королева хит-парадов красила волосы и губы в иссиня-черный цвет, а глаза подводила угольным карандашом, напоминая Ундину из старых немецких сказок. Зато Кортни впервые почувствовала себя хорошенькой - раньше ей это и в голову прийти не могло.

Из-за своего бесшабашного характера Кортни постоянно влипала в безумные авантюры. Однажды к ней подошел хорошо одетый господин и предложил поработать стриптизершей в Японии. За $ 2500 в неделю. Кортни не раздумывая согласилась и всю дорогу до Токио была в полном восторге от ожидаемых перспектив - пока не увидела, куда попала. Все танцовщицы спали вповалку в одной большой комнате, вокруг горели свечи от москитов, два раза в день хмурый японец выдавал им по небольшой порции рыбы и риса. Кортни чувствовала себя так, словно ее выкинуло на незнакомую планету. Чтобы прийти в себя, каждый вечер она напивалась в стельку. Деньги, правда, платили исправно, но вскоре потребовали дополнительных услуг. Спать с пожилыми японцами Кортни отказалась наотрез и только при помощи американского посольства вернулась домой в родной Портленд живой и здоровой. Выспалась, побрилась наголо, купила гитару и организовала девичью рок-группу.

Три бойкие девицы назвались "Сахарным Вавилоном". У них не было денег, они не умели играть, писали дрянные стихи, а на репетициях пили вино и обсуждали, на что будут тратить свои миллионы, когда покорят мир. Группа не сочинила ни одной стоящей песни и распалась в одночасье. Кортни не долго думая рванула к друзьям в Дублин. Вечеринки, концерты - Кортни веселилась как могла, а параллельно занялась фотографией и даже устроилась фотокором в местную музыкальную газету, перезнакомившись таким образом с массой звезд. Все они обожали отдыхать в Ирландии, ведь это единственное место в Европе, где можно спокойно гулять по улицам - тамошние жители считают несолидным показывать, что узнали знаменитость.

За Дублином последовал Лондон, за Лондоном - Ливерпуль, затем - снова Портленд. Кортни устроилась ди-джеем в местный клуб и даже обзавелась поклонниками. Один плотно сидел на наркотиках, второй плакался на творческий застой, у третьего был такой вид, будто его регулярно лупцуют крупные мускулистые парни. Но каждый раз она влюблялась в них без памяти: ей казалось, что жалеть - это и значит любить. К 18 годам Кортни твердо знала, что она выпутается из любых передряг, и считала, что надо помогать ближним, раз уж они такие слабаки. И однажды, чтобы спасти от серьезных неприятностей очередного ухажера (он проиграл в подпольном казино крупную сумму), рванула зарабатывать стриптизом - на этот раз на Тайвань.

Кортни слонялась по уличным рынкам, питалась исключительно сырой рыбой и свежими фруктами, а по ночам танцевала в клубе, одетая в кукольные платьица с перьями и фальшивыми бриллиантами. Здесь, в отличие от Японии, у нее была собственная комната со всеми азиатскими удобствами - ржавым умывальником и даже телевизором. Все деньги она исправно отсылала своему парню через океан, а когда контракт истек, отправилась танцевать в Китай. В первый же вечер Кортни пригласил за столик какой-то корабельный магнат, который так часто и обильно давал ей чаевые, что Кортни подсчитала: если просидит с ним за столиком еще полчаса, насобирает денег на половину обратного билета до Америки. Выпив водки, магнат совсем расчувствовался и пригласил девушку на Филиппины. Она согласилась и тут же получила $ 10000 наличными - "Пойди, купи себе каких-нибудь тряпок для путешествия".

Через полчаса Кортни стояла в международном аэропорту Гонконга в белом атласном платьице, украшенном звездой из фальшивых алмазов, и держала в руках дорогущую шубу. Она купила билет до Америки, убедив кассиршу, что паспорт у нее украли, и вскоре уже сидела в салоне первого класса с бокалом хорошего вина.

