[ неудачливый хорист ]

Молодой Вагнер отправился в Париж, чтобы завоевать его. Но Париж устоял. Не обретя ни славы, ни денег, двадцатисемилетний композитор прожился до того, что вынужден был с отчаяния отправиться в маленький бульварный театрик, чтобы предложить себя там в качестве... хориста. Его финансовое положение было столь отчаянным, что выбирать просто не приходилось.
Хористы в театре были нужны, но вот беда: когда Вагнера стали экзаменовать, обнаружилось, что будущий великий композитор совершенно не умеет петь! Впрочем, это было неважно, так как у него все равно не было голоса...

[ а при чем здесь я? ]

Как-то Вагнер пригласил на премьеру своей оперы "Тангейзер" в парижской Гранд Опера композитора Мейербера, приятеля и соперника.
- Ну как вам, маэстро, мое новое произведение? - спросил он, когда занавес упал.
Вместо ответа Мейербер указал на спящего зрителя:
- Смотрите сами.
А когда была поставлена опера Мейербера, он в свою очередь пригласил Вагнера.
- Каковы впечатления? - поинтересовался на этот раз Мейербер.
-Я вижу, что и ваша музыка повергает слушателей в сон! - с торжеством рассмеялся Вагнер, обнаружив в зале безмятежно посапывающего зрителя.
- Где? Ах, этот? - пожал плечами Мейербер. - Ну, этот спит еще с того вечера, когда шел ваш "Тангейзер"...

[ публика всегда права... ]

В 1855 году Вагнера пригласило Лондонское филармоническое общество дать в британской столице несколько концертов. Едва только Вагнер появился в Лондоне, как сразу же подвергся нападкам. В музыкальных кругах прошел слух, что он свысока относится к непререкаемым авторитетам: Моцарту, Керубини, Бетховену и "мучает их в своих концертах", как угодно. Особенно раздражало лондонцев то, что он дирижирует симфониями Бетховена наизусть. Вагнеру дали понять, что это очень неприлично и неуважительно по отношению к Бетховену. И на следующем концерте партитура действительно лежала на пюпитре.
Успех концерта был чрезвычайный. Знатоки музыки окружили Вагнера и наперебой поздравляли:
- Ведь мы вам говорили!... Это совсем другое звучание! Настоящее бетховенское звучание! С каким совершенством вы взяли темп скерцо! Как гениально вели альты!...
С этими словами один из музыкальных знатоков схватил открытую партитуру, и - о ужас!... То был "Севильский цирюльник", да еще в переложении для фортепиано и к тому же стоящий на пюпитре... вверх ногами.

[ познакомились... ]

Как-то, только что познакомившись, Рихард Вагнер и Роберт Шуман провели вместе около часа. После этой встречи Вагнер всем рассказывал:
- Шуман - прекрасный музыкант и замечательный, благороднейший человек, жаль только, что слишком молчаливый...
Шуман же в свою очередь сообщал своим знакомым:
- Наконец-то я познакомился с Вагнером! Он мне очень понравился, одно только плохо: уж слишком он разговорчивый...

[ я вас узнал, маэстро! ]

Когда Вагнер приехал в Лондон, его познакомили с неким лордом Питкином, который всюду объявлял себя большим поклонником вагнеровской музыки. Узнав от композитора, когда состоится его концерт, аристократ вознамерился посетить его.
После концерта Вагнера пригласили на великосветский прием, где лорд Питкин от всей души поздравил его с успехом.
- Честно говоря, сэр, я еще никогда в жизни так не смеялся, - обратился лорд Питкин к композитору. - Поверьте, прошло около получаса, пока я узнал вас в пышном парике, с лицом, выкрашенным в черный цвет! Оказалось, что "меломан" перепутал концертные залы и попал... на выступление негритянского оркестра.

