Мне интересно посмотреть на музыку другими глазами

С каждым годом в Зальцбургском фестивале принимает участие все больше артистов из России и бывшего СССР. В этом сезоне здесь выступают дирижеры Валерий Гергиев и Марис Янсонс, певицы Анна Нетребко и Екатерина Губанова, пианисты Аркадий Володось и Константин Щербаков, флейтистка Мария Федотова, скрипачи Гидон Кремер и Максим Венгеров, исполнивший с оркестром Филармония наций концерт Бетховена.

Автор: Илья Овчинников

Сайт: Газета (gzt.ru)

- Максим, в минувшем декабре вы привезли в Москву программу Путешествие скрипки - своеобразный концерт-лекцию. Между тем здесь, в Зальцбурге, во время концертов не только ничего не рассказывают, но даже и не объявляют, что по московским меркам достаточно непривычно. Как вам пришел в голову подобный формат концерта-лекции, и почему сейчас он фактически умер?

- Я считаю, что для всего есть свое время и свое место. Когда я делал проект Путешествие скрипки, то должен был немного рассказать об исполнявшихся произведениях. Действительно, скрипка путешествовала по разным странам - и в Польшу к Венявскому заглядывала, и в Австрию к Крейслеру, и в Италию к Паганини, и к Изаи в Бельгию, поэтому это было очень интересно для публики: что такое скрипка и с чем ее едят. Я думаю, что лекции важны в основном для людей, которые в повседневной жизни не совсем связаны с музыкой и не часто посещают концерты. Им нужно немножко рассказать, о чем ты играешь. Зальцбург - Мекка классической музыки, сюда ездят завсегдатаи, здесь никакие лекции не нужны. Тут такие меломаны ходят в оперу, что каждый из публики может встать и прочитать лекцию. Поэтому все зависит от времени, зала и аудитории. Эталон подобной традиции для меня - Геннадий Рождественский, и возродить ее может только сам артист, который хочет что-то рассказать. Я делаю это не всегда - лишь там, где считаю уместным.

- Где, например, кроме России?

- Речь совсем не только о России - проект Путешествие скрипки я делал по всему миру. Публика, как ни странно, не совсем ознакомлена с основным репертуаром: концерты Брамса, Бетховена - это да, а что касается произведений чисто скрипичных, технических, с ними публика мало знакома, эту замечательную традицию мы потеряли. Со времен Ойстраха, когда он выходил на сцену и играл целое отделение из маленьких бисовых номеров и виртуозных пьес, подобного практически не было.

- Путешествие скрипки было вашим вторым сольным концертом в Москве, и многие были весьма разочарованы, что с вами в этот раз не приехал пианист Фазиль Сай. Есть ли у вас постоянный аккомпаниатор?

- Постоянного аккомпаниатора у меня нет, я работаю одновременно с несколькими пианистами. Один из них Лилия Зильберштейн, с ней я приеду в Москву в мае. Она училась и жила в Москве, победила на конкурсе имени Булони в Италии, сейчас живет в Германии, потрясающий музыкант! Вместе с ней я сыграю сольную программу.

- Вы часто рассказываете о своих грезах: пересечь Америку на мотоцикле, брать уроки танго, сыграть на электроскрипке... Это лишь несбыточные мечты или же что-то большее?

- Ha Harley Davidson через Америку - эта мечта еще не реализована, но надежда есть! Пока, правда, я ее реализовал лишь виртуально. Далее - замечательное сочинение для меня создал русский композитор из Таджикистана Вениамин Юсупов - Viola tango rock concerto. Там я играю на альте, потом перехожу на пятиструнку и в конце танцую танго! В третьей части этого концерта я импровизирую на электрической скрипке, премьеру мы уже сделали.

- А музыка хорошая?

- Потрясающая! Для меня концерт Юсупова - один из величайших примеров того, на что вообще способен альт. Он действительно расширил границы инструмента необычайно - альт может звучать и как скрипка, и как альт, и как виолончель: это уникальный инструмент.

- Я думал об этом же, слушая здесь на днях выступление Ким Кашкашьян: ее альт был похож в первую очередь на виолончель. Насколько серьезны ваши дальнейшие планы в отношении альта?

- У меня нет таких амбиций, чтобы быть альтистом постоянно, время от времени я играю на альте в каких-то проектах... Забавно, что свою первую Grammy я получил именно как альтист, записав концерт Уильяма Уолтона под руководством Мстислава Ростроповича.

- Нет ли у вас намерения сыграть в Москве с каким-либо из столичных оркестров?

- Будет, обязательно будет. Следующий мой приезд - в декабре этого года, я сыграю с Госоркестром концерт Шостаковича. А в мае сыграю сонаты Моцарта, Бетховена, Первую сонату Прокофьева и Альтовую Шостаковича.

- Прошу прощения за уход во внемузыкальную область, однако вы гражданин Израиля, потому спрошу, как вы относитесь к актуальной ныне проблеме размежевания?

