ДУМАЮ, ЯПОНЦЫ НЕ ОТЛИЧАЮТ МЕНЯ ОТ ОСКАРА УАЙЛЬДА

Быть актером очень весело и обычно гораздо прибыльнее, но я бы смог в случае чего прожить и без этого. А писательский труд, в отличие от актерского, - это что-то, что ты можешь делать самостоятельно. Что бы со мной ни случилось, я всегда буду писать.

Автор: Николай АЛЕКСАНДРОВ

Сайт: Известия

Роман знаменитого английского актера, писателя и журналиста Стивена Фрая "Лжец" недавно вышел в России. Для англичан Фрай - национальное достояние и единственный писатель, которого не ругают даже критики. У нас он больше известен по ролям Дживса в сериале "Дживс и Вустер", Оскара Уайльда в фильме "Уайльд" и инспектора из "Госфорд-парка".Сейчас Стивен Фрай работает над новой книгой и готовится к съемкам сериала о Шерлоке Холмсе. СТИВЕН ФРАЙ дал эксклюзивное интервью корреспондентам "Известий" НИКОЛАЮ АЛЕКСАНДРОВУ И НАТАЛЬЕ КОЧЕТКОВОЙ.

- Вы актер и писатель. Чему больше отдаете предпочтение?

- Быть актером очень весело и обычно гораздо прибыльнее, но я бы смог в случае чего прожить и без этого. А писательский труд, в отличие от актерского, - это что-то, что ты можешь делать самостоятельно. Что бы со мной ни случилось, я всегда буду писать.

- Какая из сыгранных ролей кажется вам наиболее важной?

- Оскар Уайльд был очень важен для меня, потому что я так долго восхищался этим человеком и тем, что он сделал. Кроме того, это заглавная роль, поэтому мне некуда было деться. Когда ты играешь второстепенную роль, то у тебя больше возможности расслабиться, ведь фильм построен не на тебе. Играть Уайльда было ужасно рискованно, но это стало для меня прекрасным шансом.

- Вы знаете, что русский перевод романа Питера Акройда "Завещание Оскара Уайльда" вышел с вашим портретом на обложке (кадр из фильма "Уайльд")? Похоже, вы стали воплощением Уайльда в России. А в других странах что-нибудь подобное происходило?

- Впервые слышу. Это очень трогательно, я не уверен, что Акройд знает об этом. Я с ним хорошо знаком. Знаю, что мой портрет на обложке некоторых собраний Уайльда в Японии, но я не думаю, что они отличают меня от Уайльда!

- Ходят слухи, что вы собираетесь вместе с Хью Лори (партнером по "Дживсу и Вустеру") сниматься в телеверсии "Шерлока Холмса". Это правда?

- Мы с Хью действительно собираемся снять сериал про Холмса. Но у Хью сейчас проект на телевидении в Америке, а я пишу сценарий, поэтому это будет еще не сейчас. С другой стороны, вскоре я собираюсь сняться в нескольких фильмах и телепрограммах.

- Хью Лори тоже пишет. Вы его в этом поддерживаете?

- Я не уверен, что он нуждается в моей поддержке. Его книга The Gun Seller действительно очень забавна. Просто он очень медленно пишет - все же у него трое детей, и его издатели сходят с ума в ожидании следующей книги.

- В России вышел роман "Лжец", в котором вы разрушаете представление о традиционной английской частной школе. Это удар по английскому образованию или по британским устоям?

- Ну, думаю, что вы можете и так это назвать. Конечно, это и сатирический взгляд на воспитание и на традиционную систему частного образования. А ведь именно эти школы снабжают нас большей частью наших "лидеров" и влиятельных людей.

- Ваши романы невольно напоминают российскому искушенному читателю произведения Набокова. Что вы думаете о Набокове?

- Мне очень приятно думать, что мои книги напоминают вам о Набокове, писателе, которым я просто восхищаюсь. На мой взгляд, он один из величайших писателей ХХ века. Как и для большинства британских читателей, для меня Достоевский, Чехов, Пушкин - основные кумиры. Ну еще, конечно, Толстой. На мой взгляд, юмор Чехова и Пушкина делает их выше остальных. Великие писатели, такие, как Шекспир и Джойс, способны представить комедию так же, как трагедию или драму.

