Вячеслав Шалевич: Мои "звездные романы", служили мне стимулом

За него сражались очень красивые и известные женщины, а он умел любить и прощать, никогда не называя их имен. Его жизнь так наполнена событиями, что о нем складывают легенды. Но за мудростью его немного сурового взгляда и сегодня угадывается юношеская готовность любить.

Автор: Екатерина Романенкова

Сайт: Записки журналистов

- Не так давно в журнале "Караван историй" актриса Валентина Титова рассказала о своем красивом романе с вами. Поговаривают, что из-за той любви, вы чуть было, не переломали всю свою актерскую судьбу?

- Валентина жила и училась в Ленинграде, а я играл в Москве в театре Вахтангова. Когда со мной случилась эта сумасшедшая любовь, я не мог без нее и дня прожить: вечером после спектакля садился в Ленинградский поезд, утром преподносил ей розу и улетал назад, в Москву, чтобы успеть на репетицию. Однажды я опоздал. Меня должны были отчислить из театра, но Рубен Николаевич Симонов, наш руководитель взял меня на поруки. Он сказал: "Ты мужчина, возьми себя в руки, когда любовь закончится - с тобой останется твоя профессия". Но тогда-то я и мысли не допускал, что такое божественное чувство может когда-нибудь угаснуть. Валя была невероятно красива! Когда она училась в студии Товстоногова, он специально для нее придумал мизансцену в спектакле "Горе от ума": девушки на балу получают записки от кавалеров, и героиня Валентины выбегает на авансцену читать свою записку. В этот момент в зрительном зале раздавалось восторженное "Ах!". Вот такой ослепительной красоты она была. Первый раз я ее увидел на гастролях в Свердловске и сразу "сошел с ума", даже стихи писать начал. Из Свердловска я уехал в Венгрию - как проходили эти гастроли даже не помню, был словно в тумане, все время думал только о Валентине. Когда я вернулся домой, поставил в коридоре чемодан с заграничными подарками жене и сыну, а сам, пока домашние разбирали вещи, вышел из дома, незаметно для себя дошел до Ленинградского вокзала, сел на поезд и уехал: Домой я больше не вернулся.

- Но между тем, Валентина Титова стала женой Владимира Басова, а не вашей?

- Я сам виноват, собственноручно "подарил" ее Басову: Меня утвердили на фильм "Хоккеисты", который курировал Басов, параллельно он начинал снимать "Метель", но никак не мог найти главную героиню. Я по доброте душевной посоветовал ему попробовать Валю. Сразу же, на кинопробах Басов ей сказал: "Вы выйдете за меня замуж, и все у вас будет в порядке. Это я вам обещаю". Валентина попыталась возразить, что любит меня, но Басов резко добавил: "Хорошенько подумайте, что для вас лучше: любовь актера или брак с режиссером, который будет вас снимать?". Что ей оставалось делать? Помню, мы оба провожали Валю в Ленинград: стоим с Басовым на пару и смотрим ей вслед, потом Басов предложил: "Давай уж, подвезу тебя". "Не надо, - отвечаю гордо, - у артиста тоже деньги на такси есть".

- Вы не считаете этот поступок предательством: ради карьеры уйти к другому?

- Ну что вы? Валя не из тех женщин, чтобы ради корысти изменить. Я уверен, что она была очарована этим человеком. Несмотря на всю его внешнюю непривлекательность, он был невероятно обаятельным: фонтанирующий мужской темперамент и озорство, завораживающий талант рассказчика - да ни одна женщина перед таким не устоит! Я чисто по-человечески был в него влюблен, и сложившаяся ситуация ни коем образом не повлияла на наши отношения: помню, когда мы чуть не завалили "Хоккеистов", я обратился к Владимиру за помощью, он бросил все свои дела и за десять дней смонтировал ленту - фактически ее спас. Потом я с трепетом и надеждой ждал гастролей в Ленинград. Приехал и сразу позвонил к Вале, ее дома не оказалось, и я позвонил в гостиницу, где в это время остановился Басов. На мой звонок ответила Валентина. Я понял, что все мои надежды рассыпались - Валентина действительно собиралась замуж. В тот же вечер мы с ней встретились на Невском мосту - проплакали допоздна. Мы прощались: Нет, это не предательство, Валюша ничего от меня не скрывала, просто к ней пришла новая любовь, а старая еще не ушла.

