«Жена забрала меня из больницы в общежитие»

Сергей ГАРМАШ, актер Московского театра «Современник», сегодня один из самых востребованных киноперсонажей: только за пять лет он снялся в пятнадцати фильмах. За роль военрука в ленте Сергея Соловьева «Нежный возраст» удостоен призов «Ника» и «Золотой Овен». Широкий российский зритель знает Сергея по сериалам «Каменская» и «Досье детектива Дубровского», где актер создал выразительные образы милиционеров, парней простых, грубоватых, но очень надежных.

Автор: Геннадий Фролов

— Сергей, на экране вы настоящий милиционер. Во всяком случае такими многие из нас их представляют.

— А вы знаете, у меня милиционеры особого доверия не вызывают. Я не говорю обо всех. Но большинство… Это кино их идеализировало. Какие же они герои? Одна только их форма чего стоит… Это же ужас! А самое главное: вы чувствуете себя в безопасности? Я — нет. А что касается телевидения, менты действительно герои нашего времени. Тут уж ничего не поделаешь.

— Ваши герои жесткие, в чем-то даже прямолинейные. Это как-то соотносится с вашим характером?

— Думаю, что это скорее идет от типажности. С моим лицом трудновато было бы сыграть нежного влюбленного, порхающего по жизни. В действительности я не считаю себя жестким человеком, хотя, в зависимости от обстоятельств, могу быть даже грубым. Во всяком случае, меня трудно назвать мягким и покладистым. Поведение у меня далеко не идеальное: случались конфликты в театре, опаздывал на спектакли и срывал их по неуважительным причинам… Однажды вообще загулял надолго и был крепко бит за это жизнью и начальством. Все это было, что скрывать?

— Ваша жена Инна тоже актриса «Современника». Считается, что актерские браки нежизнеспособны. Статистика свидетельствует, что многие из них распадаются.

— Чтобы такой брак был прочным, муж и жена не должны помогать друг другу в своей профессии. Особенно если они играют в одном театре. Есть режиссеры, которые всю жизнь снимают своих жен, есть актеры и актрисы, которые соглашаются сниматься только вместе со своей второй половиной. На мой взгляд, должно складываться ощущение, что муж и жена вообще имеют разные профессии. Потому что вдвоем, а тем более семейно ничего путного создать нельзя. Можно лишь выстроить иллюзию счастливой и талантливой актерской семьи. Случаются, конечно, исключения из правил, но на то они и правила…

— Вы сейчас на подъеме. У супруги не возникает чувства ревности к вашим успехам?

— Если бы она ревновала, наша семейная жизнь была бы несчастливой. Инна никогда не просит «пристроить» ее в фильм, в котором я снимаюсь. У нас такого не может быть никогда.

— Значит, вместе вы не играете?

— Почему же, в театре иногда играем. Правда, только в последнее время. У нас здесь нет ни дедушек, ни бабушек. Я родом из Херсона, а Инна — из Одессы. Когда дочка была маленькой, мы по очереди оставались с ней. Нас для этого специально разводили по репертуару.

— Из какой вы семьи?

— Мои родители — люди простые. Мама закончила всего семь классов, она из глухой деревушки на Западной Украине. Всю жизнь проработала диспетчером на автобусной станции. А папа сначала был водителем, потом закончил институт и стал работать на руководящих должностях. Заработал дачу от предприятия. Сейчас они на пенсии, прожить на которую невозможно. Хорошо, что мы с братом можем им помогать.

— Родня от вас далеко, семейные связи слабеют…

— Ну, это не мой случай. Мы с братом всегда были близки с родителями. Поскольку я уехал из дома в 15 лет, то где-то недополучил родительской любви и сегодня стараюсь общаться с ними как можно чаще. Чтобы я не позвонил маме, такого быть не может. У нас с ней очень доверительные отношения. Мама чувствует меня на уровне интуиции. Она, например, всегда знает о моем приезде, хотя я никогда заранее не предупреждаю. И все, что со мной творится, она чувствует и говорит: «Я плохой сон видела, что у тебя случилось?» А что касается брата, у нас тоже замечательные отношения. Правда, в детстве я его частенько обижал, поскольку старше на пять лет.

— Вы в детстве, вероятно, озорником были?

— Не без этого. Ребенком я и дрался, и стекла бил. Мог уговорить весь класс вместо урока пойти в кино. Спички набивал в дверной замок, чтобы урок сорвать. Одно время у меня даже было два дневника — второй для отметок по поведению. Пару раз меня из школы исключали. Папа меня нередко «учил» своим ремнем.

— Как же случился такой крутой вираж: из школьных хулиганов в театральное училище?

— Этим я обязан маме. Сам же я увлекался яхтами и собирался в мореходку. Шансов, конечно, у меня было мало с моими знаниями в области точных наук. Я кончал восьмой класс, не зная, что буду делать дальше. И вот однажды мама купила справочник для поступающих. Я полистал, посмотрел, где экзаменов поменьше. Оказалось, в театральном. Но значения я этому не придал и уехал на соревнования по парусному спорту. А мама, ничего не сказав, отвезла мои документы в Днепропетровское театральное училище. Поступил я довольно легко. Выучился на артиста кукольного театра. Работал в родном Херсоне, с гастролями мы колесили по поселкам и колхозам… Но через два года меня призвали в армию.

— К армии у многих сложное отношение…

— Я ничуть не жалею о времени, проведенном в армии. Конечно, вначале было трудно. Я хотел попасть в военный ансамбль, а оказался в строительных войсках. Стало грустно, вспомнил дом и маму… А потом привык. Я там многому научился, что потом в жизни пригодилось: могу быть бетонщиком, стропальщиком, руками многое умею делать. После службы поехал в Москву поступать в театральное училище. Прошел сразу в три, но учиться остался в школе-студии МХАТ.

— Там вы и будущую жену встретили…

— Мы познакомились на первом курсе. Инне было всего 16 лет, она приехала от родителей, прямо со школьной скамьи. А я — мужчина «с прошлым», на пять лет старше. Не очень-то я ей нравился. Лицом не вышел, а она — красавица.

— Но вы — человек настойчивый…

— Я бываю очень упрямым. Это и в жизни помогает, и в актерской профессии добиваешься какого-то результата. Я вокруг Инны целых два года кругами ходил. Мы вроде бы дружили: в кино ходили, на выставки, гуляли. Инна все это время ко мне присматривалась. Потом я ее на жалость взял. Сломал ногу, да так неудачно, что чуть на всю жизнь не остался хромым.

— Что это за история?

— Ко мне брат приехал. Мы с ним в ресторан пошли, посидели там, выпили… Потом с кем-то там не поладили, завязалась крупная драка. Я месяц пролежал в больнице, Инна меня как землячка навещала. Из больницы она забрала меня к себе в общежитие, ей как-то разрешили. Я еще три месяца на костылях прыгал, весь в гипсе. Инна меня выхаживала, и тогда, наверное, у нее ко мне чувство возникло.

— Ваша самая большая мечта?

— Мечтаю о собственном доме. Мы с женой построили хорошую кооперативную квартиру, но жить надо на земле, а не в городских коробках. Если бы я был богачом, то купил бы себе яхту и отправился путешествовать. Любовь к морю, к парусному спорту до сих пор во мне сидит. Еще я хочу, чтобы моя дочь нашла свое место в жизни, чтобы родители были живы и здоровы.