Всё происходит здесь и сейчас

Человек, создавая что-то, должен осознавать, что несёт большую ответственность перед тем, на кого эта работа может повлиять. Недавно на спектакль «О сущности любви», рассказывающий о трагедии жизни Маяковского, приходила моя знакомая. Она была эмоционально не готова к увиденному, для неё спектакль оказался слишком тяжёлым. Ей было мучительно трудно воспринимать всё происходящее на сцене.

Автор: Оксана Котова

Сайт: Кино-театр.ру

Мы все помним и любим советский фильм «Офицеры». Фильм о том, что «есть такая профессия - защищать свою Родину». В скором времени мы увидим ещё одну картину, посвящённую воинской династии - «Танки грязи не боятся». Одну из главных ролей в этой патриотической комедии сыграл актёр театра «Эрмитаж» Евгений Кулаков, который рассказал нам о себе и актёрской профессии.

Если не секрет, что за персонаж - Петя Самаренко?

- Петя Самаренко - оторва, который странным образом попал в армию. Мальчик с задатками лидера, воспитывался мамой-байкершей в совершенно свободной обстановке. Но он отдаёт право лидерства человеку, которого начинает уважать.

Замечательные актёры Василий Лановой и Георгий Юматов после съёмок в «Офицерах» дружили всю жизнь. Ты с кем-нибудь подружился во время съёмок?

- Как правило, с близкими по духу людьми после съёмок всегда созваниваемся. Но сейчас все заняты, у всех свои дела, поэтому немножко потерялись. Я уверен, что мы все соберёмся, когда подвернётся удобный случай. «Танки грязи не боятся» - это армия. Три месяца мы провели в другом измерении. Была даже такая идея: поселить актёров в казармы, чтобы им было легче войти в роль и была бы возможность сдружиться. Но для таких экспериментов оказалось слишком мало времени. Тем не менее, получилась очень хорошая команда. Однажды из-за начавшегося дождя съёмка была не закончена, и вот тогда случился момент откровения - съёмочная группа забралась в гримваген (помещение где актёры переодеваются), и все стали петь, скорее даже орать военные песни.

Моменты, когда сложно стать перед камерой, были?

- На пробах было трудно понять, что от меня хотят. Любой молодой парень может сыграть молодого парня, а вот поймать внутреннее стремление персонажа - сложно. Меня удивительно легко направлял потрясающий режиссёр. Он изначально был приглашён для работы непосредственно с актёрами, но в процессе съёмок стал режиссёром-постановщиком. Этот удивительный человек очень быстро находил в тебе какие-то тонкие вещи и вместе с актером выходил на то, что нужно. Используя внутренний потенциал конкретного человека, он получал нужный результат.

На сцене немножко по-другому. В театре «Эрмитаж», где я работаю, так же все понимают друг друга с полуслова. Мы репетировали спектакль «Золотой телёнок», где у меня очень сложная роль человека, во-первых, старше меня, во-вторых - в сложной ситуации. Но я легко мог сделать то, что хочет режиссёр, когда он успевал только подумать об этом. Не знаю, откуда возникает такое понимание, но в актёрской профессии это есть.

Очень важно состояние куража. Перед спектаклем ни в коем случае нельзя отвлекать актёра или вести себя нетактично, иначе его можно сбить. Был когда-то замечательный закон - не входить в зрительный зал после третьего звонка. Любой спектакль - очень тонкая структура, которую нарушить очень просто. В «Золотом телёнке» я знаю каждое движение пальцев, здесь мне ничего не страшно, но в спектакле «Анатомический театр инженера Евна Азефа» очень тонкая структура. Можно не попасть в одну ноту, и всё комом покатится, а выровнять сложно.

Мне везёт, я попадаю в хорошие компании, поэтому всё проходит достаточно легко.

Что, по твоему мнению, характеризует удачные работы?

- Поиск, нахождение и удовольствие от этого. Объясню на примере. У меня небольшая роль в фильме «1612: хроники смутного времени» Владимира Хотиненко. Он продумал всё до мелочей: от взгляда - до ветки, которая маячит перед лицом. Я играю монаха, сидящего рядом со столпником, который стоял за судьбу России, терпел мучения. Удивительно, я надел костюм, и появилась абсолютно другая пластика. Съёмки проходили в сказочном лесу с огромными камнями, поросшими мхом. Меня привезли туда, и я почему-то пошёл, как утка.

Вообще, невозможно актёру, сидя дома, продумать и простроить свою роль. Говорят, что голливудские актёры работают с педагогами, а потом приходят к режиссёру и играют то, что придумали. Мне кажется, это невозможно. Всё происходит здесь и сейчас. В другую секунду создаётся уже что-то другое.

