Тайная жизнь Элайджи Вуда Ч.1..

Этому герою-хоббиту едва исполнился 21 год, но он уже дурачится с любовью, татуировками и мало ли, с чем еще…

Сайт: Peeps.ru

Возможно, мир, в котором он живет - жесток и неприветлив. Но кто бы мог подумать, что это коснется Элайджи? Во время ланча в Newsroom-кафе в Лос-Анджелесе на Вуда обращает внимание разговаривающий по телефону-автомату Крис Рок. Вместо того чтобы закончить свой разговор, Рок - с которым Вуд не знаком - орёт: Ты, звезда чертова! Убийца!

Вуду сейчас приходится терпеть всеобщую реакцию на свою героическую роль маленького мохнатоступого хоббита Фродо в Братстве Кольца. Это первая часть трилогии Властелин Колец, уже получившая общую прибыль более 170 миллионов долларов, всемирную известность и 13 номинаций на Оскар - максимум в этом году. Вуд уже снялся в двух оставшихся частях трилогии Колец, и они выйдут на экраны в декабре 2002 и 2003, так что впереди - еще больше внимания. Люди подходят ко мне, - говорит Вуд - просто чтобы сказать спасибо. Вскоре я и сам это вижу. Официантка сперва приносит чек, а затем забирает его. Мы тут решили, что нам так понравился фильм - мы угощаем, - настаивает она.

Элайджа доедает, мы пересаживаемся за соседний столик, и там 21-летняя звезда может позволить себе закурить свои Sampoerna с гвоздикой. Эту привычку он перенял у Джоша Харнетта, курившего их на съемках Факультета, молодежного ужастика 1998 года.

Вуда никогда не привлекали сигареты, но ему понравился этот новый аромат. Он выдержал до самой раскрутки фильма, на которой встретился с Джошем: Джош сказал: Давай, пацан, ты же об этом сто лет мечтаешь. Ну, я взял одну, а потом это просто переросло в полноценную вредную привычку.

23 декабря 2000 года Вуд вернулся домой из Новой Зеландии, где режиссер Питер Джексон 16 месяцев занимался экранизацией трилогии. С этого момента, за исключением недолгих 8 дней съемок в роли брата убийцы Эдварда Бёрнса в готовящейся к выходу Пепельной Среде и перезаписи звука для Колец, Элайджа расслабляется и выжидает. За плечами у Вуда - многолетняя карьера актера-ребенка, начиная с Вечно молодого и заканчивая Флиппером. И хотя в большинстве случаев роли простотой не отличались, Элайджа дожидается своего шанса стать взрослым. В подростковом кино к тебе легко прилипают ярлыки, - говорит он. Вуду нравятся следующие две части Колец. В них повествование - особенно то, что касается Фродо - становится все мрачнее. Вуду во время съемок Братства внушали, что соблазн Кольца, с его развращающей силой, сродни героиновой зависимости. Он счел это полезной подсказкой, но сам полагает, что хватка Кольца намного сильнее: Это и зависимость, и в то же время одержимость.

У Вуда есть несколько приблизительных критериев, к которым он примеряет свои следующие проекты. Хотелось бы чего-нибудь современного, - говорит он. И добавляет, начиная улыбаться: И чтобы поменьше накладного грима. (Так и вышло: желание Вуда исполнилось в совместных съемках с Менди Мур в романтической университетской комедии Семнадцатилетние).

В процессе экранизации трилогии Колец ее участники попали в параллельный мир. Приземление нашего самолета в Новой Зеландии было похоже на приземление домика Дороти [Эли] в стране Оз, - говорит Шон Эстин, который играет хоббита Сэма, друга Фродо. Вуд соглашается с ним. Пытаясь рассказать мне, как им было весело, Вуд говорит, как будто это совершенно естественно: Хоббиты умеют поразвлечься!

Вы совсем потеряли голову, да?

