Алиса Гребенщикова: Мне мешает громкая фамилия

...Рыжеволосая (на голове мелкий бес) Алиса живет не в зазеркалье, а на Чистых прудах, в старинной квартире (без компьютера и телевизора). Мы встретились с ней в кафе. Она потягивала красный чай через трубку. Манера говорить, интонация голоса напоминали БГ. Кстати, один из альбомов раннего Гребенщикова так и называется - "Алиса".

Автор: Татьяна Хорошилова

Сайт: Российская газета

- Вы начинали в доронинском МХАТе?

- Я окончила институт в Петербурге, и меня пригласила в театр Татьяна Васильевна. Я два сезона отработала во МХАТе имени Горького. Доронина работает с полной отдачей и требует этого от других.

- Ваши первые роли?

- У меня был хороший старт. Через месяц после открытия сезона я ввелась в спектакль "Весь ваш Антоша Чехонте". Сыграла даму лет 25. Мне к тому времени был 21 год. После этого мы начали репетировать "Прощание в июне" Вампилова. Спектакль претерпевал разные изменения. Я так и не успела его выпустить. Играла также Митель в "Синей птице". В конце сезона мы выпустили спектакль "Мои нерожденные сыновья" по пьесе Веры Виноградовой "Невесты 42-го года". Я сыграла одну из главных ролей.

-Почему ушли из МХАТа?

- Я ушла сама. В этот момент я начала сниматься в сериале "FM и ребята", где мне доверили одну из главных ролей. А Михаил Шевчук меня пригласил в спектакль "Ромео и Джульетта". Совместить все было невозможно, я выбрала то, что мне было интересно. Мы выпустили спектакль "Ромео и Джульетта" и очень долго играли антрепризный спектакль "Сильвия" с Тараторкиным и Симоновой. Его партнершей поначалу была Чулпан Хаматова, но она уже ждала ребенка, и мне предложили ее заменить.

- Чулпан чему-то вас научила?

- Она максимально выкладывается в любой своей роли, не оставляет зрителя с холодным носом. Я влюблена в нее бесконечно. Она заражает. Актеру важен голос. Голос Чулпан слышен каждую секунду - у нее нет ни одного провала. Она очень талантлива и при этом очень трудоспособна. Она "раскапывает" роль до донышка.

- Кто еще из русских актрис для вас служит примером?

- Мне нравятся Алла Демидова, Татьяна Доронина. Демидова мне нравилась с детства, я видела спектакль, который поставил для нее греческий режиссер Терзопулус. От нее невозможно было оторвать взгляд. На сцене она творит чудо. На Доронину я тоже могу смотреть бесконечно, хотя, говорят, что она однообразна - как она дышит, живет в кадре.

- Вы дебютировали в кино у Дмитрия Месхиева в фильме "Американка". Это - творческая удача.

- Месхиев - мой крестный режиссер. Я училась на втором курсе и отнесла фотографии в актерский отдел "Ленфильма". Меня вызвали на пробу. Это была моя первая съемка. Я присутствовала все время на площадке. Со мной снималась Нина Усатова. Я следила, как она учила роль, обсуждала ее с Месхиевым. Для меня это была серьезная школа.

-У кого из режиссеров еще хотели бы сняться?

- У Ренаты Литвиновой. Я посмотрела ее фильм "Богиня" и приняла его. Это женское кино в лучшем смысле этого слова. Литвинова не актриса, не режиссер по образованию,но училась у людей, с кем она работает. У нее прекрасно играют актеры. Она, видимо, знает какие-то волшебные слова. Рената - мой кумир.

- Продолжаете ли вы сниматься в сериалах?

- Сейчас только что прошел "Кавалеры морской звезды" на ОРТ с моим участием.

- Фильм "Водитель для Веры" с вашим участием стал явлением в нашем кино. Как вам работалось с режиссером Павлом Чухраем?

- Безумно интересно. Я вообще считаю его одним из ярчайших режиссеров современности. Павел Григорьевич с разными актерами работает по-разному. Кому-то он объясняет все - вплоть до мельчайших деталей, выстраивает внешний рисунок роли, внутренний. Меня он отпустил и сказал: "Делай, что тебе твоя актерская природа позволяет". Впоследствии мы с ним были на фестивале "Кинематографические дебюты" в Ханты-Мансийске. И он мне сказал, что хорошо бы продолжить наше сотрудничество.

