Придет время, когда Россия станет цивилизованным, нормальным Западом

Поскольку вы были диссидентствующим бардом, то писали под псевдонимом Ю. Михайлов. Мало кто знал, кто такой Ю. Михайлов, пишущий так здорово. Когда вам \"разрешили\" печататься под собственным именем? - 17 лет назад, в самом начале перестройки. Булат Шалвович Окуджава написал тогда статью обо мне, первую за всю мою жизнь, называлась она \"Запоздалый комплимент\".

Автор: Владимир Нузов

Сайт: Вестник

Барда представляют обычно тем, что называют несколько его популярных песен. Мне кажется, в данном случае делать это не надо, потому что имя Юлия Кима стоит в ряду с самыми-самыми: Окуджава, Визбор, Высоцкий, Галич, Городницкий...

- Юлий Черсанович, начнем с идущего в Москве "хита" сезона - мюзикла "Нотр Дам де Пари". Стихи, точнее, перевод с французского, к нему написали вы. Несколько слов об этом спектакле.

- "Нотр Дам" состоит из 51 зонга, соответственно, в нем 51 текст. Из этого числа мне принадлежат 47. Вообще-то я написал 51 текст, но по просьбе французов, авторов музыки и текста, на 4 из них был устроен конкурс, в котором победили другие авторы, в том числе 17-летняя россиянка. Один из этих зонгов, главный, гремит сейчас по всей Москве.

- Вы правы. Песни прекрасные, но при таком повсеместном исполнении скоро могут быть заиграны. А что, французская сторона владеет русским языком, забраковав 4 ваших перевода?

- У них есть масса консультантов, переводчиков, которые, как мне рассказывали, передали недовольство своих боссов тем, что мои переводы далеко, якобы, ушли, от оригинала. В этом смысле французы меня крепко держали за руки, и мне кажется, что некоторые мои тексты в первоначальной редакции были все же лучше.

- Вы впервые участвуете в такого рода проектах?

- У меня была работа с гораздо более мягкими условиями. Речь о "Трехгрошовой опере" Бертольда Брехта. В 1986 году главный режиссер театра Маяковского Андрей Гончаров заказал мне вольные переводы великих зонгов Брехта. Их там 20. Я брал только тему Брехта и писал свой текст на музыку Вайля.

- Поскольку вы были диссидентствующим бардом, то писали под псевдонимом Ю. Михайлов. Мало кто знал, кто такой Ю. Михайлов, пишущий так здорово. Когда вам "разрешили" печататься под собственным именем?

- 17 лет назад, в самом начале перестройки. Булат Шалвович Окуджава написал тогда статью обо мне, первую за всю мою жизнь, называлась она "Запоздалый комплимент".

- В Израиле вас хорошо принимали?

- Конечно, еще и потому, что я имею, наряду с российским, израильское гражданство, доставшееся мне, так сказать, от моей умершей первой жены Ирины, внучки Ионы Эммануиловича Якира, расстрелянного Сталиным вместе с Тухачевским и другими полководцами в июне 1937 года.

- Вашего отца постигла, кажется, та же участь?

- И маму тоже. Точнее, после расстрела отца ее отправили в лагеря, потом в ссылку, где она провела много лет. Я увидел ее, когда мне было 10 лет. Ощущение отнятых отцов - войной ли, НКВД, свойственно для всех шестидесятников. Какое-то поколение называли потерянным, а наше поколение можно назвать обманутым. Но не только обманутым, но и воспрянувшим от этого обмана, преодолевшим его. Речь идет опять же о 56-м годе, о хрущевской оттепели и о дальнейшем развитии инакомыслия. У всего нашего поколения отобраны были старшие: отцы, дядья, тетки. Полстраны сидело, полстраны боялось. Поэтому психология страха была всеобщей.

- Как вы считаете, Юлий Черсанович, такое может повториться в России?

- Думаю, что нет. Такого рода самогеноцид, особенно после Камбоджи, просто невозможен. Большевизм был для России чудовищным уроком. Я не рискну то же самое утверждать об атомной бомбе, потому что ядерное оружие, к сожалению, может расползтись по земному шару, а что касается тоталитарного устройства, которое было в нашей стране при Сталине, повториться оно не может.

- Недавно мне пришлось беседовать с одним из бывших российских премьеров. Он считает, что Сталин много хорошего сделал для России, приводит слова Черчилля о том, что тот принял Россию с сохой, а оставил ее с атомным оружием. Ваш комментарий.