- Вы переживали ваш разрыв?

- Я был сам не свой. Валентину из вида не выпускал, был всегда в курсе, где она, в каких лентах снимается. И однажды: У нас в театре готовился спектакль "Варшавская мелодия" - трогательная история о несостоявшейся любви. Достать билеты на премьеру было просто не возможно, я выпросил у администратора два места и пригласил Валентину. И вот я стою перед театром в диком волнении, как на первом свидании, жду ее. О! Появилась в конце улицы, идет навстречу, все ближе-ближе: Пока она шла эти сто метров, я чувствовал, как мое волнение становится все тише и тише: Когда Валентина подошла, совсем другая и чужая, я уже был совершенно спокоен: Так и закончилась эта любовь.

- Видимо, вашим женщинам было с вами не сладко, коль вы могли так внезапно влюбиться, остыть, уйти из дома, пока жена распаковывает чемодан?..

- Я же не всегда таким был. Я вырос в такое время, когда было принято, что первая жена - это первая любовь, а вторая любовь - это вторая жена. Это после второго брака покатилось-поснеслось. В наше время было раздельное обучение, поэтому на девочек мы смотрели с особым трепетом. Помню, как завидим стайку девчонок - выстраиваемся в шеренгу и бежим им навстречу. Они визжат, разбегаются врассыпную: Потом полдня обсуждаем, кто до кого дотронулся и какой взгляд успел кинуть. Это когда ты десять лет за партой сидишь рядом с девочкой, ты ее не замечаешь, а когда видишь ее украдкой из-за угла, подглядываешь за ней из окошка, следом идешь за полквартала и подойти не решаешься - вот тогда ты видишь, что она настоящая красавица. И если эта богиня позволит подойти поближе, да еще за руку взять - то это счастье, то надо сразу жениться. Поэтому и браки были ранние, что первая женщина - она и первая жена. С моей будущей женой мы дружили с восьмого класса, школу закончили, а все за ручку ходили. Родственники думали, что мы уже живем давным-давно, а мы соблюдали целомудрие и так, за ручку и пришли в ЗАГС. Если честно, я уже и сам не понимал, зачем на ней женился - юношеская влюбленность к тому времени угасла, осталось чувство приличия: морочил девушке голову - женись. Наш брак просуществовал пятнадцать дней: "Семейная лодка разбилась о быт", оказалось, что мы совершенно не можем существовать под одной крышей, к тому же, в то время я уже был студентом театрального училища и неровно дышал к одной своей сокурснице. Так что, через две недели мы так же, за ручку пошли разводиться.

- Как вы считаете, ранний брак - это плохо?

- Сложный вопрос. Если говорить о морали, то первый любовный опыт в браке - это правильно, но чисто по-человечески - это совершенно недопустимо. Чувства необходимо проверить, прежде чем вступать в брак, надо попробовать пожить вместе. Одно дело, когда ты встречаешься с девушкой - этакое юношеское визуальное обожание, а другое дело, когда с этой женщиной приходится быть постоянно, да еще делить домашние заботы. Быт - это очень серьезное испытание, а в моей юности быт был куда тяжелее нынешнего. В нашей коммуналке жили двадцать семь человек: общая кухня - попробуй не вымыть кастрюлю, единственная раковина с холодной водой - постирай-ка пеленки, и один на всех туалет - не дай Бог, забудешь выключить свет, скандал обеспечен. Но с другой стороны, коммуналка - это замечательная школа человеческих взаимоотношений: там не было чужих детей, как у Аркадия Райкина: "Один стукнет, другой шлепнет, третий нос подотрет", там любая ссора становилась достоянием общественности и коллективно осуждалась. И мы, дети, подростки, хоть не всегда и понимали взрослые проблемы, но тонко чувствовали, какое слово или интонация может ободрить, а какое обидеть. Коммунальщина научила меня общаться с людьми.