Да, - отвечает он. - Мы привыкли, что мы - хоббиты [к хоббитскому братству, кроме Вуда и Эстина, присоединились еще Билли Бойд и Доминик Монаган] и это продолжается до сих пор. Но у нас съехала крыша в хорошем смысле слова. Она осталась в мире Властелина Колец и Средиземья. Мы прекрасно дружили и понимали друг друга.

Это взаимопонимание между девятью актерами, составляющими Братство Кольца - четырьмя хоббитами, двумя людьми-воинами (Вигго Мортенсен и Шон Бин), гномом (Джон Рис-Девис), эльфийским лучником (Орландо Блум) и магом Гендальфом (сэр Ян МакКеллен) - приняло странные формы. Вуд объясняет, что особенностью жизни на съемках Кольца было усиление устной экспрессии, вдохновленной одержимостью грубоватым британским юмором. Ко мне пришло понимание слова c u n t, - объясняет он. Матерные слова... Быстрее всего они обесцениваются, когда их повторяешь до потери смысла. C u n t! C u n t! Это классное, замечательное слово. Очень сильное.

Самым одержимым был не Вуд, а Вигго Мортенсен. Оно совершенно очаровало его, - говорит Вуд, - и оно же стало лозунгом фильма. Свой Winnebago для гримирования они обозвали C u n tebago. Мне не повезло попасть в C u n tebago - это было гримеркой Орландо, Вигго и Шона Бина - но заходить туда в гости было приятно. Они сделали футболки C u n tebago. У нас был c u n t -овый год и c u n t -овая ёлка, всё такое. Кэйт Бланшет [которая играет эльфийскую королеву Галадриэль] считалась Её C u n t -ичеством.

И Кэйт это устроило?

Он кивает: Это была такая честь.

Хм, и сэр Ян участвовал во всем этом?

Нет, конечно! Приди в себя!

Я в этом не участвовал, - подтверждает слегка удивленный МакКеллен. Они были совершенно особенные, эти хоббиты. Подхватывали штуки друг друга. Режиссер Питер Джексон комментрирует приблизительно так же: Если это помогает им играть в фильме, то я не возражаю. Вуд рассказывает, что его футболка !!!!ebago хранится дома в выдвижном ящике. Она мне великовата, - объясняет он. - Я же маленький парнишка.

В основном те, кто участвовал в новозеландской кампании, говорят о зрелости Вуда. О редком исключении из этого правила рассказывает сам Вуд: вечеринка в Веллингтоне с водкой и клюквенным соком, которая закончилась карабканьем Вуда и друга-хоббита Монагана на статую в фонтане (та раздражала Вуда) и использованием фонтана вместо унитаза, в то время как Лив Тайлер (эльфийская принцесса Арвен), наблюдавшая за этим, сказала (Вуд очень похоже изображает Тайлер): Ребята, что вы делаете? Вы что - пописали в фонтан? Он балдеет от этой истории: Вообще, забавно, - говорит он. - Приятно вспомнить.

Как всем известно, актерские узы скрепила татуировка, изображающая эльфийскую цифру 9, которую сделали себе все они. Салон татуировок Роджера в Веллингтоне одним воскресным утром открылся специально для них. Вуд выбрал место с правой стороны чуть ниже талии. Я, конечно же, держал его за руку, пока ему делали татуировку, - вспоминает МакКеллен. - Не то чтобы он побаивался. Просто все мы здесь сильно сдружились.

Сейчас, более года спустя, Вуд помышляет о новой татуировке из Властелина Колец. В первом фильме Фродо ранили чуть выше сердца. Рана, которая целиком не заживет никогда. Вуд хочет себе такую же нарисованную рану на груди; просто черную линию или белый шрам на теле, как след от удара вонзившегося в плоть лезвия. Тогда у меня бы была своя настоящая татуировка Фродо, - говорит он. - Маленький шрам, который останется навсегда.