Сайт: Аргументы И Факты

Статья: Стиляга из Москвы

В ТЕКУЩЕМ году группа «Браво» празднует свое 20-летие. Запланирован юбилейный тур по городам России, а также выпуск альбома, на котором песни легендарного коллектива перепевают разные исполнители — от Земфиры до Ильи Лагутенко. Бессменный лидер и создатель «Браво» Евгений ХАВТАН накануне торжеств дал интервью «АиФ».

— СУЩЕСТВУЕТ ли официальный день рождения группы?

— Точного числа никто не помнит, но в 1984 году, когда рок-музыка была под запретом, состоялся легендарный концерт, когда всех музыкантов «Браво» «повинтили» менты, завели уголовное дело, а меня отчислили из института. Это выступление негласно принято считать точкой отсчета. Вообще, как бы ни складывалась история группы, с Жанной Агузаровой «Браво» прожила лучшие годы — становление и пик популярности. Как правило, после ухода таких ярких личностей группа не поднимается. Но с приходом Валеры Сюткина нам удалось вернуть себе зрителя.

— Насколько ты соответствуешь герою песни про «стилягу из Москвы»? Одно время ты ездил на ретроавтомобиле «Фольксваген-Жук». Есть еще вещи, которыми обладает настоящий стиляга?

— «Жука» у меня давно нет. Как выяснилось на практике, эта машина неудобна для наших дорог. Да и так, как я одевался в 80-е годы, скупая старье на Тишинском рынке, конечно, уже не одеваюсь. Но я по-прежнему пижон. У меня много всякой прикольной одежды, пиджаков 50–60-х годов и самое главное — около ста пар обуви. Например, в остроносых туфлях с английскими флагами или итальянских леопардовых я иногда выступаю (они до сих пор выглядят отлично). Кстати, последние я приобрел за 25 долларов в пыльной лавке израильского старьевщика.

Воришки гитар

— ГИТАР у тебя так же много, как обуви?

— Хоть и нехорошо хвалиться, но в Москве всего четыре-пять коллекционеров гитар, и я один из них. У меня примерно 25 инструментов, все действующие, несмотря на то что произведены до 70-х годов. Часть из них я использую в концертах, часть — в студии при записи. Когда в Москве был легенда рок-н-ролла Чак Берри, я захотел, чтобы на самой ценной для меня гитаре «Грейч» 64-го года он поставил автограф. Но когда я зашел к Берри в гримерку с гитарой, у него начался психоз, и он просто выгнал меня. Позже выяснилось, что в молодости Чак Берри подписал невыгодный для себя контракт, после чего обзавелся комплексом, что все хотят заработать на его имени деньги.

— И сколько же стоит приличная гитара?

— Хорошая гитара может стоить от трех до десяти тысяч долларов. Но она представляет интерес только для знатоков. В отличие от антиквариата гитары очень сложно продать, потому что не существует рынка. У меня два раза воровали инструменты, и оба раза они ко мне возвращались. Первый раз это произошло в 93-м, когда квартиру нашего гитарного техника обокрали — вынесли все инструменты и костюмы. Начальник местного отделения милиции, взяв под личный контроль это дело, устроил рейд по близлежащим районам. Надо сказать, что наш тогдашний конферансье Женя Яковлев носил трусы гигантского размера и демонстрировал их во время концерта под песни 60-х годов, устраивая на сцене невинный стриптиз. И вот когда менты во время рейда забрели в одну из «неблагополучных» квартир, они чуть со смеху не попадали. Какие-то бомжи сидели в наших костюмах, причем один из них бренчал на моей гитаре, надев галстук и огромные трусы нашего конферансье. Вторую гитару у меня стащили в ночном клубе, а при перепродаже инструмент опознали и позвонили мне. В общем, пришлось купить его повторно, но гораздо дешевле, чем он стоит на самом деле.

Рок-н-ролл мертв

— СЕЙЧАС вокруг «Браво» уже нет той истерии, что была много лет назад. Не обидно, что лучшие годы позади?

— Нет. Да и глупо ожидать этого, разменяв второй десяток. Ведь основной шум в зале создают визжащие девицы 15–20 лет. На наших концертах такие есть, но, конечно, их не так много, как в лучшие годы. Благодаря тому, что менялись солисты, каждый раз публика омолаживалась.

— То есть рок-н-ролл по-прежнему жив?

— Рок-н-ролл, который на нас так повлиял когда-то, уже не так актуален, не так сильно «вставляет». Все вокруг сильно изменилось — мы начинали в другой стране, где было стыдно быть богатым. Поэтому и песни писали простые и отчасти наивные. Хотя вижу, как сегодня возвращается потребность в такой музыке. Общечеловеческие ценности вновь становятся актуальными.