- Я гражданин Израиля и гражданин Германии, а Родина моя - в России, в Новосибирске. Я сибиряк исконный и ощущаю себя сибиряком... Учился в Москве три года, с семи лет, и очень люблю этот город. Считаю же я себя гражданином мира, и мне даже трудно сказать, где я чувствую себя дома, так что имеет ли смысл спрашивать мое мнение как израильтянина? Я дома в Израиле, на берегу озера Кинерет, я дома во Франции, в Монако, в Швейцарии. Плюс я преподаю в Лондоне и пять лет - в Саарбрюккене, у меня и в том и в другом месте почетная профессура, поэтому сказать, где я дома и где нет, очень трудно...

- С чего началось ваше преподавание и что вам оно дает?

- В первую очередь то, что ты можешь посмотреть на музыку другими глазами: когда ты должен объяснить своему студенту, о чем эта музыка, и сам задаешься этим вопросом, ты начинаешь по-другому мыслить - как психолог, а не как исполнитель. И это потрясающий процесс: занимаясь преподаванием, я часто вижу, что проблема не в музыке, а в мышлении ученика, в том, как он себя ведет, чем он занимается целый день и о чем думает. И ты уже отходишь от музыки и пытаешься понять его эмоции... Но музыка позволяет нам научиться познать себя, и это самое драгоценное.

- Помимо преподавания вы занимаетесь дирижированием и собираетесь записать скрипичные концерты Моцарта как дирижирующий солист...

- Ну, это не дирижирование в полном смысле слова, хотя я серьезно занимался дирижированием два с половиной года в качестве лабораторного опыта, что ли. Мне было очень интересно посмотреть на музыку по-другому - я любознательный человек. Играя с дирижером, я всегда задавался вопросом: а как же это выглядит с другой стороны, какими глазами он на меня смотрит, как он чувствует оркестр? И занятия дирижированием невероятно много дали мне как человеку, как музыканту. То же самое могу сказать о своих занятиях музыкой барокко. Кстати, я собираюсь записать Баха на барочном инструменте.

- О своем увлечении аутентичной манерой исполнения вы упоминали и на последнем московском концерте, сыграв с Алексеем Любимовым одну из сонат Баха. Между тем об аутентизме сейчас говорят очень много, что бы вы рассказали человеку, несведущему в данной области?

- Понимаете, когда мы берем... пусть даже сочинение Шостаковича, написанное сорок лет назад, его нельзя играть с таким ощущением, с каким мы сейчас живем, это просто будет уже не Шостакович. Сейчас другая жизнь, другие ценности, другие понятия, другой эмоциональный поток. Во времена Шостаковича все было немного иначе. Потому я пытаюсь перенести и себя, и весь зал туда, словно на машине времени. Это тем труднее, чем дальше мы отходим от конкретной эпохи: во времена Баха был другой язык, другая манера исполнения. И это публике очень интересно, поэтому, когда я беру аутентичный инструмент, это способствует эффекту машины времени, хотя я не говорю, что надо играть только так. Бах всегда будет актуален - и через два века, и даже если играть его на электрической скрипке, но не об этом речь! Если мы хотим воспроизвести первоисточник, то буквально это сделать нельзя, но попытаться можно.

- Bскоре после программы Путешествие скрипки вы приехали в Москву получить премию имени Дмитрия Шостаковича, однако вместо предписанного регламентом сольного концерта сыграли лишь Концертную симфонию Моцарта вместе с Юрием Башметом...

- Это было время моего, так сказать, декретного отпуска. В этом году у меня только сорок концертов вместо положенных восьмидесяти-девяноста, а меня пригласил Юра Башмет, и это такая честь, что я не мог отказаться. Он сказал: ну ладно, ты не делаешь концерт, тогда давай сыграем Концертную симфонию. Но я возмещу музыкальный убыток и обязательно приеду и в декабре, и в мае.

Дневник мотоциклиста

В 1986 году Максим Венгеров, Вадим Репин и Евгений Кисин играли на открытии Конкурса имени Чайковского; после их выступления было предложено закрыть конкурс и дать три первые премии. Предложение не было принято, что ни одному из троих не помешало сделать блестящую карьеру. Уроженец Новосибирска, ученик легендарных педагогов Галины Турчаниновой и Захара Брона, Максим Венгеров сегодня - один из самых востребованных и высокооплачиваемых скрипачей мира. В январе прошлого года Венгеров дал первый сольный концерт в Москве и с тех пор регулярно выступает на родине. Главной удачей своей артистической жизни Максим считает работу с Мстиславом Ростроповичем: в 2004 году их совместная запись концертов Бриттена и Уолтона была удостоена награды Грэмми. Скрипичный концерт Бетховена, исполненный этим же звездным тандемом, осенью выпускает фирма EMI, эксклюзивным артистом которой является Максим Венгеров. В этом году он дает втрое меньше концертов, чем обычно, однако его голубая мечта пересечь Америку на мотоцикле все еще остается несбывшейся.