[ урезоньте этого невежду! ]

Двое англичан отправились в дрезденский театр послушать оперу Вагнера. Когда свет погас, какой-то мужчина занял место позади них. Во время действия новоприбывший вел себя более чем странно - все время издавал возгласы:"Ах, как хорошо!... Ах, Боже праведный, - это ужасно!..." При этом он всплескивал руками и топал ногами, причем совсем не в такт музыке. В антракте рассерженные англичане обратились к капельдинеру с просьбой вывести из зала несносного зрителя.
- Боюсь, что это не в моих силах, уважаемые господа, - развел руками капельдинер. - Это очень большой человек.
- Кем бы он ни был, - возмутились привыкшие к демократии англичане, - мы требуем, чтобы этого невежду немедленно урезонили. Он мешает нам слушать гениальную музыку Вагнера!
- В том то и дело, господа, - шепотом пояснил капельдинер, - что за вами как раз и сидит сам господин Вагнер...

[ срочно требуются черные кони!.. ]

Австрийский дипломат фон Ринг рассказывал, что первое представление знаменитой на весь мир оперы Вагнера "Валькирия" в Вене чуть было не отменили. Дело в том, что согласно постановочному замыслу в этой опере на сцене должны были появиться вороные лошади, причем самые настоящие. В придворных конюшнях были дрессированные кони, но все они были серые, а Вагнер категорически требовал вороных.
- Вы хотите опозорить меня! - топал он ногами на директора. - Я не допущу такого издевательства, пусть уж лучше и вовсе моя опера никогда не будет поставлена в Вене, чем ее будут играть с серыми конями!
- Но ведь оперу подготовили, затратили средства...
- Меня это не касается!
И только вмешательство фон Ринга помогл урегулировать этот конфликт... Дипломат подал "дипломатический" совет: выкрасить серых кот ней в черный цвет.
Вагнер с восторгом схватил его руку, пожал и воскликнул:
- Вы спасли мне жизнь!
Коней выкрасили. Спектакль состоялся...

[ орте для земляков ]

Как известно, нет пророка в своем отечестве... Несмотря на мировую славу и известность, Рихарда Вагнера долго не признавали в его родной Германии.
Как-то раз в Вене во время представления оперы Вагнера сидевшего в зале композитора кто-то внезапно похлопал по плечу. Вагнер обернулся и, так как музыка звучала чрезвычайно громко, крикнул:
- Что вы хотите?!
- Господин Вагнер, я вас узнал, - тоже почти прокричал некий господин. - Скажите, а не кажется ли вам, что ваша музыка чересчур громкая?
Вагнер приложил ладони ко рту и рявкнул во весь голос:
- Сударь, это для того, чтобы отсюда меня услышали в Германии!...

[ а знаец, совсем неплохо... ]

Одна стареющая танцовщица, потеряв с возрастом легкость и грацию, но не желающая покидать сцену, решила поменять профессию и заняться пением. Старательно заучив несколько легких арий, она явилась к Вагнеру и попросила прослушать ее.
После того как вокальный репертуар был исчерпан, Вагнер любезно попросил ее продемонстрировать свое умение танца. Его просьба была удовлетворена. В комнате наступило долгое молчание.
Наконец артистка не выдержала:
- Скажите же, маэстро, понравилось ли вам, как я пою?
- Для танцовщицы неплохо.
- О, благодарю вас, месье...
- И, кстати, для певицы вы весьма неплохо танцуете, - с улыбкой закончил Вагнер.

[ соавтору № 2985 - отказать тоже! ]

Однажды некий венский поэт предложил Вагнеру либретто для новой оперы. Через какое-то время поэт получил от композитора ответ следующего содержания: "Ваше либретто хорошее, но не настолько, чтобы я изменил своему принципу - самому писать либретто. Если приедете в Венецию, то увидите свое либретто на полке моей библиотеки за № 2985. Это, надеюсь, последнее из предложенных мне. Цифра, как видите, почтенная".

[ дословный перевод ]

Репетируя в Лондоне с английским оркестром, великий, но вспыльчивый Вагнер был крайне недоволен музыкантами. Трубачи все время ошибались, барабанщик опаздывал, а скрипки совсем не звучали... Маэстро вне себя от ярости потребовал от переводчика, чтобы он сообщил музыкантам следующее:
- Если это стадо идиотов не будет играть как следует, я их всех выкину вон!
Переводчик понимающе кивнул и перевел:
- Джентльмены, маэстро приносит вам свои извинения в связи с тем, что его музыка доставляет вам трудности. Он просит вас сделать все, что в ваших силах, и ни в коем случае не волноваться!..