И удача наконец нашла ее. Кортни организовала новую группу - и о "Сахарных куколках", трех злобных брюнетках, написали все музыкальные издания Америки. Пробовалась в кино - и ее игру в фильме "Прямиком в ад" заметили влиятельные кинокритики. Она наслаждалась славой, флиртовала с журналистами и присматривалась к коллегам-музыкантам. И однажды из чистого любопытства пошла на концерт группы "Нирвана"...

После памятного знакомства Кобейн и Лав не виделись почти полтора года. Курт, окруженный малолетними фанатками, сокрушенно говорил своим друзьям: "Я хочу наконец найти девушку, с которой можно было бы провести вместе несколько лет. Я хочу спокойствия и уверенности. Мне надоели эти интрижки и романы, которые длятся месяц или два. Я очень старомодный человек, меня выматывают такие отношения". А Кортни познакомилась с барабанщиком "Нирваны" и неожиданно выяснила, что очень понравилась Кобейну - он говорил о ней направо и налево. Более того - как раз сейчас Курт расстался с очередной подружкой.

Кортни чуть не расцеловала изумленного ударника и бросилась собирать для Курта специальный подарок. Она купила викторианскую шкатулочку в форме сердца и набила ее самой изысканной мелочью, которая только нашлась в доме. Здесь были морские ракушки, малюсенькие сосновые шишки и засохшие чайные розы, поверх всего - любимая фарфоровая куколка и кукольный же чайный сервиз. Кортни сбрызнула шкатулку духами, перевязала шелковой ленточкой, три раза, как ее учили в детстве, прошептала "Стань моим" и отправила по почте Кобейну.

А этот подлец не откликнулся! Можете себе представить?

После этого они несколько раз встречались на сборных концертах, ругались и говорили друг другу гадости - спорили о том, кто быстрее станет звездой и кто больше прославится. "Я стану знаменитым и буду покупать бриллианты своей жене!" - выкрикивал Курт и слышал в ответ: "Да кто за тебя пойдет?" Роман и вправду выходил бурным - их очередная встреча все-таки завершилась в постели у Кортни.

Проснувшись поутру, Кортни вдруг начала рыдать: "Я правда тебе нравлюсь?" И пока Курт спросонок подбирал слова, проговорила сквозь слезы: "Мне кажется, меня больше никто никогда не полюбит". "Ну и меня тоже", - пробормотал Курт. "Да? Ну тогда ладно". Они понимающе посмотрели друг на друга и с тех пор не расставались больше, чем на пару недель. Никогда. До самой его смерти.

К моменту их встречи Курт Кобейн принимал героин вперемешку с сиропом от кашля, его мучили приступы бронхита и желудочной боли, он беспрерывно курил и вид имел весьма бледный. Он был похож на больного ребенка, выглядел изнеженным и хрупким. Кортни, которая к тому времени месяц сидела на жесткой диете, весила на десять килограммов больше. Ее переполняла почти материнская нежность - он был таким слабым, таким несчастным! Таким любимым...

Они поженились через полгода, и в первом совместном интервью Курт Кобейн, самый унылый певец Америки, радостно заявил: "Я так ослеплен любовью, что иногда даже забываю, что у меня есть группа. Я мог бы хоть сейчас бросить музыку ради Кортни". Новоиспеченная жена только счастливо улыбалась - она уже знала, что беременна. Новобрачные проводили дни в мечтах о большом старинном доме, который купят после рождения ребенка. В нем должны быть решетки, заросшие чайными розами, по саду будут разгуливать павлины. И свиньи - Курт очень хотел завести парочку пузатых свиней и по вечерам чесать им спины, как он любил делать в детстве на ферме своего дядюшки.

Дом они действительно купили, пусть и без павлинов, зато с оранжереей. Но через два месяца прорвало старую канализацию и черной грязью залило любимую гитару Курта, а также стопку дисков и записных книжек с песнями. Тогда-то Кортни и узнала, почему о характере Курта ходит такая дурная слава, - на две недели он погрузился в тяжелейшую депрессию, не хотел никого видеть и порывался покончить с собой. Она впервые поняла, что когда-нибудь это действительно случится - его здоровье было слишком слабым, талант - слишком большим и требовательным, а за спиной стоял самый коварный враг - героин.