- А как вам понравился сам фестиваль?

- Посмотрев конкурсную программу, в которой было 8 зарубежных фильмов и 2 российских, я узнала, как употреблять героин. Мне это показали в нескольких фильмах. И ни одного солнечного луча. Конечно, надо говорить о проблемах. Но надо показывать и свет. Я недавно прочитала книгу Тамары Петкевич "Жизнь - сапожок непарный". Повествование начинается с 30-х годов, когда арестовали ее отца, потом посадили саму героиню... Описаны жутчайшие события. Холодеет все внутри. Но героиня ни на минуту не теряла присутствия духа. Что бы страшного ни происходило, надо находить силы жить.

- У вас есть семья?

- Нет, у меня нет ни мужа, ни детей. Мои родители, дедушка - самая моя надежная опора. Это люди, которые в меня верят.

- Великие актрисы говорили, что нельзя быть равной и на сцене, и в жизни.

- Для меня важнее, чтобы была семья, дети росли в любви, чтобы я для них была хорошей матерью. Но я не собираюсь выходить замуж за актера. У меня не возникает романов с коллегами - как мужчины они мне неинтересны. Мне кажется, что более надежные браки бывают у людей смежных профессий.

- Вы рассуждаете как жесткий прагматик...Кажется, режиссер Андрей Эшпай сказал, что поколение Чулпан Хаматовой - очень жесткое поколение. А вы с ней ровесники.

- Да нет, я не считаю, что поколение наше жесткое. Сама я жизнь воспринимаю скорее эмоционально. У меня было прекрасное детство, заботливые родители.Я не думала стать актрисой. Но участвовала в утренниках, перегораживала комнату занавеской, читала стихи, песни пела. Музыкой занималась, в Эрмитаж ходила. До сих пор его люблю. Тяжело мне жить без Эрмитажа... И главные жизненные ценности у меня, наверное, такие же, как были у моих бабушек, прабабушек, - семья, дружба, любовь, верность. Я - патриот, люблю Родину. Но меняются времена, меняется и стиль поведения человека, формы проявления этих чувств.

- О вашем отце мы знаем достаточно много. А кто ваша мама по профессии?

- Инженер-экономист. С моим родным отцом они достаточно быстро развелись. Мне не было еще и четырех лет. Она вышла второй раз замуж, и у меня появился еще один прекрасный папа, который меня воспитывал.

- С родным отцом часто общаетесь?

- Нам, к сожалению, не хватает времени для общения. Неплохо было бы поехать куда-то вместе и узнать лучше друг друга. Какой он сейчас, какая я сейчас.

- Что в его творчестве вы любите?

- Это зависит от настроения. Я слежу за тем, что он делает. Сейчас выходит новый альбом, часть песен я давно слышала.

- Не растерял ли Борис Гребенщиков и его единомышленники те духовные ценности, которые они поднимали на знамени в пору своей молодости?

- Думаю, что нет. Были ровесники Бориса Гребенщикова, которые поверили в него. Он становился старше, и они становились старше, но продолжали слушать его. Появились и новые слушатели, которые принадлежат уже к другому поколению.

- Какой он в жизни?

- Честный, интеллигентный, уравновешенный человек.

- Это правда, что он вам не помогал пробиваться в кино?

- У интеллигентных людей не принято звонить и просить о чем-то. Я не могу представить себе ситуацию, чтобы Борис Гребенщиков звонил Олегу Меньшикову и говорил: у меня дочка артистка, возьми ее в спектакль. Я приду к Олегу Меньшикову, а я ему не подхожу. И что он будет делать? Звонить Борису Гребенщикову и оправдываться?

- Что в вашем характере от папы, что - от мамы?

- У меня смутный характер. Я сама себя не очень хорошо знаю. Так что у меня сплошные эксперименты. Артистизм, умение держаться на сцене - это от папы. Любовь к людям, общительность - от мамы.

- И все-таки громкая фамилия помогает вам в жизни?

- Чем больше я снимаюсь, тем больше она мешает. У меня есть мой зритель, которому все равно, какая у меня фамилия. Я начинаю существовать как самостоятельная творческая единица. И если я оступлюсь, это будет моя ошибка, а не Бориса Гребенщикова...

Дата публикации: