Франко Дзеффирелли: «Не стоит отпирать «темные комнаты»

ДЗЕФФИРЕЛЛИ — один из «последних могикан» европейского кинематографа. Его фильмы «Ромео и Джульетта», «Иисус из Назарета», «Бесконечная любовь» и пр. всегда пользовались успехом и у простых зрителей, и у искушенной фестивальной публики.

Автор: Юлия Шигарева

Сайт: Аргументы И Факты

МАЭСТРО — еще и талантливейший театральный режиссер: он поставил чуть ли не всю мировую классику («Норма», «Тоска», «Травиата» — еще с Марией Каллас в главной роли, «Аида»). Несмотря на весьма солидный возраст (ему исполнилось 80 лет), Дзеффирелли по-прежнему много работает — программу прошлогоднего Московского международного кинофестиваля закрывал его новый фильм «Каллас навсегда», а в середине декабря он приехал в Москву, чтобы на сцене Большого театра поставить оперу «Травиата».

— Господин Дзеффирелли, вы работали в величайших театрах мира, а значит, имеете возможность сравнивать. Скажите, на каком уровне сейчас находится Большой театр?

— Нет-нет, Большой по-прежнему входит в пятерку величайших театров мира — «Ла Скала», «Метрополитен-опера», «Ковент-Гарден», Венская опера и ваш театр.

Однако… Я думаю, что, когда ваша страна изменится социально и политически, Большой обязательно нужно будет привести в порядок, как это сделали «Ковент-Гарден» или «Ла Скала».

Естественно, подобное решение дается непросто — «Ковент-Гарден» пришлось закрыть на восемь лет, но зато сегодня это один из лучших театров Европы.

— В самом начале вашей кинокарьеры вы сыграли роль в фильме «Преступление и наказание» у великого Висконти. Скажите, Достоевского действительно так почитают на Западе или это — один из мифов, созданных советской пропагандой?

— Для нас произведения Достоевского входят в десятку книг русских писателей, обязательных для прочтения, — «Война и мир», «Анна Каренина» Толстого и «Братья Карамазовы», «Преступление и наказание». Хотя наиболее известный и читаемый на Западе русский автор — это Чехов. Популярность Чехова вас тоже удивляет?

— Нет, Чехов у меня вопросов не вызывает. Но Достоевский с его довольно мрачной прозой, с его самокопаниями — «Тварь я дрожащая или право имею» — как-то не укладывается в западный, позитивный, образ мыслей.

— Да-да, Достоевский очень депрессивный! Но внутри его произведений чувствуется Россия. Через вашу литературу и в особенности через Достоевского постигается душа русского человека — небогатого, униженного, иногда оскорбленного (позволю себе перефразировать один из его романов), но с богатейшим внутренним миром.

К тому же в его романах, сколь ни были бы они мрачны, всегда присутствует надежда. Что лишний раз доказывает, что в душе русского человека и боль, и надежда сплетены в тугой узел. Вспомните хотя бы «Войну и мир» — это же рассказ о величайшей трагедии, о войне, но при этом все пронизано верой в счастливое завтра. Единственное произведение, в котором нет и намека на будущее счастье, — это «Анна Каренина».

— Ваши фильмы, при невероятном накале страстей и глубине переживаемых трагедий, остаются очень светлыми, целомудренными. Но на сегодняшних кинофестивалях тон задают совершенно другие ленты — «Пианистка» Михаэля Ханеке, «Остров» Ким Ки Дука. Все человеческие комплексы, извращения и прочие «скелеты» режиссеры вытащили под свет софитов. Чем можно объяснить такой интерес к темным сторонам человеческой психики?

— Потому что у западной демократии сегодня есть все — деньги, благополучие, стабильная жизнь, которую можно предсказать по дням чуть ли не на десятилетия вперед. Западное общество пресыщено, поэтому ему хочется пощекотать себе нервы, испытать что-нибудь шокирующее, депрессивное. Вот оно и снимает, и охотно смотрит такие фильмы.

Материальное благополучие — это, конечно, прекрасно. Но европейская демократия в погоне за сытостью потеряла самое главное — духовное. Увы, западное общество этого пока не понимает и, возможно, поэтому так увлеченно играет в подобные игры.

Поэтому я очень надеюсь и верю в Россию. Когда ваша страна станет стабильной, то, возможно, она будет тем посланцем, который принесет Западу то, чего он лишился. Ведь России на протяжении тех семидесяти лет, пока она была закрыта от мира, удалось сохранить эту богатую духовную жизнь.

— Среди ваших работ есть фильм «Чай с Муссолини» — о зарождении фашизма в Италии. Сейчас и в Европе, и в России все чаще слышны опасения, что национал-социалисты вновь поднимают голову. Может ли мир снова скатиться в «коричневую чуму»?

— Это, повторюсь, происходит от того, что на Западе уже не знают, что делать со свободой, да и не знали никогда, как правильно ее использовать. Свобода, по большому счету, не принесла людям радости — лишь разочарование. Вот и кидает из одной крайности в другую.

Для России же 70-летняя изоляция пошла на пользу. Здесь со свободой, я надеюсь, будут обращаться бережнее. Возможно, вы сможете научить Запад ценить этот подарок — свободу, и история станет развиваться по-другому. Для нас этот момент просветления, боюсь, уже потерян.