Молодожены ждали рождения ребенка со страхом: а вдруг даст о себе знать их беспутная жизнь? Они легли в больницу одновременно: Кортни - в родильное отделение, а Курт - в наркологическое. Он решил навсегда покончить с зависимостью и чуть не умер от ужасных ломок, которые ничем нельзя было снять. Иногда Курт приходил к Кортни и плакал от боли, сидя на краешке ее кровати. Когда начались схватки, Кортни скомандовала, чтобы ее довезли на каталке до палаты мужа, сдернула с него одеяло и закричала: "А ну-ка вставай сейчас же! Я не собираюсь делать это одна, без тебя!" Курт притащился за ней в родильное отделение, а Кортни держала его за руку и успокаивала - по дороге он потерял сознание и был очень плох. На следующий день Курт принес в больницу пистолет, решив, что главное в его жизни уже сделано. Кортни отобрала у мужа оружие со словами: "Нет уж, я первая".

Все обошлось. Девочка родилась абсолютно здоровой, ее назвали Фрэнсис, и счастливые родители потратили уйму денег на самые дорогие наряды. Курт даже заказал для дочки специальное кресло под названием "вечная забота", в котором было множество игрушек и самокормящая бутылочка. Они писали для нее песни, снимали Фрэнсис на видео и даже взяли ее на церемонию вручения наград MTV. Их совместные фотографии появились на обложках ведущих музыкальных журналов - счастливая, здоровая семья.

А через месяц Курт вернулся к наркотикам.

Теперь жизнь Кортни превратилась в постоянный бой - бой за свою любовь, к которой она слишком долго шла, чтобы теперь отказаться от нее так просто. Кортни оберегала мужа от любых неприятностей, отбирала у него деньги, чтобы ему не на что было купить героин. Однажды Курт нашел стопку писем от своих фанатов, которую жена положила на его стол. В каждом была просьба отказаться от наркотиков, один десятилетний мальчик написал: "Если вы умрете, как я буду жить дальше?"

Как-то Кортни пригласила всех его друзей из "Нирваны", чтобы те уговорили Курта вернуться к нормальной жизни. Битых пять часов они угрожали, что бросят его, уволят из группы и забудут навсегда, если Кобейн не возьмет себя в руки. Бесполезно: все это время Курт тупо ждал, когда они наконец разойдутся, чтобы принять очередную дозу. Он неделю не ложился спать и расхаживал по дому в охотничьей одежде и с дробовиком, мало понимая, что происходит вокруг. Все деньги уходили на героин и оружие - Курт покупал все новые пистолеты, ружья, и Кортни почти потеряла надежду.

Путем долгих увещеваний ей все-таки удалось уговорить мужа снова лечь в специализированную клинику Лос-Анджелеса. Она полетела с ним и остановилась в отеле, готовая примчаться в больницу по первому зову. Через несколько дней он позвонил и сказал: "Что бы ни случилось, помни, что я тебя люблю". Кортни вскинулась, как от удара, но Курт уже повесил трубку. Через несколько часов он вышел покурить, перелез через больничную стену и улетел в Сиэтл.

Перепуганная Кортни перевернула весь Лос-Анджелес. Она заблокировала его кредитку, чтобы у него не было денег на героин, принялась обзванивать всех знакомых драгдилеров, искала его у друзей, в барах и пабах.

В это время Курт Кобейн вошел в оранжерею собственного дома, чуть помедлил и нажал на курок.

Говорят, перед смертью он пытался дозвониться жене. Но не смог.

После его самоубийства в жизни Кортни Лав случилось много всего - премия "Грэмми", миллионные тиражи пластинок, удачная роль в фильме "Народ против Ларри Флинта". Пытаясь прогнать тяжкие воспоминания, Кортни продала дом, но так и не смогла простить себе, что в тот вечер ее не было у телефона: сними она трубку - Курт остался бы жив.

И еще. С тех пор Кортни Лав ненавидит цветы. Особенно орхидеи...