Всемирно известный клоун из хутора Хоботок

В цирке он известный клоун и дрессировщик. В петербургских литературных журналах выступает как автор стихов и рассказов. Для радиослушателей он бард, а для историков города на Неве Владимир ДЕРЯБКИН — «просто сумасшедший» коллекционер, создавший единственный в России музей граммофонов.

Автор: Виктор Борзенко

Сайт: Аргументы И Факты

…Со своим медвежьим театром Владимир объездил полмира, а как клоун много выступал с Олегом Поповым. Правда, сегодня об этом он вспоминает нечасто, потому что вновь поглощён работой. В хуторе Хоботок Каменского района он строит башню и подворье в честь знаменитого казачьего поэта Николая Туроверова…

«Я и по Москве в таком виде хожу…»

Богом забытый хутор на берегу Северского Донца, где остались с десяток жителей и полсотни пустующих домов. Но с недавних пор хутор знаменит на всю округу. На вопрос, как проехать в Хоботок, на Каменском вокзале нам тут же ответили:

— Вам туда, где клоун живёт?

По пути таксист рассказал, что лет десять назад Владимир Дерябкин купил там пустующий участок земли, замесил глину и построил в казачьем стиле летний домик. А потом на месте этого дома стал возводить башню. Строительство шло не один год, поскольку Владимир приезжает в Хоботок только на лето. В остальное время он живёт и работает в Петербурге.

…Машина выехала на берег реки. И мне показалось, что я попал в музей. Забор «владения» в казачьем стиле был сложен из камней, на пнях расставлены глиняные горшки, а на летнем столике дымился старинный самовар. Внезапно в башне растворилась дверь, и на пороге — Владимир в широкой рубахе, стилизованной под казачий наряд.

— Не удивляйтесь, я в таком виде и в Москве хожу, и в Питере, и за границей, — первое, что сказал он. — Потому что горжусь своим происхождением.

Казачьи корни Владимира Дерябкина проявились и в интерьере построенной башни. Кровать, стилизованная под телегу, граммофон, керосиновая лампа, вместо стола сундук, белёные стены и старинные фотографии в рамках. Весь этот «арсенал» Дерябкин собрал на чердаках у местных жителей. Он взял в руки гитару, нацепил на нос пенсне. И, сидя на телеге-кровати, пустился в воспоминания…

Как Дерябкин взялся за ум

У Владимира с детства непростой характер. Он с трудом окончил 5 классов, его не раз выгоняли из школы за плохое поведение:

— А мне всего-навсего было тесно за партой. Сначала я сорвал урок, когда в 14 лет по водосточной трубе влез на крышу школы, — говорит он. — Был жуткий скандал, меня перевели в другую школу. Но и там я принёс в класс порох, чтобы сделать небольшой взрыв во время контрольной. А когда учитель назвал меня дураком, я бросился на вокзал и в тамбуре вагона уехал из Каменска в Ростов… Сейчас скажу странную вещь. Я ехал в Ростов, чтобы увидеть лифт, а увидел на вокзале граммофон в руках одного из пассажиров. Даже не успел рассмотреть эту диковинку, как меня схватила милиция и повезла в детприёмник.

В 16 лет со справкой об окончании 5 классов Владимир уехал в Ленинград, к старшему брату:

— Мама, певица местного хора, буквально выталкивала меня из Каменска, — говорит Владимир. — Она надеялась, что хотя бы в Ленинграде я возьмусь за ум.

И он действительно взялся. Но это произошло намного позже, когда Володя, скитаясь из одной цирковой труппы в другую, ещё не знал, что его призвание — клоунада. Он работал, не щадя себя, и добился успеха, когда его номера похвалил Олег Попов и пригласил работать вместе.

Но на этом Дерябкин не остановился. Он завёл 10 медведей. И создал первый в России Медвежий театр миниатюр.

— Я путешествовал с медведями в Японии, а когда вернулся, оказалось, что клоунскую труппу Олега Попова приглашают на гастроли в Югославию. Я тоже хотел поехать. Но Олег Константинович меня не взял.»Де-ря-ба, чем темнее небо, тем ярче звезда», — то ли в шутку, то ли всерьёз сказал он.

«Гвоздь программы -Олег Попов, а не Дерябкин»

— И всё же я сделал ужасную ошибку, — продолжает Дерябкин. — Югославы, узнав, что я вернулся, пригласили и меня. Я влетел в гримёрную Попова и сказал, что мы едем вместе. Вероятно, эта новость его не слишком обрадовала. Кто я такой, чтобы командовать?! Ведь гвоздь программы — Олег Попов, а не я. Словом, в Югославии, придравшись за кулисами к моему не очень удачному розыгрышу, Попов прекратил со мной работу. А я зашёл в цирковой вагончик, сорвал афишу Олега Константиновича и на обратной стороне написал стихи: «Натаскаю дров, затоплю я печь, соберу всё зло, чтоб в печи той сжечь. Раскалилась печь, и горит в ней зло, приложил ладонь — не идёт тепло…»

Позже мы помирились, но к тому времени Олег Попов уже покинул Россию. А я покончил с клоунадой и, как видите, не жалею, — говорит он, глядя на простор Северского Донца. — Я построил башню в память Туроверова, а долгими вечерами при свете керосиновой лампы подчас задумываюсь: ну, и зачем? Кто в глухом хуторе это оценит? И сам же отвечаю себе: пролетающая птица и вольный ветер оценят. А больше никого и не надо.

Дата публикации: 29.08.2007