- Второй брак тоже был недолгим?

- Около трех лет. Но за этот развод меня судить нельзя - любовь к Валентине Титовой оправдывает все. Супруга все поняла и даже не пыталась меня вернуть.

- Однако, другие женщины не считали зазорным вступить в поединок ради вас?

- О, это скорее был поединок ради моего спасения (засмеялся). С вашего позволения, имен этих женщин я не назову. У меня был серьезный роман с одной очень известной артисткой, некоторое время мы жили вместе. Потом она построила кооператив и решила жить отдельно - бросила меня. Обидно, конечно, но нечего делать. В это время меня "подхватывает" другая известнейшая актриса и начинает водить под ручку на всякие мероприятия. Если первая старалась со мной нигде не появляться, то вторая, наоборот, изо всех сил показывала, что у нас роман. Москва ахнула! Что это за Шалевич такой: одна женщина ради него очень известного человека бросила, другая от себя ни на минуту не отпускает, отвергая ухаживания влиятельных мужчин? Я переехал жить к этой актрисе, мне было лестно такое внимание, но о первой даме я все-таки продолжал думать. Как-то раз я позвонил в свое общежитие, а там оказалась моя первая дама, она взяла трубку и сказала: "Я тебя жду!". Я тут же бросил вторую даму и уехал к первой. Десять дней мы жили вместе. Вторая дама буквально "обрывала телефон", мои слова, что я ее не люблю, не принимались, она просто не хотела понимать, почему я ее бросил. В конце концов, обиженная, она оставила меня в покое. И тут наступил такой финал, которого я не ожидал: моя женщина собрала свои вещи и на прощание мне сказала: "Ты будешь благодарен мне всю жизнь, за то, что я увела тебя от этой женщины". Сколько лет прошло, а я до сих пор вспоминаю и ценю этот ее подвиг.

- Поговаривали, что ваше сходство с Олегом Стриженовым помогло вам получить роль Швабрина в "Капитанской дочке"?

- Это сходство чуть не помешало мне. Швабрин - моя первая роль в кино, я еще учился на четвертом курсе "Щуки". Когда меня уже утвердили, в павильон вошел Стриженов, глянул на меня и удивленно сказал: "Он на меня похож". Режиссер задумался: Гринев и Швабрин - антиподы, они любят одну женщину, но любви добиваются по-разному. В конце концов, он решил, что это даже неплохо, что мы похожи - ярче будет заметна разница характеров. За время съемок мы с Олегом очень подружились, он многому меня научил. Помню, у меня возникли серьезные проблемы во время озвучки - я не попадал в собственные слова, уже хотели пригласить дублера. Олег отозвал меня в сторону и дал ценный совет: "Ты, - говорит, - не пытайся попасть в движения губ, просто еще раз сыграй роль". Сразу все получилось.

- Многие актеры жалуются, что в Советский период нерусская фамилия мешала им получить хорошую роль. У вас такие проблемы не возникали?

- Дело в том, что я не еврей, хоть и большинство моих хороших друзей евреи. Есть некоторая разница между фамилиями Шалевич и Шаевич - одна буква превращает белорусскую фамилию в еврейскую. Честно говоря, однажды с этой проблемой я столкнулся. Мы с Любшиным пробовались в фильм "Вечный зов" на роли среднего и младшего брата. Меня не утвердили. А потом я узнал, что Анатолий Иванов - автор сценария, категорически заявил, что в его картине человек с такой фамилией играть не будет. Когда это услышал Любшин, он от своей роли отказался. Позже был еще один эпизод - меня пробовали на роль Фрунзе: в гриме я был здорово на него похож. Снова отказали из-за фамилии, но позвали на озвучку. Тогда я зашел к директору и сказал: "Так значит, играть Фрунзе я не могу, а озвучивать могу? Если хотите знать, Фрунзе был немецким евреем". Директор бегал за мной по всей студии и уговаривал озвучить роль. Больше подобных проблем у меня не было. Я работал в театре Вахтангова, где проверяли каждого, где красовалась "царская ложа" и посещение власть имущих не было редкостью. Время было жуткое, в совершенно невинном спектакле могли найти такой подтекст, который его автору и в голову не приходил. Каких только указов не было: например, по министерству кинематографии вышел приказ - не снимать уродов, и в списке из пяти фамилий назывались: Кашпур, Кочетков, Чурикова: А вы говорите, фамилия:

