CПАЙК ЛИ: "Я ВОВСЕ НЕ ХОТЕЛ ОБИДЕТЬ РУССКИХ"

В субботу вечером завершился Берлинский кинофестиваль . Один из его лучших фильмов (в том числе и по оценкам мировой прессы) остался без наград - \"25-й час\" самого знаменитого из афроамериканских режиссеров Спайка Ли.

Автор: Юрий ГЛАДИЛЬЩИКОВ

Сайт: Известия

Среди фильмов Спайка Ли, доступных российским киноманам, - "Лихорадка в джунглях", "Поступай правильно", "Малколм X", "Лето Сэма". "25-й час" - его первый фильм с белыми актерами в главных ролях: Эдвардом Нортоном и др. Фильм о наркодилере, который проводит последние сутки на свободе перед тюрьмой, оказывается одновременно фильмом о Нью-Йорке после 11 сентября. В Берлине Спайк ЛИ дал интервью обозревателю "Известий" Юрию ГЛАДИЛЬЩИКОВУ.

- Герой вашего фильма был связан с русской мафией - мы видим на экране этих злодеев. Почему именно русская мафия, ведь в Нью-Йорке полно других?

- Я вовсе не хотел обидеть русских. Но что поделать, если русская мафия, парни с Брайтон-Бич, действительно является сейчас в Нью-Йорке чуть ли не самой знаковой ? Эта мафия контролирует наркоторговлю и проституцию. Таковы факты.

- Я все же читал, что она не входит в двадцатку самых влиятельных мафий, но вам виднее. Перейдем к сути фильма. Я так понял, что судьба героя Эдварда Нортона рифмуется с судьбой Нью-Йорка: и человек и город пережили нечто, после чего, кажется, жить нельзя, но жить надо.

- Если такая мысль прочитывается, это хорошо. Хотя обычно я отвечаю, что это просто фильм о парне, который прощается с друзьями перед тем, как сесть в тюрьму. Надо сказать, что сценарий был написан до 11 сентября. Но после того как случилась трагедия, мне показалось крайне странным снимать фильм о Нью-Йорке и не показать, насколько сильно он теперь изменился. Я заново почувствовал себя ньюйоркцем, хотел ясно отразить нью-йоркский гнев и нью-йоркскую печаль. К своему изумлению, я столкнулся с противодействием боссов со студии "Дисней". Они очень напряглись. В Голливуде вообще такая политика, что лучше не портить настроение зрителям напоминанием о реальных ужасах. Из многих уже готовых фильмов были спешно изъяты кадры с видом башен Всемирного торгового центра, снятые до 11 сентября. Мне это странно: неужели нужно притворяться, будто ничего не произошло? Для меня один из самых важных эпизодов "25-го часа" - это когда двое друзей главного героя обсуждают предстоящую встречу с ним и смотрят в окно. И оказывается, что они находятся в небоскребе напротив того места, где стояли башни: внизу рабочие продолжают расчищать так называемый нулевой уровень.

- Как вам все-таки удалось разобраться с диснеевскими боссами?

- Их утешило то, что фильм оказался очень дешевым. Бюджет не превысил пятнадцати миллионов долларов, тогда как средний голливудский фильм такого типа (имею в виду тип производства) стоит минимум пятьдесят. Это при том что мы работали в Нью-Йорке, где все очень дорого. До такой степени, что Нью-Йорк теперь все чаще предпочитают снимать в Торонто, где облик улиц чуточку похож. Для меня это дико. Мне был нужен настоящий Нью-Йорк, и я постарался охватить его целиком. Поэтому съемки проходили во всех основных районах города: в Бруклине, Квинсе, Стейтен Айленде, Бронксе и на Манхэттене.

- "25-й час" - ваша первая картина с белыми актерами в главных ролях. После 11 сентября это тоже кажется не случайным. Вы словно бы стали более толерантным.

- В данном случае так совпало. Эдвард Нортон и я давно хотели сделать совместную картину. Вот теперь и получилось. Вне работы - он один из самых приятных людей, которых я знаю. В работе - он абсолютный трудоголик.

- Идея замкнуть картину в рамки одних суток продиктована сценарием или вас увлекла такая задача сама по себе?

- Сама по себе. У меня уже был фильм "Поступай правильно", действие которого происходит в течение одного дня, и мне хотелось повторить такой опыт.

- А актерский опыт не собираетесь повторять? Вы ведь прежде часто появлялись в собственных картинах.

- Меня сейчас больше интересует сочинение книг и преподавание. Преподаю я кинорежиссуру уже семь лет - в Нью-Йоркском университете, который сам и закончил. А с книжками история особая. Они детские. Когда становишься отцом, начинаешь следить за тем, что, собственно, читают дети. Вдруг понимаешь: тебя мало что устраивает. Так я и сочинил книжку детских историй, вроде как для детей собственных, но она оказалась очень коммерчески успешной. Теперь собираюсь сочинить целую серию.