Татьяна Догилева: блондинка из-под Тамбова

Образы героинь, созданные на экране Татьяной Догилевой, любимы зрителями. Актриса мечтает о разноплановых ролях (а работает она очень много), но обаяние самой Тани неизменно передается ее героиням. И никуда от этого не деться. Никуда не спрятать этот интеллигентный, мягкий прищур. Когда мне сказали, что родом Догилева чуть ли не из деревни, я, естественно, не поверил...

Автор: Сергей Бавли

Сайт: MigNews.COM

Образы героинь, созданные на экране Татьяной Догилевой, любимы зрителями. Актриса мечтает о разноплановых ролях (а работает она очень много), но обаяние самой Тани неизменно передается ее героиням. И никуда от этого не деться. Никуда не спрятать этот интеллигентный, мягкий прищур. Когда мне сказали, что родом Догилева чуть ли не из деревни, я, естественно, не поверил...

Таня, вы вышли замуж за знаменитого петербургского сатирика Михаила Мишина, сейчас живете в Москве. Вы коренная москвичка или петербурженка?

Родом из небольшого городка. Точнее, как говорили раньше, из поселка городского типа, что под Тамбовом. Мои родители закончили ФЗУ и работали на заводе. Так что я не только провинциалка, но и "гегемонша".

А как решились пойти в артистки?

Ну, в театральный вуз поступить вообще непросто, с одной стороны. А с другой - очень просто.

Как это?

В тот год, когда я поступала в институт, конкурс был 200 человек на место. Но большую часть абитуриентов составляли случайные люди, которые никакого отношения не имеют к искусству. А педагоги заинтересованы в отборе достойных, хотя процент "блатных", конечно, существует.

В смысле отпрыски известных артистов?

М-да... Но должна сказать, что сейчас я намного лояльнее отношусь к актерским династиям, к актерским детям.

Почему?

Раньше мне казалось, что они занимают чье-то место, не будучи одарены таким же талантами, как их родители. При этом отпрыскам поступить в театральный вуз было гораздо легче, чем мне. Но теперь я реальнее смотрю на вещи.

А тогда?

А что тогда?.. Перед поступлением в театральный институт я и театра-то живого не видела! Кино, телевизор - вот и все. Но у меня была абсолютно несокрушимая энергия невежды. Мне казалось, что хороших артистов у нас никогда не было. И на этом непаханом поле я непременно найду себя. Но потом я поступила в ГИТИС и начала посещать театры...

И...

... и была просто поражена числом талантливейших актеров. Понимаете?

Пытаюсь. Скажите, а есть роль, которую бы вам особенно хотелось сыграть?

Есть. Аркадина в "Чайке".

По-моему, еще рановато.

Нет, ей 42 года.

Вы настолько не скрываете возраст?

Ну, мне еще нет сорока двух... А в принципе - что скрывать?

Но Аркадина - чудовищная стерва.

Она - единственный привлекательный образ в этой пьесе. Она одна что-то делает, все прочие только скулят. И в той обстановке, которую ей создали (сын с комплексом самоубийцы; отвратительная Нина Заречная, которая беззастенчиво добивается Тригорина и т. д), Аркадина себя ведет наиболее достойным образом. Не забывайте и то, что она находится в самом трагическом возрасте: у нее перелом амплуа.

Таня, это ведь далеко не всегда болезненно. Многие актрисы сыграли свои лучшие роли после сорока. Алиса Фрейндлих, например.

Перед Фрейндлих я преклоняюсь. Это любимая моя актриса. Но вы представить себе не можете, чего на самом деле этот перелом стоит. Нет, это очень печальные вещи, о них не думать невозможно...

Если говорить о вашем амплуа, то мне как-то ближе не ваши железные женщины, вроде Аркадиной или "блондинки за углом", а медсестры из "Афганского излома" и "Забытой мелодии для флейты".

А я, когда смотрю "Блондинку", чуть не плачу от жалости к этой девочке. Эту картину, кстати, изуродовали поправками и переозвучками, а у Червинского-то это отличная, трагическая история.

И все же из всех сыгранных вами ролей мне больше всего нравится так, что мы увидели в "Забытой мелодии". Только не совсем понимаю, как главный герой смог так быстро внушить вам такую страсть.

Его же Филатов играл! Более талантливого человека представить невозможно, он может все - от песни до пьесы. Он сыграл человека слабого, временами мелкого, но обаяние одаренности просматривается даже в самых его злодейских поступках. А женщина любит мужчину, как правило, за талант. Я во всяком случае.

И потом, скажу откровенно, большинство мужчин к своим возлюбленным относятся ничуть не лучше, чем этот его герой. Женщина живет чаще всего с установкой, что к ней будут беспощадны. Это нормально.

Вы злопамятны в этом смысле?

Ни в этом, ни в каком другом. Я человек открытый. Актриса - отревусь, откричусь и дальше живу.

В "Афганском изломе" у вашей героини роман с итальянским актером Микеле Плачидо. Он в жизни произвел на вас какое-то впечатление?