Со стороны кажется, что актёр - волшебная профессия. Он выходит на сцену, смотрит в темноту зала... От него зависит, засмеются зрители или заплачут. Скажи, через актёрскую профессию можно сказать что-то от себя? Твои собственные мысли, твои взгляды на роль, на обстоятельства, в которых существует твой герой - нужны ли они в профессии? В работе?

- Да, так должно быть. Представление о роли складывается из того, что собой представляет актёр, и это ответственно. Делая спектакль или роль, не нужно стремиться, чтобы каждый понял и разделил твои чувства. Достаточно самому что-то испытывать к своему персонажу. Не зря же говорят, что актёр - адвокат своих героев. Не любя людей, невозможно их понять. Играя злодея, ищи в нём хорошее, и наоборот.

Актёру не нужны ни декорации, ни замысловатые костюмы. Главное - воображение. Через собственный облик можно показать абсолютно всё. Исследуя поведение человека, актёр присутствует в состоянии волевого действия, понимания ситуации. Михаил Чехов описывал, как на сцене он одновременно видел своего персонажа со стороны и проживал роль изнутри. Иногда я чувствую что-то подобное, когда общаюсь с ребёнком, и реагирую на его поступки исходя из того, какой он. Это появляется мгновенным ощущением.

Человек, создавая что-то, должен осознавать, что несёт большую ответственность перед тем, на кого эта работа может повлиять. Недавно на спектакль «О сущности любви», рассказывающий о трагедии жизни Маяковского, приходила моя знакомая. Она была эмоционально не готова к увиденному, для неё спектакль оказался слишком тяжёлым. Ей было мучительно трудно воспринимать всё происходящее на сцене.

Чем тебя так привлекла актёрская профессия?

- Как-то интуитивно к этому пришёл. Чудом поступил с первого раза в Щукинское училище, постоянно забывая слова и ничего не зная о профессии. Считаю это везением.

Есть уже любимая роль?

- В 2003 году в нашем театре был поставлен спектакль, написанный режиссёром Михаилом Левитиным, «Анатомический театр инженера Евно Азефа». История о жестоком человеке, фактически регулировавшем движения в нашем государстве, попавшего в очень трудные жизненные обстоятельства. Я играл его брата, абсолютного антипода, который находит его в Петербурге. Моя любимая сцена длится 20 минут на пространстве, освещаемом одной свечой. Я чувствовал, что в процессе общения между нами возникала особая глубокая атмосфера. На энергетическом уровне для меня это важно.

В «Русском преферансе» у тебя сразу несколько совершенно разных ролей. Не много ли на одну актёрскую душу?

- Так был разработан спектакль Владимиром Ореновым - все играли много ролей. В спектакле важно только одно - люди в игре обманывают.

Корейко из «Золотого телёнка» - игрок или всё-таки из породы «плюшкиных»?

- Корейко скорее прообраз скупого, закрытого человека, самой большой мечтой юности которого было найти кошелёк. Стремления этого человека были направлены только на то, чтобы обогатиться. Персонаж - явление времени, у нас был выведен на одну линию с главным героем. Остап отбирает у Корейко его богатства и выбрасывает в море. Вот такая актуальная тема спектакля - зависимость от денег.

Говорят, что люди творческих профессий довольно сильно подвержены суевериям. Это правда?

- Когда я учился, было не принято проходить через зеркало, то есть через саму сцену. Есть специальный портал, через который нужно выходить на сцену. Это объясняется глубоким уважением к нашим предкам в профессии, к тому, что они создавали. Не случайно говорят, что театр - храм искусства.

А можно ли Михаила Чехова назвать твоим кумиром?

- Он - ориентир. Мне очень нравится этот человек. Он занимался и психологией, и философией, внёс огромный вклад в развитие актёрской профессии.

Что для тебя интереснее всего: кино, сцена, чтение или, может быть, музыка?

- Сейчас интересно заниматься с нашим новым педагогом вокалом. Это можно отнести и к театру, и к сцене, и к кино. Пение помогает раскрепоститься, освободиться от напряжения. Используя правильное извлечение звука, можно добиться эйфорического ощущения себя человеком-планетой. Это путь развития личности, развития себя. Михаил Чехов писал, что работа актёра заключается в самосовершенствовании.

Какие новые театральные работы с твоим участием нас ожидают?

- Сейчас мы репетируем спектакль Юлия Кима «Туда и обратно, или Волшебная сила искусства» о том, как Павел I, усмотрев в комедии Василия Капниста некую нелояльность, ссылает несчастного в Сибирь. А увидев комедию на сцене театра, возвращает писателя домой. Спектакль о фатальности в жизни человека, о том, что на судьбу может повлиять чья-то чужая воля.

А ты сам фаталист?

- Нет, я верю, что в человеке есть Вселенная.

Дата публикации: 17.02.2009