Политкорректность мешает говорить о проблемах общества

В российском прокате появилcя "Агент 117: миссия в Рио". Боец невидимого фронта, владелец курятни и государственных секретов Юбер Бониссёр де ла Бат в исполнении Жана Дюжардена производит неизгладимое впечатление.

Автор: Вита Рамм

Сайт: Известия

Зритель будет долго гадать - гений или клоун этот агент 117. Но смешно будет всем. В первом фильме, вышедшем в прокат в 2006 году, действие происходило в 1957 году в экзотическом Каире во времена "холодной войны". Досталось тогда и мусульманам, и христианам, и шпионам всех стран. Через 10 лет суперагент получает задание отправиться в Рио-де-Жанейро и найти микрофильм, который хранит бывший высокопоставленный нацист. За этой пленкой охотятся и агенты израильской разведки.

И вновь киноманы смогут порадоваться элегантному почерку режиссера, сумевшему столь удачно объединить стилистику ретро 1967 года с современными ритмами. Экранизация популярных романов Жана Брюса позволила режиссеру Мишелю Азанавичусу, не скатываясь в примитивную пародию, вволю поиграть не только в приметы и приемы кино, но и в идеологию того времени. Фильм в Москве представлял сам режиссер. По окончании сеанса он поговорил с обозревателем "Известий" не только о сложностях съемок ретрофильмов, но и о проблемах современного европейского общества.

вопрос: Ваша дилогия о приключениях агента 117 - пародия на Джеймса Бонда. Но ведь образ Бонда уже изменился. Он давно перестал быть элегантным сказочным персонажем, как во времена Шона Коннори...

-ответ: Я выбрал времена раннего Бонда потому, что хотел прямо говорить о ксенофобии, ненависти к сексуальным меньшинствам или, например, об антисемитизме. Ведь не сегодня между людьми возникла вражда по принципу национального, религиозного или социального деления. Они часто воспринимают чужое как непонятное, непостижимое и поэтому опасное. А в середине прошлого века еще не было сегодняшней политкорректности, и герои открыто, нисколько не стесняясь, выражали свои чувства и мысли. Но я всегда рассчитываю на ум, эрудицию и сообразительность зрителя. На его чувство юмора. Я доверяю зрителю. Я даю ему какие-то подсказки и надеюсь, что они будут работать.

в: Вы полагаете, что просмотр фильма может стать сеансом психотерапии?

-о: Да, я предлагаю посмеяться над словами и поступками главного героя. Но приходит момент и зритель начинает понимать, что герой становится его зеркальным отражением, что смеется он уже не над глупостью персонажей, а над своей собственной. Благодаря тому, что агент 117 является абсолютным продуктом того времени, я его устами могу высмеивать все страхи, о которых сегодня стараются не говорить публично.

в: Главный герой в новом фильме открыл в себе и бисексуальную сторону. Это дань современной моде?

-о: Сексуальная революция проходила именно в те годы. И мне захотелось, чтобы герой узнавал что-то новое и о мире, и о себе. Он же постоянно подчеркивает свой антисемитизм, мачизм и гомофобию - на мой взгляд, все три качества ужасны. Но, получив новый опыт, агент 117 оказался в смятенных чувствах. Он сбавил градус собственной самоуверенности, что весьма для него полезно.

в: Что еще, на ваш взгляд, отличает те времена от сегодняшних?

-о: Другая манера игры. Актеры иначе пользовались мимическими эффектами. Жану Дюжардену приходилось постоянно помнить, что во время игры он может, например, активно работать бровями. Молодые актрисы, надевая костюмы того времени, внутренне преображались - высокая прическа, макияж, туфельки и юбки диктовали им особую манеру поведения. А мужчины актеры учились правильно расстегивать пуговицы на пиджаке или садиться в кресло.

в: Но и режиссерская манера была другой.

-о: Да, вы правы. Визуальная картинка должна соответствовать и манере съемок. Смысла в ретроодежде совсем немного, если мизансцены, освещение, движение камеры и монтаж будут противоречить тому времени. Я сознательно убирал все признаки современности. И каждый член съемочной группы понимал, как важно соблюдать степень подлинности.

в: Но в одном эпизоде вам все же пришлось использовать современные кинотехнологии.

-о: Уверен, что зритель меня не осудит и правильно поймет - реальные съемки на вытянутой руке статуи Христа Искупителя на вершине Корковадо в Рио-де-Жанейро были невозможны.

в: Финальный эпизод обещает, что третий фильм будет сниматься в Китае?

-о: Третий фильм будет нескоро. Сейчас я пишу сценарий для камерного черно-белого фильма. В главной роли будет Жан Дюжарден. А агента 117 думаю со временем отправить в Африку. Ведь Франция в прошлом веке приняла три волны эмиграции. Первой была еврейская из восточной Европы, потому антисемитизм стал темой нынешнего фильма. Фобии по поводу арабов двигали сюжет первой истории об агенте 117. Но нынешняя, третья волна - самая сложная, так как пришла из бывших африканских колоний. Шутить над темнокожими во Франции очень опасно, но именно поэтому меня так тянет эта тема.

в: Ваша фамилия выдает литовские корни. Как вы оказались во Франции?

-о: Моя фамилия мне досталась в наследство от дедушки, который в 14-летнем возрасте приехал во Францию. Другие мои предки жили в Польше, но, спасаясь от погромов, вынужденно покинули свои родные места в 1920-е годы. И мой отец, и я фамилию не меняли, но в Литве я ни разу не был. Однако в последнее время я стал задумываться о своих корнях, и думаю, что надо съездить и посмотреть на страны, где начался мой род.

Дата публикации: 12.10.2009