Андрей Миронов всю жизнь страдал от неразделенной любви,

Это случилось в эвакуации. Город Куйбышев, 1941 год, ночной перрон. Пятилетний Кирилл с бабушкой и дедушкой встречали отца. И вот он, высокий, красивый, выходит из продымленного вагона. В руках у папы маленький сверточек: - Кирочка, это твой братик! И дал подержать Андрюшу… Сегодня Кирилл Александрович - главный балетмейстер Санкт-Петербургского театра музыкальной комедии. В богемной среде Ласкари - весьма уважаемый господин. Познакомиться с ним в город на Неве съездил наш спецкор Борис КУДРЯВОВ.

Автор: Борис Кудрявов

Сайт: Экспресс газета (www.eg.ru)

- Ласкари - странная фамилия. Вы француз?

- Эта грузинская фамилия досталась мне от мамы. Она родом из Тифлиса. А мой папа - Александр Семенович Менакер. У меня сохранилось свидетельство о рождении, в котором записано: Кирилл Александрович Менакер. Когда пришла пора получать паспорт, родители уже развелись, и решено было дать мне фамилию матери. Отец ушел из семьи, когда мне только исполнилось три года. Но его заботу чувствовал всю жизнь.

Андрюша

- Как складывались отношения у вас с Мироновым?

- С раннего детства мы вели друг друга по жизни, как и полагается кровным братьям. Школьником я часто выбирался в Москву. Помню, лет в 12 - 13 мы сильно увлеклись джазом. Андрей мечтал научиться играть на ударной установке. А я уже вовсю музицировал на фортепиано. И мы устраивали для домашних джазовые концерты, правда, Андрюша вместо барабанов использовал кастрюлю и сковородку.

- Он ведь, писали, был конфликтным человеком?

- Наоборот! Очень мягким, не умел ссориться. Мог, правда, молниеносно вспылить, наорать. Даже на меня. А потом спросить с милой полуязвительной ухмылочкой: «Что, испугался? Ну, пойдем в ресторан. Угощаю». Отходил он очень быстро. Зла за душой не носил. И многие этим пользовались.

Несмотря на кажущуюся внешнюю легкость в поведении, он был страшнейшим самоедом. Ни разу не слышал от Андрея: «Как классно я сегодня сыграл!» Он всегда ходил недовольный собой. Безумно нервничал перед каждым спектаклем. По жизни был молчуном и больше всего на свете любил работать.

- А выпить с друзьями? Закрутить роман с красивой женщиной?

- С друзьями посидеть - это да! А женщин он боготворил. Ухаживал за ними, порой уж слишком элегантно. Влюблялся, словно сумасшедший. Как он мучился из-за Гали - дочери писателя Дыховичного, как страдал по Анастасии Вертинской!.. Но женщины ему взаимностью отвечали очень редко.

- Странно. Популярнейший актер, симпатичный, обаятельный. Всегда выглядел, как денди…

- Да, он обожал красивые вещи. Чистюля, аккуратист. В сером, обыденном советском быте он казался эдаким иностранцем. Держался всегда красиво несмотря на то, что давно и тяжело болел. Хорошо помню, когда это началось. Он сильно простудился в Пярну, куда, кажется, в 60-м году мы поехали с папой отдыхать. У брата открылся тяжелейший фурункулез. С этими болячками он мучился до самой смерти. Уставали менять рубашки! Постоянные кровотечения очень осложняли жизнь. Но ни разу не слышал от него стонов и жалоб. Миронову не раз делали переливание крови, собирались оперировать. Хотя это очень опасно при таком заболевании, связанном с железами внутренней секреции.

А умер он от аневризмы, которая, оказывается, носила врожденный характер. Никто, и Андрей в том числе, об этом ничего не знал. Первый звоночек случился в Ташкенте, где Миронова довольно сильно прихватило. Поначалу грешили на энцефалит…

У меня осталось множество его вещей. После смерти Андрюши Лара Голубкина привезла. Красивый синий блейзерчик, в котором Миронов снимался в фильме «Я возвращаю ваш портрет», ношу частенько. В Америку в нем ездил. А видите, в какую симпатичную рубашечку я одет? Это Андрюшин презентик. Он все время пытался меня одевать. Из Москвы я всегда увозил в Питер целые баулы классного барахла. Андрею одежда быстро надоедала. А еще он часто умудрялся покупать вещи, которые оказывались ему малы.

- А он к вам в Ленинград часто приезжал?

- Да, но всегда останавливался не у нас, а в гостинице «Астория». Сразу звонил мне, и начиналась бурная жизнь. В ресторане «Астории», кстати, тогда работали старики - официанты, которые обслуживали еще Гришку Распутина.

- Много пили?

- Алкоголиками не были. Так, обычными выпивохами. Никогда не видел Андрюшку в пьяном виде. Хотя сам иногда так надирался! В то время пришлось вставить себе зубы. Достались почему-то металлические. «Кирочка! Что ты смеешься, как водопроводчик? С тобой стыдно ходить в гости к приличным людям», - ерничал Миронов.

Кстати, Высоцкого пьяным я тоже никогда не встречал. Не поверите, Володя вполне серьезно читал нам с покойным Севкой Абдуловым лекции о вреде алкоголя. «Володя, - спрашивал я его наивным голосом, - а скажи, что такое алкоголизм?» - «Посмотри на меня. Разве не понятно?» У него в квартире на Грузинской всегда водяра в холодильнике стояла.

Приезжая в Москву, я останавливался только у Володи. На что Миронов очень обижался.