- Наверняка, были роли, о которых вы мечтали, но так и не сыграли?

- Я очень хотел сняться в комедии, но меня ни разу не утвердили. Пробовался у Э. Рязанова в фильм "Человек ниоткуда" - моя роль досталась Яковлеву. Я мечтал сыграть хоть кого-нибудь в фильме "Хождение по мукам" - тоже не получилось. И в театре многие роли я так и не сыграл. Есть такая поговорка: "Гамлета не обязательно сыграть - главное быть назначенным".

- Два года назад вас назначили на очень важную "роль" - художественного руководителя театра. А почему вы избрали именно актерскую профессию?

- Я родился и вырос на Арбате. Военное детство, эвакуация, детдом при живой матери: Тогда детей насильно забирали у родителей и вывозили из города. Но победу я праздновал уже на Арбате - мы с мамой отправились на парад, шли в первой колонне демонстрантов. Проходя мимо мавзолея, я засмотрелся на Сталина и вышел из строя на пустую площадку, а он толкнул Рокоссовского и, смеясь, на меня рукой показал. Мама сгребла меня в охапку и уволокла от греха подальше. Второй раз Сталин на меня "перстом указал" у нас на Арбате. Во время войны театр Вахтангова разбомбили, и мы, ребятишки, бегали по руинам. Рядом проходила правительственная трасса, однажды на дороге остановился кортеж, из машины вышел генсек, указал на руины и сказал: "Отстроить заново!". Так, фактически вместе с театром я и рос, а потом бегал на все спектакли подряд - другого пути, кроме театрального училища у меня и быть не могло. Да и большинство артистов Вахтанговского театра жили в нашем доме.

- На Арбате выросло много будущих актеров - А.Збруев, В.Малявина. В детстве вам приходилось встречаться?

- Я немного старше, поэтому и Валентину, и Сашу узнал гораздо позже, когда Малявина стала играть в нашем театре. Замечательная женщина, талантливейший и совершенно необычайный человек, у нас были длительные дружеские отношения.

- А "служебные романы" с вами случались?

- Как ни странно, у меня никогда не было романов на картинах. Даже, когда мы снимались с Олей Кабо, милой очаровательной девушкой. Мы роскошно дружили, я переживал за нее, заступался, но никаких порывов завести роман не возникало.

- Говорят, хороший актер может на сцене сыграть любовь, даже если он партнершу люто ненавидит?

- Я глубоко убежден, что такое невозможно в репетиционный период. Если ссора произошла позже, когда спектакль готов, то можно на автоматизме отработать роль, но репетировать любовь, будучи в контрах невозможно. Кому-то все равно придется уйти.

- Несмотря на то, что очень популярные женщины буквально "рвали вас на части", простой девушке удалось взять вас в полон больше чем на тридцать лет.

- Я стал умнее и уже более мудро подходил к созданию семьи. Со своей третьей женой Галиной я познакомился совершенно случайно. Мы с товарищем сидели в кафе Ленинградское на Арбате, вошли две роскошные девушки, на одну из них я сразу запал. Девушки выпили кофе и собрались уходить. Товарищ мне говорит: "Ты понимаешь, что она сейчас уйдет, и ты ее никогда не увидишь? Беги за ней". Я и побежал. Самое смешно, что девушки только что посмотрели фильм "Хоккеисты" с моим участием и Галя мечтала: "Вот бы мне такого парня!". И тут я перед ней возник - телефончик прошу. Так все и началось. Когда мы познакомились, Галя работала художником-модельером, а до этого очень увлекалась фигурным катанием, была мастером спорта. А я, хоть и снимался в "Хоккеистах" на коньках стоял с трудом - в фильме меня дублировал Старшинов. Представляете, как я опозорился, когда Галя повела меня на каток? Мы прожили вместе тридцать один год - время прошло, как один день. Вот уже три года, как ее нет: Это были трудные годы.