- Это полная неправда! Россия в 1913 году экономически стояла очень высоко, Черчилль этого не знал, а бывший премьер обязан знать. А что касается успехов России при большевиках, то их можно было достигнуть с гораздо меньшими жертвами и с несравненно более высоким качеством. Есть два способа индустриализации: восточный и западный. Западный - путем вечной конкуренции, внедрения новых технологий и тому подобное. И есть восточный, большевистский способ: путем траты половины собственного населения. В результате мы по всем технологическим показателям, исключая вооружение, отстаем от цивилизованного мира. Это вечное продолжение рабской истории: мы нищие, но зато мы на Луне!

Что касается Отечественной войны, то, во-первых, мы благодаря Сталину и были в нее втянуты, во-вторых, можно было ее выиграть с гораздо меньшими потерями. Гитлер все равно был обречен, потому что с мировой коалицией он бы не справился. Конечно, благодаря чудовищным усилиям Советского Союза Гитлер получил самый страшный удар,

- Вы окончили МГПИ имени Ленина. С Юрием Визбором учились?

- Нет, он был уже на последнем курсе, когда я только поступил. Он ходил на все наши мероприятия, был душой компании. Вот тогда, в институте, мне и захотелось попробовать себя в песне, но делал я это неосновательно, просто чтобы не отстать от других, потому что этим в институте занимались почти все. Я попробовал себя, но не сделал из этого серьезного занятия своей жизни, однако потом все повернулось так, что оно стало главным.

- Вы по распределению поехали учительствовать на Камчатку...

- Вот там-то я и начал писать всерьез и надолго. Как только вернулся с Камчатки в Москву, стал получать серьезные предложения от кино и театра. Тексты песен были написаны к фильмам "Бумбараш", "Про Красную Шапочку", к версии Марка Захарова фильма "Двенадцать стульев", где Андрей Миронов поет "Белеет мой парус такой одинокий..." и песню о Рио де Жанейро. C композитором Геннадием Гладковым мы работали в двух фильмах Марка Захарова: "Обыкновенное чудо" и "Дом, который построил Свифт". Из "Чуда" стала популярной песня в исполнении того же Андрея Миронова "Бабочка крылышками бяк-бяк-бяк-бяк..."

- Займемся арифметикой, Юлий Черсанович. Сколько всего вы написали песен? Сколько из них увековечено на СД и кассетах?

- Написал я приблизительно 600-700 песен, из них записано штук 200-300.

- Ваше творчество позволяет вам нормально существовать?

- Да, поскольку слушатели есть, и они за последние годы распространились по всему земному шару. Время от время я езжу по России, ну, и бываю с концертами в Америке, в Израиле, даже в Париже есть немало наших соотечественников.

- Русские есть везде, даже, наверное, в Антарктиде?

- В процентном отношении их там больше всего.

- Что вы можете сказать о современном театре?

- Театральное дело - первое, расцветшее в постсоветский период. Даже в самые нищие годы, в 91-93 г.г., оно не затухало, а продолжало расцветать. Объясняется это просто: свободой. Я надеюсь, что, как и театр, возродятся наши толстые журналы: "Новый мир", "Октябрь", "Знамя" и другие. Они есть, но тиражи их малы. Наш народ, как и всякий народ, охочь до зрелищ, до музыкальных - особенно, поэтому если сейчас в Москве идет 3-4 мюзикла, то скоро их будет в десять раз больше. Кстати, уже 12 лет в театре имени Моссовета идет рок-опера "Иисус Христос - суперзвезда". Так вот, фанаты "Иисуса" создали свой клуб.

- Я понял, Юлий Черсанович, что вы с оптимизмом смотрите в будущее России, если только бандиты ее не задавят?

- Если они задавят ее, то задавят и самих себя. Нынешнюю Россию я называю "дикий, но Запад". Значит, придет время, когда она станет цивилизованным, нормальным Западом.

- Вчера было 11 сентября, печальный день в истории не только Америки, но и всего человечества. Что вы думаете об этой дате?

- Эта трагедия символизировала начало глобального противостояния Севера и Юга, а раньше мы следили за противостоянием Запада и Востока. Это противостояние - один из мрачных, драматических эпизодов на общем пути объединения человечества. Оно проходит сейчас во многих местах: Панкисском ущелье, Ираке, Израиле. И чем быстрее народы разрешат эти и более глобальные конфликты, тем скорее мы, весь мир, действительно объединимся, станем сплошной "шенгенской зоной".