ПРЕДАТЕЛЬ ИЛИ ПАТРИОТ?

Ностальгии не существует. Ее придумали коммунисты, чтобы отвадить народ от эмиграции. Если и есть какая-то \"ностальгия\", то по юности.

Автор: Евгений Данилов

Сайт: Независимая Газета

Поэт, писатель и издатель Владимир Семенович Батшев родился в 1947 году. Один из организаторов и руководителей литературной группы СМОГ ("Самое молодое общество гениев"). За участие в СМОГе в апреле 1966 года был отправлен в ссылку в село Большой Улуй Красноярского края, где работал на лесоповале. В 70-80-е гг. был вынужден публиковаться в России под псевдонимом. В 1989-1991 гг. - представитель издательства "Посев" в России. В 1992-1994-м - первый зам. главного редактора ежедекадника "Литературные новости". В 1993-м организовал собственное издательство "Мосты", в котором за два года вышло 25 книг современных российских и русских зарубежных писателей. В январе 1995 г. эмигрировал, ныне живет во Франкфурте-на-Майне. С 1998-го издает единственный в Европе ежемесячный журнал "Литературный европеец" (на сегодняшний день вышло 82 выпуска), а с 2004-го - и ежеквартальный "толстый" журнал "Мосты" (вышло четыре номера). Вышедшая в издательстве "Мосты" четвертая книга эпопеи Батшева "Власов", как и книги Виктора Суворова или фильм Николая Досталя "Штрафбат" (автор сценария Эдуард Володарский), пересматривает устоявшиеся взгляды на многие события недавней российской истории, живописуя генерала Андрея Власова с иных позиций, чем в недавние времена. Разговор и был посвящен этой теме.

- Ваш отъезд из России для многих был довольно неожиданным. С чем этот отъезд, более похожий на бегство, был связан?

- У меня не было никакого бегства. Я готовился открыто и ни от кого не скрывал. Все знали о моем предстоящем отъезде. Это только Анатолий Курчаткин ахнул в прямом эфире Радио "Свобода" во время нашей беседы, когда узнал об этом. Дело в том, что я не видел для себя перспектив литературной работы в России. Моя миссия была выполнена. Все, что я хотел сделать в России, - я сделал.

- Как вам удалось в Германии заняться издательской деятельностью?

- Что я буду продолжать издавать книги и журналы, я не сомневался. Но первые годы жизни в Германии я был связан договорами с московским издательством "ЭКСМО", для которого написал шесть боевиков. Одновременно я много занимался журналистикой - знакомство с новым миром, в котором ты теперь не гость, а постоянный житель, заставляло писать для газет.

Весной 1998 года группа живущих в Германии литераторов создала свою организацию - Союз русских писателей в Германии. Сейчас он объединяет около 70 человек. С самого начала был отказ от "громких имен". Да и что они такое в эмиграции, если человек не живет с тобой на подобном тебе положении - ты его не видишь, он вне твоего восприятия. Но это к слову. С апреля 1998-го стал выходить журнал "Литературный европеец", в котором сотрудничали те, кто был мне знаком по прежней московской жизни. Но появились и новые авторы. Принцип издания журнала - артель. Все авторы - его подписчики. То есть пай - подписка, членский взнос в Союз писателей. Это дало возможность издать несколько первых номеров. Потом появились и другие подписчики. Сегодня "Литературный европеец" выписывают большинство интеллигентных эмигрантов, живущих в Германии. Не забывайте о контингенте населения - этнические немцы и евреи, - это в основном казахстанские крестьяне и жители украинских местечек. Процент интеллигенции - не очень высокий.

- Вы давно занимались сбором материалов по истории власовского движения, биографии генерала Власова. Как родилась идея книги "Власов", закончена ли она или будет продолжение?

- Вы правы, я занимался Власовым почти 15 лет. Материалы же к ней собирал с 1965 года, после того как Владимир Буковский рассказал мне о советских убийцах и поджигателях, переодетых в форму СС (через много лет я обнаружил этот факт в архиве). В исследовании я хотел более выпукло дать факты, события, людей. Примером для меня был "Архипелаг ГУЛАГ" Солженицына, и я шел по намеченной им дороге. Не зря в моей книге так много ссылок на Александра Исаевича.

- Работали ли вы в архивах, опрашивали бывших ветеранов власовского движения?

- Да, я работал и в немецких архивах, и в архиве НТС (которым я заведовал целых три года), во многих частных архивах. В книге приводятся свидетельства более 300 человек, так или иначе связанных с Освободительным движением народов России.

- Есть ли возможность издать эту книгу в России?

- С 2000 года я обращался ко многим издателям. Около 20 из них под разными предлогами отказали мне. "Власов" не подошел тем, кто вершит издательскую политику в России. Тема советско-германской войны - последнее, что осталось у нынешнего российского идеологического аппарата из советских мифов, и развенчание этих идеологем - серьезный удар по советской мифологии. И тут я не первый. На 10 лет раньше по ним ударил своим "Ледоколом" (простите за каламбур) Виктор Суворов. Пока что издатели боятся или предлагают мне издавать книгу на свои деньги. Но зачем мне это делать в России, если за свои деньги я уже издал ее в Германии?

- Власов - одна из трагических фигур современной эпохи. Талантливый полководец, спаситель Москвы, он фактически был "подставлен" Жуковым, который бросил его армию на гибель в трудный час. Расскажите, как это происходило.

- Об этом - в первом томе моего "опыта литературного исследования". Я не первый, кто хочет восстановить доброе имя Андрея Андреевича Власова и миллионов погибших в борьбе с коммунизмом. На Западе существует очень большая литература на эту тему. Проблема "предатель или патриот" здесь давно решена в пользу Власова. Я не говорю об огромной мемуарной литературе участников ОДНР (Освободительного движения народов России), большинство которой я если не собрал, то основательно изучил. Недаром эпиграфом к первому тому стоят слова Джефферсона "Неудачные борцы против тирании были главными мучениками законов против измены во всех странах".

