«Папа» отдыхает в Простоквашино

ДЛЯ меня это была полная неожиданность: приехали ребята с фирмы и спросили, как я отношусь к идее Чебурашка — талисман. Я сказал, что идея хорошая, давно пора Чебурашку привлекать к работе.

Автор: Татьяна РОДИОНОВА

Сайт: Аргументы И Факты

Почетная миссия стать талисманом российской сборной, как известно, поручили всенародному любимцу — Чебурашке. Эту смешную игрушку будут вручать болельщикам, гостям, членам делегации, и, конечно, по талисману достанется и самим спортсменам. Как отнесся «папа» героя — писатель Эдуард УСПЕНСКИЙ — к славе, свалившейся на Чебурашку?

— ДЛЯ меня это была полная неожиданность: приехали ребята с фирмы и спросили, как я отношусь к идее Чебурашка — талисман. Я сказал, что идея хорошая, давно пора Чебурашку привлекать к работе. Они просили, чтобы это было не на коммерческой основе с моей стороны. Я согласился. Так что Чебурашка поедет в мир. Будем надеяться, что он действительно принесет удачу нашим олимпийцам.

— Сами увлекаетесь спортом?

— В детстве занимался в боксерской секции, а в эту зиму ездил на Чегет кататься на горных лыжах.

— Пример президента вдохновил?

— Я и в теннис немного играю, но не в связи с Ельциным.

— Вы не фанат спорта, но болеть за наших будете? Какой вид больше всего привлекает?

— Легкая атлетика, особенно бег на длинные дистанции, там действительно борьба. На коротких все слишком быстро происходит. Бокс смотреть грустно.

— Вы много времени проводите в загородном доме. Переделкино и есть Простоквашино? Вы больше городской или дачный житель?

— Первую половину дня работаю за городом, треть дня провожу в Москве: дела, встречи. Когда я в городе — меня тянет в деревню, в хорошую погоду зимнюю или летнюю могу сутками работать, но когда начинаются дожди, холод — спешу в столицу.

— Москву любите?

— Я и Ленинград люблю. Маленькие старинные русские города люблю, такие как Плес, Юрьев, где сохранились большая главная площадь, купеческие лавки, дом городничего. В свое время я их объездил сам за рулем по Владимирской, Ярославской областям… Я помню Москву послевоенную, вот она мне очень дорога. В Москве-реке можно было ловить рыбу, на лодке плавать. Чтобы попасть в зоопарк, а жили мы на Кутузовском проспекте, я переплывал реку. Одежду привяжешь на голове и плывешь. После войны оставались недостроенные дома, котлованы, там в болотцах лягушки завелись, рыбы какие-то. Были свободные улицы, проспекты, по которым с бешеной скоростью проносились черные «ЗИЛы». Мы лазили по сталинским новостройкам. Сейчас безумно жалко, когда целые кварталы старой Москвы исчезают. Но и очень радует, когда улица, отданная банкам, фирмам, приобретает прежний вид, какой была до революции, с той же окраской, с той же лепниной. А ночная Москва! Как западный город стала, даже нельзя было представить, что такое может быть, Москва всегда была темной. И дороги Лужков сделал хорошие.

— Почему в вашу «Гавань» больше не заходят корабли? Интересная была телепрограмма.

— У нее был очень высокий рейтинг. Но сейчас ее на эфир не берут. В чем причина?.. Когда-то в молодости я придумал на радио детскую программу «Радионяня» и думал, вся редакция будет мне благодарна. Но меня возненавидели, потому что я поднял планку разговора с детьми, а они недотягивали.

— Может быть, стоит предложить другие ТВ-проекты?

— Сказали бы, что нужна детская программа, с ходу бы предложил пять проектов. Не зовут. Телевидение — удивительная вещь: детские программы не нужны, потому что в них нельзя ставить рекламу. Я сделал программу «Советы профессора Чайникова», год она продержалась на НТВ. Профессор Чайников рассказывал детям всякие нужные вещи, например, как сварить кашу. Такой очень полезный профессор бытовых наук.

— Может быть, пришло время магов и волшебников? Вам нравится «Гарри Поттер»?

— В книге есть все человеческие постулаты: уважение к родителям, учителям, к знаниям, друг к другу — все они направлены на психически здорового человека. Хорошая книга. Но последние книжки мне кажутся менее интересными, может быть, исчезла новизна. Слишком много чудес, когда злые силы воскресают снова и снова, авторское присутствие уже раздражает.

— У вас есть новые литературные задумки?

— Пишу. У меня есть любимая книжка «Жаб Жабыч Сковородкин». Повесть об огромной лягушке, наделенной сознанием. Уже вышло две книжки, сейчас делаю третью, она называется «Жаб Жабыч метит в президенты». Описываю город, в котором есть институт генетики, в нем происходит много чудес. Например, когда снимали энцефалограмму, сознание главного научного сотрудника института перешло Жаб Жабычу и он стал осознавать себя гражданином. Однажды он оказался около здания Госдумы. Ему объяснили, что эти многочисленные люди — представители разных регионов, у них кабинеты, помощники, машины. Чтобы попасть туда, нужно образование. Оказалось, у половины оно есть. Тогда Жаб Жабыч решает, что будет «в другой половине», и подбивает детей, чтобы они выдвинули его кандидатуру. Дети понимают, что на президента он не тянет, а мэром города они его сделают. И начинается борьба между мэром, который жулик, и Жаб Жабычем. Очень забавно, я сам смеюсь.

— Это уже не детская, это уже политическая литература. Вы интересуетесь политикой?

— Пока был жив Юра Щекочихин (он жил по соседству, и мы дружили), он много рассказывал мне и много знал. Когда его убили, то интерес пропал. Когда убивают таких замечательных людей, это уже не политика, а какая-то грязная яма.