- Вам пришлось возрождать гибнущий театр?

- После руководства театром Юрием Яковлевым мне достались только многочисленные молоденькие, красивые актрисы. Но, слава Богу, талантливые. Весь репертуар пришлось делать заново - за год мы выпустили восемь премьер. Звезд решили не приглашать, будем выращивать своих. Сейчас театр становится популярным.

- В любом театре неизбежны интриги, каждый хочет играть главную роль, а для этого любые средства хороши. Как вы с этим боретесь?

- Я пользуюсь принципом Рубена Николаевича Симонова - руководитель не должен верить сплетням, любую информацию надо "переспать", то есть не принимать решений сгоряча. Театр Вахтангова всегда славился тем, что там "не выносили сор из избы" - ругались, ссорились, заводили романы, но сплетни по Москве не носили. Хотелось бы, чтобы в моем театре было так же.

- Вы сказали, что в театре много красивых девушек. Сложно руководителю удержаться от соблазна?

- Я думаю, было бы очень сложно, мне всегда нравились красивые женщины, но:у меня есть любимая женщина. Познакомились мы совершенно случайно - я был на дне рождения у товарища, рядом со мной за столом оказалась очаровательная женщина по имени Татьяна. Когда я вижу красивую женщину. Я обычно говорю: "Могу жениться, я холостой!", вот и накаркал: А потом наш театр поехал на фестиваль в Авиньон. Мои коллеги сговорились и сделали нам с Таней подарок - устроили медовый месяц во Франции. Без переводчика и путеводителя мы на два дня уехали в Париж и объездили весь город на метро, побывали в Лувре, слазили на Эйфелеву башню - нам повезло, нигде не было очередей. А потом сели на поезд и вернулись в Авиньон. Это было такое роскошное путешествие, после которого я решил, что пора жениться.

- Ваша избранница - кто она?

- Она врач, и я очень благодарен ей, что она помогла мне спасти сына: Иван, как и я, вырос на Арбате, и чуть не стал его жертвой:

- Знаменитое выражение - арбатская шпана. На самом деле этот район такой криминальный?

- Шпана - это наше, местное словечко. На самом деле, в мою юность никакой шпаны на Арбате не было, наоборот, в этом районе очень следили за дисциплиной: два привода в милицию и тюрьма. Однажды за ночь отсюда выгнали всех инвалидов, чтобы не портили внешний вид улиц - ужасающий акт: воинов, которые потеряли руки, ноги на фронте, которые были примером героизма для мальчишек выселить из города за их беспомощность. На Арбате жили, в основном, интеллигентные и воспитанные люди, здесь даже в лексике не было традиционного сленгового набора, все друг друга знали и были одной семьей. Потом коммуналки расселили, и вся интеллигенция разъехалась по новостройкам, Арбат стал другим - офонаревшим: торговля, матрешки, наркотики:Влияние улицы сломало Ивана, он увлекся этой заразой. С трудом закончил школу, не смог поступить в институт, потом умерла мама - все это очень на него подействовало, он "закрылся от меня". А потом умерли от наркотиков его близкие друзья, и Ваня испугался. Но сейчас все, слава Богу, позади, он стал совсем другим человеком: взрослее, умнее, обаятельнее. В детстве он мечтал стать актером, но, увы, его "болезнь" сильно повлияла на память, сейчас он увлекся журналистикой - работает фотокорреспондентом в журнале "Объектив". Я на него не нарадуюсь. Он очень привязался к Таниным детям, у нее двое сыновей - 6 и 8 лет, а те в Ваньке души не чают. Так что теперь у меня снова счастливая семья - красивая жена и трое сыновей!