- Нет ли идеи экранизировать книгу о Власове? Мне кажется, мог бы получиться интересный фильм. Или это сейчас нереально?

- Идея есть, но как и где, если даже документальный фильм о Власове несколько лет шел к экрану российского ТВ (снят в 1998-м, показан в 2002-м)?

- По поводу вашей книги в газете "Московский комсомолец" появилась разгромная рецензия. Вас обвиняли в симпатиях к Власову, обозвали "литературным Власовым" и человеком, ничего не смыслящим в российской истории. При этом угрожали судебной тяжбой. Как вы отреагировали на эти обвинения?

- Это была не рецензия, а какая-то странная подтасовка из лжи, домыслов и безграмотности, в типично совдеповском стиле (но ей дал достойный ответ Сергей Дебрер - он так и назвал статью "Времена шулеров"), учитывая, что книгу ни автор статейки, ни те, кто стояли за ней, не читали. Реагировать на подобное - нет смысла и желания.

Что касается "литературного Власова"… Что ж, значит, я второй человек, которого назвали "литературным Власовым", первым был Александр Исаевич Солженицын. Кстати, все четыре тома книги находятся в его фонде и в издательстве "Русский путь". Вообще же отклик не один, их очень много. Я собираю письма людей, которые пишут о том, как у них на многое открылись глаза после прочтения. Ведь в книге нет ни капли домысла - только факты, только свидетельства - и все со ссылками на источники.

- Какова вообще реакция наших и зарубежных историков на вашу книгу, если она вообще была?

- Реакция хорошая. Грех жаловаться. Во всех русских газетах от Аргентины и США до Германии и Франции появились похвальные рецензии. Я рад, что незадолго до своей смерти успел откликнуться на первый том книги крупнейший немецкий специалист по русской литературе, сам бывший военнопленный в советском лагере профессор Вольфганг Казак. В России была уклончивая, но в целом положительная рецензия в "Литературной России". Я знаю, что в Москве сейчас в разных издательствах и у частных лиц имеется около 30-40 экземпляров книги.

Вообще судьба книги по эмигрантским масштабам - счастливая. За 3 года первый том разошелся полностью, и издательство выпускает сейчас первый и второй тома дополнительным тиражом. Реакция же зарубежных историков такова, что у меня есть предложения от некоторых из них написать предисловие к немецкому и американскому изданиям. Думаю, если бы книга им не нравилась, таких предложений не было бы.

- Печатаете ли вы книги писателей-эмигрантов или писателей, живущих в России, и есть ли спрос на эту литературу в Германии?

- В журнале "Мосты" мы публикуем авторов из России начиная с первого номера. Но мы стараемся публиковать тех, кого мало или неохотно публикуют в России или не публикуют вообще.

Спрос на эту литературу есть. У нас был свой стенд на последней книжной выставке-ярмарке во Франкфурте. Кроме четырех томов "Власова" большим успехом пользовалась книга Сергея Миллера (он историк, живет под Кобленцем) "Русские писатели в Германии". Он рассказывает о жизни в Германии в XIX веке Достоевского, Толстого, Жуковского, Гоголя. Тургенева, Гончарова. Рассказывает увлекательно и для русских, и для немцев. Могу сказать, что за несколько месяцев мы продали больше половины тиража его книги. Притом покупателями были в основном немецкие слависты.

А другая новинка нашего издательства тоже пользуется спросом, и ее мы почти полностью реализовали на книжном рынке, и не только в Германии. Это сборник автобиографий современных русских зарубежных писателей. В книге 50 авторов из разных стран - США, Франции, Чехии, Дании. От очень известных Юрия Дружникова и Бориса Хазанова до мало кому за пределами Германии известных поэтов, которые только начинают свой путь в литературе. Сборник не мог вобрать в себя всех русских литераторов, живущих в диаспоре. Поэтому сейчас составляется второй том, а может, будет и третий.

- В Германии жили многие известные деятели российской культуры: Лев Копелев, Софья Губайдуллина, Альфред Шнитке и др. С кем-то из представителей российской эмиграции дружите?

- Губайдуллина живет, кажется, и до сих пор в Германии. Кстати, один из моих друзей - близкий ей в прошлом человек, известный французский писатель Николай Боков. Мы с Боковым знаем друг друга с 1964 года, то есть - 40 лет.

Как у редактора журналов у меня около 200 авторов только в Германии. С ними у меня хорошие отношения. Дружу я во Франкфурте с бывшим редактором журнала "Посев" Ярославом Александровичем Трушновичем и его женой Еленой Георгиевной, в Дуисбурге живет мой друг, бывший мосфильмовский кинооператор Эдуард Гинзбург, в Гармише-Партенкирхене - Людмила и Эрнст Зорины, Фридрих Незнанский.

- В Россию приехать не планируете?

- Не планирую. Я не знаю, зачем это делать. И что мне там делать? Мои родители и большинство моих друзей умерли. Увидеть знакомых? Но кто хочет меня увидеть - сам может приехать в Германию. Я, например, с радостью увидел на прошлогодней книжной ярмарке своего старинного друга, еще по СМОГу, - известного переводчика социолога Бориса Дубина, там же встретил Анатолия Курчаткина, который сначала меня даже не узнал.

- И ностальгия по России не мучает?

- Нет. Ностальгии не существует. Ее придумали коммунисты, чтобы отвадить народ от эмиграции. Если и есть какая-то "ностальгия", то по юности.