Сайт: Аргументы И Факты

Статья: Виктория Токарева: «Ходить «налево» можно, только осторожно»

Гормон страстей

— Почему же часто бывает, что в семье один из супругов однажды заводит роман на стороне и даже желает уйти из семьи?

— Этому есть медицинское объяснение. Когда человек влюбляется, у него начинают вырабатываться особые гормоны. Они летят дождем, и влюбленному кажется, что он парит над землей. Но через пару лет дождь прекращается. Ведь любовь в природе для того, чтобы люди зачали дитя, не более. Но медицина развивается, и, может, кто-то придумает гормон, который, если его принимать, не позволит любви иссякнуть?

— Получается, неизбежно, что любовь уходит? На чем же держатся семьи, в которых не разводятся?

— На том, что приходит, когда засыпает гормон страстей: духовное взаимопонимание, ответственность за детей, верность…

— Боюсь, что с верностью вы погорячились…

— Ну да, это редкость. Но все же есть люди с врожденным чувством верности, передающимся от родителей, правда, их меньше, чем тех, у кого его нет.

— Простите, мы говорим о физической верности?

— Мы говорим не о том, что нельзя «сходить налево» в течение жизни. Мы говорим о непредательстве. Потому что верность — это когда человек не решается уйти из семьи.

— А то, что у него будут какие-то романы, постели, это не предательство?

— В меньшей степени. Это что-то вроде разрешения себе «погулять». А вот уйдет он к кому-то или нет, зависит от второй половины. В молодости одна пожилая женщина в Доме литераторов сказала мне: «Берегите семью. И если ваш муж захочет уйти, не отпускайте. Потом он будет вам благодарен». Я запомнила эти слова. И еще мама рассказывала, что однажды мой отец решил покинуть ее. Сказал об этом, надел пальто и вышел из дома. А она побежала следом, в халате и тапочках. Две трамвайные остановки шла за ним и так орала, умоляя вернуться, что ему стало стыдно за нее. И чтоб не слышать этих воплей, он развернулся и пошел домой. Но больше никуда не уходил.

Скрестить жену с любовницей

— В вашей жизни было что-то похожее на случай с отцом?

— Никогда. Мой муж рос в очень прочной семье, поэтому унаследовал то, что называют «чувством семьи». Правда, мне кажется, институт брака когда-нибудь изменится, потому что он… несовершенный. Ко мне часто приходят молодые мужчины: издатели, журналисты и т. д. И, как правило, они все в жутких страданиях от того, что у них есть и семья, и любовь на стороне. Но они не знают, как это совместить. Я считаю, что именно в этой части будут какие-то совершенствования отношений.

— Чтобы «совместилось»?!

— Конечно. В мусульманских странах, например, у мужчин столько женщин, сколько они могут содержать. А в нашей стране для женщины это всегда было катастрофой и оскорблением. У меня однажды был один смешной случай в Узбекистане. После выступления за сценой председатель колхоза, подавая мне норковую шубу, сказал: «Пойдем ко мне в гарем». А мне тогда было 40 лет. Я говорю: «Зачем тебе старая женщина?» Он: «Женщина, которая приносит в дом доход, ценится так же, как молодая».

— Вы не раз открыто говорили в разных интервью, что у вас были романы на стороне. Как муж к этому относился?

— А у него тоже были романы! Наверное… Мне об этом никто не докладывал. Я очень рада, что мы сохранили семью. Ведь слова той женщины из Дома литераторов о том, что мужчина будет благодарен, если его не отпустить, относятся и к женщине. Она тоже будет благодарна мужу, если он в критической для нее ситуации сохранит семью. Потому что, как ни странно, любовь имеет способность, как облако на небе, расползаться. Вот облако было похоже на ослика, и вдруг — раз! — растянулось и стало похоже на крокодила. А потом его голова оторвалась и — ничего…

Мужчина и его трусы

— А как же случаи, когда, напротив, создание второй, третьей, десятой семьи оказывается самым настоящим счастьем?

— Все бывает! Один брак или десять — это кому как удобно. Вариантов столько же, сколько телефонных номеров, которые базируются на девяти цифрах: от 0 до 9, но из них получается столько комбинаций! У меня муж один, но это не значит, что так же должно быть у кого-то еще. Если бы я не была писателем, может, и не стала бы сохранять семью. Потому что, как сказано в одном из моих рассказов, на страстях живут одни бездельники. Занятому человеку некогда что-то менять в своей жизни. Но если ты хочешь поставить себе цель: «поиск идеального счастья», то вся твоя энергия должна быть направлена только лишь на это. Невозможно одной рукой делать два дела сразу.

— Но вы сами однажды сказали, что «ваша тема» — это тоска по идеалу, то есть его поиск. Цитирую: «Чтобы мужчина гладил трусы, при этом зарабатывал деньги и был талантлив».

— Я, видно, скаламбурила, потому что это не идеал. Мужчина не должен сам гладить трусы, если он занят настоящим делом! Он пойдет деньги зарабатывать, а гладить трусы будет тот, кому он заплатит. А насчет идеала… Вы можете выстраивать любые словесные комбинации, все равно судьба выведет вас на того, кто вам положен. Бывает, в браке и то не так, и это, а он состоялся. Потому что это ваша судьба. Всего не предугадаешь, жить по схемам скучно. Вот как получается, так и получается.

— А почему в ваших книгах у героев личная жизнь часто не клеится. По-вашему, любовь — это страдание?

— Мои книги — не есть моя жизнь. Если в них героини весьма несчастны, то в моей жизни я очень буржуазна. Не сиротка и не страдалица. А пишу так, потому что описанное благополучие неинтересно. Что такое устоявшийся человек? Он — как болото. Мне интересны люди, в которых что-то бурлит, гремит по камням, как в горной реке. В таких водах обычно водится хорошая рыба.

— Но, например, Голливуд, как правило, снимает фильмы по хеппи-эндовым сценариям…

— Он делает счастливые концы, но на пути к нему много чего происходит.

— У вас же счастливых концов почти нет.

— А сейчас будут! Это моя сегодняшняя позиция. Мне кажется, Бог придумал человека для счастья, а уже люди портят все сами.