- Роман "Теннисные мячики небес" повторяет сюжет "Графа Монте-Кристо", а в "Лжеце" главный герой Адриан заставляет всех поверить в то, что его сочинение - неизвестный роман Диккенса. Да и другие ваши романы - "Гиппопотам" и "Making History" - тоже построены на цитатах. Что для вас значит эта игра?

- Всю свою жизнь я был ненасытным читателем, поэтому мне сложно что-либо воспринимать без оглядки на тысячи книг, которые уже написаны. Мне кажется, что такое соединение интересно. Оригинальных сюжетов очень мало: любовь, жертвенность, поиск. Но то, как мы сегодня их компонуем, удивительно похоже на то, как это делалось раньше. Несмотря на новые литературные приемы и большую свободу выражения духовной жизни. Как и Набоков, я получаю удовольствие от литературной игры - аллюзий, параллелей и так далее.

- Имя Адриан - нечто вроде анаграммы "Дориан"? Еще один намек на Оскара Уайльда?

- Это действительно легкий намек. Я подумал, что Дориан было бы слишком очевидно и перегрузило бы идею. Но имя Адриан имеет схожие значение и размер. Как вы проницательны! В книге есть сцена, в которой Адриан играет с анаграммами своего имени.

- Мнение других людей для вас имеет какое-нибудь значение? Оценки критиков или номинация на литературные премии?

- Я делаю вид, что нет, но, конечно, это огромное удовольствие, когда тебя понимают, и огромное разочарование, когда тебя раскритиковывают. Обычно мне очень везло. В конце концов единственное, на что стоит обращать внимание, - это письма читателей. Знать, что ты можешь сделать кому-то приятное - правда, очень хорошее чувство.

- Вы сделали аудиоверсию книг Джоан Роулинг о Гарри Поттере. Это что - дань Уайльду-сказочнику?

- Ну, это начиналось как обычная актерская работа. Я изредка делаю "говорящие книжки", или, как они называются, аудиокниги, и меня спросили, не хочу ли я сделать одну такую детскую книжку, которая называется "Гарри Поттер и Философский камень". Я раньше о ней никогда не слышал. Это первая из написанных Роулинг. Я сделал, а потом она написала еще одну, потом еще и вдруг стала самой известной писательницей на планете. И я читал эти истории, которые продавались лучше, чем любые другие аудиокниги за всю их историю. Это никак не связано с Уайльдом, правда.

- А что вы вообще можете сказать о книгах про Гарри Поттера? Дело в том, что России эти книги вызывают противоречивые чувства: кто-то сходит по ним с ума, а другие их терпеть не могут.

- Я думаю, что человеческие отношения часто связаны с феноменом успеха этих книг больше, чем с реальной их ценностью. Если бы кто-то прочел эти книги, не зная об их популярности, он не стал бы их ненавидеть, ведь они веселые и жизнерадостные. Но когда вы читаете с мыслью, что это самые успешные книги нашего времени и на них зарабатывают миллиарды фунтов, тогда становится понятна такая реакция. Я думаю, что это прекрасные истории, хорошо рассказанные. Конечно, это не Диккенс и не Флобер, но Роулинг и не претендовала ими быть.

- Можете сказать, о чем будет ваша следующая книга?

- Если бы я знал! Я пишу сценарий о начале ХХ века: юрист незадолго до Первой мировой войны становится опекуном своего племянника, а тот ненавидит его и все, что с ним связано. Может быть, получится роман, а не сценарий.

- Три ваших романа уже переведены на русский. В России интерес к вашим актерским и писательским работам быстро растет. Учитывая это, не собираетесь приехать в Россию?

- Я лелею мысль о поездке в Россию и ужасно себя чувствую, что до сих пор этого не сделал. Я пообещал Валерию Гергиеву, великому дирижеру, с которым я немного знаком, посетить Санкт-Петербург. Надеюсь, я не слишком буду откладывать поездку. Постараюсь по крайней мере посмотреть этот город и Москву. Но это такая большая страна!