МЕНЯ НАЗЫВАЮТ ДЖОРДЖ ЗВЕЗДНЫЕ ВОЙНЫ ЛУКАС

После того как на меня свалился успех первого фильма \"Звездные войны\", я выработал привычку: когда мой фильм выходит в прокат, я \"прячусь\" на берегу океана и таким образом пропускаю весь ажиотаж - наркотик успеха и стресс критики. Через пару недель я возвращаюсь в свет, но в это время обычно все стихает. Так что я спокойно анализирую итоги премьеры, не проходя через связанную с ней шумиху и суету. Я думаю, что для здоровья это полезнее

Автор: Галя Галкина

Сайт: Известия

15 Мая в Канне состоялась мировая премьера третьего и последнего приквела космической эпопеи "Звездные войны" - "Эпизод III: Месть ситхов", который через несколько дней выйдет в прокат в шестидесяти странах. Этот фильм связал оригинальную трилогию "Звездные войны" с двумя первыми частями и рассказал о том, как Анакин Скайуокер стал главным злодеем эпопеи - Дартом Вейдером. Лукасу была вручена почетная награда Каннского фестиваля за творческие заслуги. А накануне Американский институт кино удостоил его награды за выдающийся вклад в развитие киноискусства. С Джорджем Лукасом побеседовала наш специальный корреспондент.

- Теперь, когда вы полностью закончили всю сагу "Звездные войны", вам радостно или грустно?

- Я доволен третьим эпизодом и счастлив, что завершил работу над "Звездными войнами" и не сошел с ума. Я думал, что это будет один фильм. Я думал, что работа над ним продлится год или полтора и я займусь совсем другими фильмами. Но получилось, что однажды возникшая причуда заняла тридцать лет моей жизни. Я знаю, что меня называют Джордж Звездные Войны Лукас. И я не сомневаюсь, что буду носить это имя всю оставшуюся жизнь, несмотря на то, что и как я буду делать в будущем.

- Если бы не награда Каннского фестиваля, то вы, наверное, переждали бы ажиотаж вокруг вашего последнего фильма на берегу океана?

- После того как на меня свалился успех первого фильма "Звездные войны", я выработал привычку: когда мой фильм выходит в прокат, я "прячусь" на берегу океана и таким образом пропускаю весь ажиотаж - наркотик успеха и стресс критики. Через пару недель я возвращаюсь в свет, но в это время обычно все стихает. Так что я спокойно анализирую итоги премьеры, не проходя через связанную с ней шумиху и суету. Я думаю, что для здоровья это полезнее.

- Вы, вероятно, слышали, что люди говорят о вас: "Лукас не любит режиссировать, Лукас не любит находиться на съемочной площадке". Вам действительно легче иметь дело с виртуальными актерами, чем с реальными?

- Нет, это не так. Люди забывают, что на каждого виртуального героя приходится озвучивающий его актер. Фрэнсис Коппола, в свое время, учил меня, как работать с актерами. Другое дело, что Коппола приглашает актеров на домашние обеды, а я другой по натуре. Застенчивый ли я человек? Да. Борюсь ли я со своей застенчивостью, чтобы делать то, что застенчивый человек делать не может? Конечно. Некоторые люди считают, что я похож на Ховарда Хьюза, который годами не вылезал из номера отеля. Но это неправда. Поверьте, я знаю многих режиссеров, которые еще менее коммуникабельны, чем я. Неудобство общения со мной я компенсирую в редакторской кабине, когда свожу концы с концами.

"Незнание языка звуков и имиджей должно быть приравнено к неумению читать и писать"

- Что для вас труднее - писать сценарий или снимать фильм?

- И то, и другое довольно-таки трудно. Написание сценария - это всегда испытание на прочность. Я не считаю себя сценаристом. Я воспринимаю себя как кинематографиста. Поэтому я изначально пытаюсь сообразить, как сделать весь фильм. Речь - не главный элемент фильма. Для меня фильм - это рассказывание истории при помощи движущихся картинок и музыки. И мне нравится это делать: зачастую я трачу по двенадцать часов вместо двух на работу, которой зачарован.

- Вы сказали, что не считаете себя сценаристом. Легко ли найти помощника в этом деле?

- Я пробовал много раз, но каждый раз понимал, что легче самому написать сценарий, чем объяснить кому-то еще, что ты хочешь. Когда я снимал свой первый фильм "THX 1138", Фрэнсис (Форд Коппола - исполнительный продюсер. - "Известия") сказал: "Тебе нужно сесть и написать сценарий". Я ответил: "Я не могу писать. Я ненавижу писать. И я не люблю сценарии". И он сказал: "Тебе придется научиться: ты не станешь режиссером, пока не научишься писать". В то время я считал себя "абстрактным" кинематографистом. Ученик Сергея Эйзенштейна Славко Воркапич преподавал нам в Университете Южной Калифорнии "монтаж фильма как искусство", и я собирался снимать абстрактные фильмы. Но я сделал над собой усилие и написал сценарий. Коппола прочитал его и сказал: "Ты прав, ты - не писатель. Давай сядем и напишем вместе". Во время совместной работы я его окончательно разочаровал, и он сказал: "Мы дадим тебе писателя". Фрэнсис привел автора пьес, который написал замечательный сценарий, но очень далекий от того, по которому я хотел снимать свой фильм. В конце концов я позвал своего друга, образ мыслей которого был мне близок, и мы написали сценарий.

- Реализовали ли вы себя как "абстрактный" кинематографист в "Звездных войнах"?

