Биография

Она является автором 17 книг, не считая множества философских, искусствоведческих и политических статей и эссе. Ее первый роман "Благодетель" вышел в 1963 году. Книги Зонтаг переведены на 32 языка. Ее рассказ "Как мы живем сейчас" (1987) вошел в сборник "Лучшие американские рассказы столетия", составленный Джоном Апдайком.

Сайт: Биография.ру

Сьюзен Зонтаг (Susan Sontag) родилась 16 января 1933 года в Нью-Йорке. Училась литературе и философии в Беркли и Чикаго, Гарварде, Оксфорде и Париже. Дебютировала Зонтаг в 1963 году романом "Благодетель", за которым последовал нашумевший том эссеистики "Против интерпретации" (Against interpretation,1966).

Мимо критического внимания Сьюзен Зонтаг не прошло в авангардной культуре 60 – 70-х, кажется, ничего. Ее героями был весь цвет той поры: Теннесси Уильямс и Джеймс Болдуин, Артур Миллер и Лерой Джонс, сценические эксперименты Ежи Гротовского и Питера Брука, "новый роман" и "театр абсурда", кэмп, хеппенинги, поп-арт и его эмблема – Энди Уорхолл, конкретная музыка Джона Кейджа, циклопические "упаковки" Христо и миниатюрные ларчики Джозефа Корнелла.

Она, по хлестким заголовкам французских газет середины 60-х, "апостол авангарда", а по самоощущению - "посредница между Европой и Соединенными Штатами" (не зря ее интересуют в первую очередь фигуры французской и немецкой культуры) открывала для читателей "Нью-Йоркера" и "Партизан ревью" эссеистику Вальтера Беньямина и Эмиля Чорана, драмы Ионеско и Жене, прозу Канетти и мемуары Павезе, кино Бергмана и Брессона, Годара и Рене, Лени Риффеншталь и Ханса Юргена Зиберберга, вводила в американский культурный обиход такие фигуры, как Георг Лукач и Клод Леви-Стросс, Жорж Батай и его коллега, блестящий писатель-сюрреалист, специалист по африканским мифам Мишель Лейрис, реформатор театра Антонен Арто и христианская социалистка, вечная еретичка Симона Вайль.

Список персон и культурных явлений, ставших после "прикосновения" к ним Зонтаг "современной классикой" или, точнее, "классикой современности", занял бы не одну страницу. Можно сказать, что Зонтаг сама формулировала ту самую "современность" ("modernity"), в которой мы живем или жили, отодвигая ее в прошлое, говоря: "XX-ый век", - или, - "культура XX-го века". Сьюзан Зонтаг и ее единомышленники собирали эту "культуру" из "неговорящих" фрагментов: культура для Зонтаг живет краями, крайностями – "порнограф" Батай, "фашистка" Риффеншталь, "пошлый" кэмп. Тексты Зонтаг тоже становились "классическими": "Порнографическое воображение" из книги "Образцы безоглядной воли" (Styles of radical will, 1969), "Магический фашизм" из книги "Под знаком Сатурна" (Under the sign of Saturn, 1980) и "Заметки о кэмпе" из книги "Против интерпретации" (Against interpretation,1966), в которую входит и представленное вам эссе "Хепенинги: искусство безоглядных сопоставлений".

Интерес к таким жанрам, как акции или хепенинг, к предметам, словно бы выхваченным из любого готового, заранее заданного - бытом ли, музеем ли - контекста. "Новый образ чувств" в современной культуре, по Зонтаг, с самого начала видит в искусстве не "обсуждение" либо "критику", а "расширение жизни", противодействие "эмоциональной анестезии". Зонтаг занимают образцы неписьменного и внекнижного, часто даже несловесного творчества, объединенные для нее двумя важнейшими, по-своему полярными, началами: действием, впервые и как бы однократно происходящим у нас на глазах «здесь и сейчас», а нередко вовлекающим и нас в свой сценический круг, и личностью (непротокольным, внебиографическим, но и не психологическим, а уж скорее драматическим «я»), «персоной», которая обращается к воображаемым собеседникам, к реальной публике напрямую, подчас даже с явной агрессией, соединяя при этом любые, чаще всего перехлестывающие через всяческие рамки, маргинальные формы высказывания в непредсказуемом и «невозможном» — опять-таки, тут и теперь.

"Может быть, некоторым эпохам, - пишет она в эссе о Симоне Вайль, - нужна не истина, а более глубокое чувство реальности, расширение области воображаемого. Я, со своей стороны, уверена, что здравый взгляд на мир - взгляд истинный. Но всегда ли человек ищет именно этого, истины?.. Да, истина это равновесие, но противоположность истины - метания - это вовсе не обязательно ложь... Иное (хотя далеко не каждое) отклонение от истины, иное (хотя далеко не каждое) помешательство, иной (хотя далеко не каждый) отказ от жизни несут в себе истину, возвращают здравомыслие и приумножают жизнь".