Не сложилось у нас с ним контакта, увы... И вообще эта картина шла страшно тяжело. Одна из первых больших совместных картин, все очень заискивали перед итальянцами. Условия тяжелейшие: пустыня, окраины Союза. Итальянцы отдельно живут и отдельно едят. Какие тут могли быть отношения?

Многие театральные актеры пренебрежительно отзываются о кино: там, мол, не игра, а техника, произвол оператора и осветителя...

Я не знаю таких актеров. Лично мне в театре легче. Во-первых, у меня театральное образование, ГИТИС (поступала я во все театральные сразу, но взяли только туда). Во-вторых, я по природе своей - бегунья на длинные дистанции, мне трудно раскрываться в эпизоде. Я должна отработать весь спектакль, чтобы как-то прожить роль. Мне трудно клеить ее из кусочков. Чаще всего я сама понимаю, где недоиграла. Тогда, никого не дожидаясь, прошу переснять. Но сниматься в кино я хотела с самого начала, бралась за любые сценарии. Тут есть свой замкнутый круг: кого больше снимают, тому дают и лучшие сценические роли, потому что человека начинают узнавать. Мне в кино везло больше - в театре "под меня" никто ничего специально не ставил. Исключая, пожалуй, "Наш декамерон" Радзинского и Виктюка.

Вам тяжело было с Виктюком?

Я лучше стала его понимать, сама побывав в режиссерской шкуре. Режиссер играет за всех, за всех страдает и напрягается страшно. Виктюк меня здорово выматывал, конечно. Я готова была бежать хоть к психиатру, хоть к экстрасенсу... Но в результате спектакль пять лет собирал полные залы.

Вы не только актриса, но и жена, мать, хозяйка. Такая вот нагрузка дополнительная. Тяжело?

Оч-чень. Не представляю, что бы я делала, если бы не помогали. Сейчас, когда дочке Кате пошел четвертый год и она уже вовсю философствует, нет большей радости, чем с ней быть, с ней разговаривать. Я ни на что не жалуюсь, но ребенок - это величайшая зацикленность, вечный страх за него. Я только во время выпуска спектакля меньше общаюсь с дочерью.

А кто с ней занимается, когда вы отсутствуете?

У нас няня. Профессиональная учительница из Иванова. Сейчас безработная.

У вас нет перед ней этакого чувства вины, что вот... прислуга?

У меня никогда не будет прислуги. Она член нашей семьи, живет с нами. Что до работы, то я ничем не лучше: также берусь за все. Вот после спектакля один за другим идут журналисты, и я знаю, что это нужно. Хотя не люблю интервью, потому что о своей работе я говорить не должна. Это работа должна говорить обо мне! В личную же жизнь никого не пускаю. Я встречаюсь с людьми, достаю деньги, ищу помещение, занимаюсь массой вещей - от музыки до света, в общем, я умею не только играть или разговаривать. Единственное, чего я делать никогда не буду, - организовывать отзывы. Я поэтому очень благодарна всем, кто пишет обо мне. Если ругают - ну что ж, меня многие не любят, это нормально. Я тоже не многих люблю.

Интересно, что вы читали на вступительных экзаменах?

Везде разное. В ГИТИСе - "Стрекозу и муравья", стихотворение Евтушенко "Отверженная" и очень распространенный среди девочек отрывок из "Мертвых душ" - разговор двух дам.

И что вы собой представляли тогда?

Ровным счетом ничего. Закомплексованный, коротко стриженый подросток.

Моэм писал, что самое худшее в актере - способность быть всяким. Личности не остается.

Ну, нет, совершенно не обязательно. Настоящий актер только личностью и может подсветить любую роль. Я вообще не согласна с моэмовским взглядом на людей театра: у него получается, что они все время врут. А это не так. Я не все время вру.

И что, ваши чисто сценические приемы вам ни разу не пригодились в быту?

Нет, у меня этим заведуют какие-то другие центры. Я в жизни стараюсь не очень притворяться. Зачем?

Вы производите впечатление человека, очень крепкого физически. Это действительно так?

Спасибо организму, я на него не жалуюсь. Это не столько крепость, сколько приспособляемость. Наши удивляются: как может актриса на Бродвее выходить на сцену ежедневно? А очень даже запросто, потому что организм самонастраивается на такую нагрузку. Три раза трудно, а дальше пошло-поехало. Я тоже привыкаю. Что касается формы, ну что - могу потолстеть, могу похудеть. Трагедии не будет.

Вы хвалите актеров, которые могут все. А сами многого не можете?

Есть роли, которые мне не нравятся. При всей их выигрышности, казалось бы. В первую очередь - Анна Каренина. Вот чего я бы никогда не сделала.

Почему? Софи Марсо ведь сыграла...

Я вообще не люблю эту героиню, хотя бесконечно ей сочувствую. Оказаться в таких обстоятельствах врагу не пожелаю.

А что, ситуация адюльтера была бы для вас так страшна?

В жизни я через это не проходила, во всяком случае, через такой неразрешимый выбор, как там. Но думаю, что да, мне это было бы невыносимо. Я человек упрямый, постоянный и моногамный.