[ "музыка будущего" ]

Однажды в Париже Вагнер пришел к издателю и сказал:
-Месье, я великий композитор и пишу музыку будущего! Я желаю оказать вам честь и дать разрешение ее напечатать!
- Музыку будущего? - переспросил издатель. - А вы случайно не Вагнер?
- Да, это я, - гордо ответил композитор. Издатель пожал плечами:
- Я не занимаюсь музыкой будущего, месье Вагнер. Обратитесь к моему внуку...

[ вагнер и "чертова дюжина" ]

Вагнер был весьма суеверным человеком. Он до конца своих дней приходил в панический ужас от числа 13. Причиной этого его страха был тот факт, что композитор родился в 1813 году и его имя и фамилия Richard Wagner заключает в себе "чертову дюжину". Сам Вагнер говорил по этому поводу:
- Если бы от рождения меня не преследовала "чертова дюжина", то я уже к тридцати годам покорил бы весь музыкальный мир!..
Боясь провала новой оперы, Вагнер категорически запрещал устраивать премьеры тринадцатого числа...

[ лебедь... не по расписанию ]

Первыи исполнитель партии Лоэнгрина Йозеф Тичачек отпустил шутку, обессмертившую его. Однажды, стоя за кулисами, он готовился к выходу: Лоэнгрин должен был выплывать на сцену в ладье, запряженной лебедем. Но рабочий запустил лебедя раньше, и ладья оказалась на сцене без певца. Тогда Тичачек невозмутимо спросил у рабочего сцены:
- Скажи, любезный, а когда отходит следующий лебедь?
Эта шутка потом кочевала по оперным театрам разных стран, где ставился "Лоэнгрин".

[ вагнер страшнее налогов! ]

Известны случаи, когда подданные борются с королями-тиранами. Но, пожалуй, другого примера всенародной борьбы с музыкальной тиранией история не знает.
Своими дорогостоящими операми Вагнер истощал и без того небогатый бюджет Баварии. Ненависть населения к музыкальному "тирану" была поистине беспредельной: атеист, заведомый революционер, к тому же еще чужеземец-пруссак, он "обложил" население повышенными налогами. Надо же было на что-то ставить его героические произведения!
Враждующие партии: клерикалы и консерваторы, бесчисленные личные враги композитора, профессора консерватории и оперные артисты, обойденные Вагнером, - все объединились в священной борьбе. В конце концов король Людвиг сдался и, чтобы доказать, "что доверие и любовь его возлюбленного народа стоят в его глазах на первом месте", приказал Вагнеру покинуть Баварию, по крайней мере, на время.
- Прощайте, ваше величество, - сказал композитор, покидая нелюбезное государство. - Я знаю, по мне будет тосковать вся страна - у Баварии больше не будет Вагнера, который во всем виноват!

[ для книги рекордов гиннесса ]

Склонный к музыкальной гигантомании, Вагнер написал самую длинную в мире сольную арию. Она звучит в сцене жертвоприношения Брюнгильды в опере "Гибель богов". Время звучания арии 14 минут 46 секунд!
Также Вагнеру принадлежит самая длинная в мире классическая опера - "Нюрнбергские мейстерзингеры". В несокращенном варианте опера длится 5 часов и 15 минут.

[ не того сбросили! ]

В марте 1938 года фашистская Германия оккупировала Австрию. В 1942 году немецкий военный комендант Вены Провел расово-идеологическую чистку вверенного ему города: Венскую оперу украшали бюсты великих композиторов, и, по сведениям коменданта, в их число беззаконно проник бюст еврея - композитора Мендельсона.
В сопровождении нескольких солдат комендант самолично влез на крышу оперы. Они обошли все скульптуры, ища Мендельсона. Сделать это было непросто, так как больших культурных познаний у коменданта не было. Однако он был физиономист и знал арийскую теорию. Отличить еврея от нееврея было для него раз плюнуть.
Комендант нашел композитора с самым крючковатым носом и самым неарийским выражением лица, и по его приказу солдаты обрушили бронзовый бюст этого еврея на тротуар у театра.
Но вскоре, к ужасу коменданта, выяснилось, что он ниспроверг не еврея Мендельсона, а немца Вагнера - любимого композитора Гитлера...
За эту провинность коменданта отправили на русский фронт.