- В какой-то степени. Люди не зря говорят, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. И ученые это подтверждают: только десять процентов информации воспринимается на слух, а остальные девяносто - визуально. Я соблюдал в своих фильмах "грамматические" правила в графике, музыке, в цвете, которые не менее важны, чем в языке. Но их почему-то игнорируют в школах. Детей не учат, например, тому, как цвет воздействует на эмоции или как воспринимается диагональ. Я считаю, что незнание языка звуков и имиджей должно быть приравнено к неумению читать и писать. Мы вошли в ХХI тысячелетие. Так почему же мы обучаем детей древним способом? Мне хочется сказать людям, которые принимают решения: "Проснитесь!"

"Я извиняюсь, но я должен уйти, чтобы не опоздать на обед со своими детьми"

- Воспитывая троих детей, вы, должно быть, хорошо знаете, чему и как сейчас учат в американских школах. А каковы ваши принципы воспитания?

- Как и мои родители, я не балую своих детей: наше "захолустное" ранчо волей-неволей ограждает их от превращения, как говорится, в "голливудское отродье". Иногда мы бываем с детьми на премьерах, и у нас гостят мои знаменитые друзья. Но дети воспринимают их как моих друзей, а не как знаменитостей. Мой сын, например, не знает, что дядя Стив - это большой режиссер Стивен Спилберг. На кинопробах на роль Анакина Скайуокера, на которых присутствовала моя дочь, она отдала предпочтение Хэйдену Кристенсену, хотя в то время он был никому не известным актером. Теперь его знает весь мир, и она восприняла этот факт совершенно спокойно.

- Как вы совмещаете работу с обязанностями отца-одиночки?

- До того как у меня появились дети, я был трудоголиком. Я был одержим тем, что я делаю. Теперь фильмы - моя вторая обязанность. Трудоголизм и родительство совместить невозможно. Я встаю утром, делаю зарядку, бужу детей, отвожу их в школу и только затем еду на работу к 8.30-9 часам. Я покидаю студию в 6 часов. Если я не сделал что-то сегодня, то я сделаю это завтра. Я независим, и никто меня не уволит с работы за такое к ней отношение. Поверьте, я работал очень тяжело, чтобы иметь возможность сказать: "Я извиняюсь, но я должен уйти, чтобы не опоздать на обед со своими детьми". Выходные я тоже провожу с детьми. Оказалось, что для меня это самое большое счастье в жизни.

- Можно ли считать, что любовь к детям затмила для вас любовь к женщине?

- Я бы хотел опять жениться (Лукас прожил четырнадцать лет в браке с киноредактором Марсией Гриффин, с которой они удочерили Аманду. После развода он стал отцом еще двух приемных детей. - "Известия"), но я этого не сделаю до тех пор, пока не буду уверен в правильности выбора. Я часто мучаюсь от того, что у моих детей нет матери, а их отец слишком знаменит для роли родителя.

- Сколько лет вашим детям?

- Аманде - 23, Кэйт 16 и Джетту - 12, но он уже перерос меня.

- Фрэнсис Коппола сказал, что вы слишком разборчивый. Это правда?

- Женатые люди обычно говорят о своих холостых друзьях: "Если бы он не был так разборчив, то давно бы женился". Но я о себе так не думаю - я просто очень серьезно отношусь к браку.

"К счастью, я построил собственное царство, так что могу больше не волноваться о финансовом успехе и предаться киноэкспериментам"

- Какие у вас планы на ближайшее будущее?

- Я хочу продюсировать фильм об афро-американских пилотах из Таскиги, которые прославились во время Второй мировой войны, и я работаю над этим проектом в течение пятнадцати лет. Когда я учился в киношколе, то мечтал снимать фильмы наподобие "Koyaanisqatsi" (первая часть трилогии Годфри Реджио "Каци", название которой в переводе с языка индейцев хопи означает беспорядочная, суетная жизнь. - "Известия"), то есть, как я уже говорил, абстрактные. Меня всегда интересовала тайна их эмоционального воздействия на зрителя, которая известна только посвященным. Я собираюсь делать что-то подобное, но более драматичное и театральное. Какими они получатся и как будут восприняты, я не знаю. Я только знаю, что они окажутся вне мейнстрима. К счастью, я построил собственное царство, так что могу больше не волноваться о финансовом успехе и предаться киноэкспериментам.

- А как насчет "Индианы Джонса-4".

- Я собирался остановиться на третьем фильме, но затем ко мне пришла потрясающая идея. Я рассказал о ней ребятам (Стивену Спилбергу и Харрисону Форду. - Известия), и они завелись на нее. Действие будет происходить в 1950-х годах. Постаревший, но сохраняющий порох в пороховницах профессор Генри Индиана Джонс снова попадает в историю. Не скажу какую. Фильм выйдет в следующем году.

- Говорят, что в вашем бизнесе произошли принципиальные изменения.

- Раньше все подразделения моего бизнеса - ILM, которая занимается спецэффектами, Skywalker Sound, ответственная за музыкально-звуковое обеспечение фильмов, и производящая видеоигры Lucas Arts - функционировали независимо друг от друга. Теперь они станут единой компанией, и их будет легче контролировать.

- Если кто-то придет к вам и скажет: "Я хочу снять седьмой эпизод "Звездных войн". Что вы ему ответите?

- Никаких новых эпизодов! Я переиздам то, что уже есть, в трехмерном формате. В США трехмерные кинотеатры растут как грибы.