Иногда мне самому становилось страшно

В Москве продолжается фестиваль нового британского кино. Его гость, английский режиссер Марк Эванс, приехавший представлять свою картину Травма, ответил на вопросы корреспондента.

Автор: Игорь Потапов

Сайт: Газета (gzt.ru)

=- Как бы вы определили жанр фильма?

- Это совершенно точно не ужастик. Мой предыдущий фильм был традиционным фильмом ужасов, и многие ждали, что я буду продолжать в том же духе. Но когда я прочитал сценарий Травмы, то понял, что это история одиночества главного героя, и мне надо передать атмосферу этого душного одиночества. Я бы назвал эту картину психологическим триллером. Мне очень понравилось определение, которое я услышал от одного журналиста: Фильмы ужасов обычно рекламируются красными афишами, а у Травмы афиша синяя.

- Чего вы ожидаете от зрителей? Они должны бояться или сопереживать главному герою?

- Я бы очень хотел вызвать чувство причастности, сопереживания. Мой герой - человек, попавший в беду, он находится в таком психологическом состоянии, которое знакомо если не каждому, то очень многим. Это своеобразная ментальная изоляция, отчуждение от реальности. Я очень благодарен Колину Фирту - он вложил в свою игру столько чувства, что, я надеюсь, хотя бы часть этих эмоций достанется зрителям.

- Когда вы предложили Колину сыграть безумца, как он отреагировал? Зрители все-таки привыкли видеть его совсем в других ролях...

- О, он согласился почти сразу. Как раз из-за того, о чем вы сказали, - у него закончились съемки Дневника Бриджит Джонс, и он, я подозреваю, очень хотел сняться в чем-то, что бы шло наперекор карьерным планам его агента. Колин потрясающе вошел в образ, он гениальный актер. Иногда мне самому становилось страшно, настолько убедительно он изображал психа на площадке.

- Действие вашего фильма происходит в Лондоне, но на экране нет никаких туристических ориентиров - такие же улицы можно было бы найти и в Нью-Йорке, и в Париже...

- Да, я стремился именно к такому впечатлению. Мне было важно, чтобы пейзаж - глухие кирпичные стены, рельсы подземки, складские помещения с металлическими колоннами - создавал мрачное, готичное ощущение. Я хотел, чтобы окружающий мир стал частью психического состояния героя. Я сам жил в таких районах Лондона и уверен, что и в Москве можно найти подобные закоулки.

- Изображение в Травме постоянно меняется - тут и видео, и телеэфир с помехами. Что вас привлекает в таком способе изложения?

- Наш мир подчинен законам массмедиа, и телевидение здесь правит бал. Любой человек, у которого дома стоит телевизор, планирует жизнь в соответствии с телепрограммой, начинает день с поиска телевизионного пульта. И начинает воспринимать окружающую действительность как телепередачу. Поэтому телекартинка смотрится органично в рассказе о постепенной потере рассудка. К тому же, если снимать сейчас фильмы с использованием тех же визуальных приемов, что применял Хичкок, получится всего лишь пародия на Хичкока.

Настоящий кельт

Марк Эванс родился в валлийском городе Кардиффе, учился в Кембридже и Бристоле. Работал на телевидении, снимал документальные ленты.

Снял первый в истории научно-фантастический фильм на валлийском языке, Отбытие Артура (1994).

Эванс с равным успехом создает как социальные драмы (Американский дом, 1997), так и триллеры (Воскресший человек, 1998; Мой маленький глаз, 2002).